Чтение онлайн

– Может, все-таки в «Птичку»?

– Еще чего! Долой забегаловки, да здравствует настоя­щий ленч! Садись за руль и поезжай за мной.

Проще сказать, чем сделать, учитывая, что водителя хуже Натали свет не видывал. Не зная города, Энджи без­думно рулила в автомобильном потоке, стараясь не упус­кать из виду машину матери. К счастью, с уводившей от центра улицей движение становилось все спокойнее, а на узкой пригородной дороге Энджи смогла наконец при­строиться сразу за Натали. Та все прижималась к обочине, время от времени без всякой видимой причины забирая за сплошную полосу. Наконец, к изумлению дочери, Натали лихо свернула влево, не удосужившись мигнуть подфарни­ком. Энджи с ухмылкой покачала головой. Ну кто еще спо­собен так кошмарно водить, как не дама, всю жизнь про­ведшая в Нью-Йорке без машины?

Не тебе судить, милая. Прошлая твоя жизнь рухнула, а будешь торчать у Тони и пользоваться этой телегой – новой тоже не построишь.

В самом деле, пора подумать о жилье… средств на кото­рое, впрочем, все равно нет. Жалованья юриста Кризисно­го центра хватит разве что на завтраки да бензин. Могут ли они платить больше? Станут ли? Где жить, если уйти от отца? И, главное, как жить в одиночестве? Покупать по­стельное белье и полотенца, выбирать пылесос и кофевар­ку – все это было для Энджи в радость, когда она обустра­ивала семейное гнездышко с Рэйдом. Но делать то же самое для себя?! Дорого, тяжело и абсолютно бессмыслен­но. Не более бессмысленно, чем носиться по магазинам ради человека, который спит с твоей лучшей подругой. Пожалуй, идея собственного жилья не так уж и плоха. Энджи вздох­нула. Есть о чем подумать.

На миг отвлекшись от дороги, она обвела взглядом ок­рестности, поросшие азалией и горным лавром. Этот уго­лок Уэстчестера считался самым красивым и, соответст­венно, самым дорогим, но Энджи почему-то не видела себя среди всей этой ухоженной роскоши. Куда она меня, интересно, тащит? К черту на кулички? В тот момент, когда Энджи, потеряв терпение, задалась этим вопросом, слева у дороги, словно из-под земли, выросло потрясаю­щей красоты здание с вывесками «Гостиница» и «Ресто­ран».

– С кем встречаемся? – поинтересовалась Энджи у матери, выбравшись из машины на стоянке. – Или ты каждый день обедаешь в таких заведениях?

– Терпение, дорогая! – со смехом отозвалась Ната­ли. – Обещаю, останешься довольна.

Джоанн Метцер выглядела потрясающе, как и положе­но известной писательнице. Теперь ее имя гремело по всей стране, но Энджи помнила еще никому не известную мис­сис Метцер – в школьные времена Энджи летом подраба­тывала в офисе мужа Джоанн.

– Как поживаешь, дорогая? – Джоанн тепло обняла Энджи. – Счастлива тебя видеть!

Джоанн значилась в списке приглашенных на бракосо­четание Энджи и Рэйда, но в тот момент колесила по Япо­нии с лекциями, откуда и прислала самый восхитительный из всех свадебных подарков – прелестное старинное ки­моно, расшитое золотыми и алыми нитями. Вместе с ос­тальными вещами, которые Энджи забрала из Марблхеда, кимоно дожидалось своего часа на складе. От мысли, что эта дивная вещица томится в коробке, Энджи даже рас­строилась. Была бы своя квартира – повесила бы на самом видном месте. Думай, Энджи, думай!

Пока Натали посвящала Джоанн в грустную историю дочери, Энджи молчала, прислушиваясь к себе. Странно, но вместо боли ею владела одна только ярость. Хороший знак… наверное. Первый симптом того, что она идет на поправку. Если, конечно, это не первый симптом полного безумия.

Наклонившись через стол, Джоанн сжала руку Энджи.

– Слов нет, дорогая, как мне жаль. Я так тебя пони­маю! Сама через это прошла.

Возникший за спиной Джоанн официант, должно быть, решил, что странная компания устроила спирити­ческий сеанс – все трое заказали рыбный салат.

– Соус отдельно, но побольше, – скомандовала Натали, и Энджи улыбнулась; ее мать была известной люби­тельницей покушать.

За аперитивом тему беседы сменили, заговорив о рабо­те Кризисного центра. Энджи знала, что Джоанн входит в совет директоров, но никак не думала, что мать успела сообщить ей о новом сотруднике Центра.

– Видишь ли, – продолжала Натали, – поток клиен­ток все увеличивается; мы по-прежнему платим Карен и надеемся, что она вернется, но юристов катастрофически не хватает. Вот я и решила – если все равно кого-то нужно брать, то почему не Энджи? Семейственность развожу, как по-твоему?

– Несомненно. – Джоанн рассмеялась. – Ну и что в этом плохого? Я вот тоже сына в издательство пристро­ила. – Она помолчала, пока официант расставлял тарелки с салатом и соусницы, потом взглянула на Энджи: – Важно другое: ты готова? Я не профессиональную подго­товку имею в виду; уверена, что юрист ты отличный. Гото­ва ли ты морально? Когда Джером меня бросил, я еще долго… – Она не смогла подобрать слово и вопросительно взглянула на Натали.

– Заблуждалась, – без колебаний выдала та и подняла глаза от тарелки на дочь. – Все надеялась, что они в конце концов снова сойдутся. Полагаю, у Аляски с Сибирью шансов больше.

Усмехнувшись, Джоанн вновь обратилась к Энджи:

– Ты еще ждешь его звонков? Думаешь о нем постоян­но? Хочешь вернуться?

Энджи покачала головой:

– Нет. Ни за что.

– Я ею горжусь! – расцвела Натали. – Представля­ешь, сама отправилась к нему, забрала свои вещи – и вер­нулась.

Энджи сделала глубокий вдох. До сих пор ей не хватало решимости рассказать матери о Лизе, но сейчас, глядя на двух старших, более опытных женщин, она решила присоединиться к легиону обманутых и выстоявших.

– Между прочим, я узнала, с кем он мне изменил. С моей коллегой и лучшей подругой!

Джоанн зажмурилась и замотала головой. Натали, ахнув, уставилась на дочь.

– Боже… Ну и стерва! Только не вздумай себя в этом винить, Энджи. Она поступила гнусно, а не ты!

Джоанн открыла глаза.

– Легче тебе не станет, дорогая, но я все-таки скажу. Могло быть хуже. Он мог переспать с твоим сексологом.

Если Энджи и не расхохоталась, то была очень к этому близка. Во всяком случае, ей стало гораздо легче от того, что тайна о Лизе перестала быть только ее тайной, и от того, как отреагировали на новость собеседницы.

– Наверное, – согласилась она, проглотив порцию са­лата. – Только в жизни так не бывает.

– Еще как бывает! – Натали кивнула в сторону Джо­анн. – Ей лучше знать. Она платила негодяйке двести бак­сов в час за то, чтобы поболтать о постельных проблемах с Джеромом, а та с ним трахалась!

– Правда? – Энджи уставилась на Джоанн во все глаза.

– Ну-у… не совсем. Во-первых, платила я сто семьде­сят в час, а во-вторых, они еще тогда гм-м-м… не… траха­лись, но трах был уже рядом. – Джоанн улыбнулась. – Тя­жело было, конечно. Но сейчас я уже не считаю себя жер­твой. Не скажу, чтобы мне было приятно вспоминать тот период жизни, но он остался позади, а я иду дальше. – Она снова улыбнулась, искренне и светло.