Чтение онлайн

– Куда теперь? – спросила она на площадке. Мишель, вся розово-золотая, пожала плечами, Рэйд толкнул правую дверь.

– Прошу!

– Надеюсь, ты не жена-ат? С обманщиками мы дела не имеем, – дразняще пропела Мишель.

– Нет-нет, я свободен. Был женат, но развелся. Она теперь живет в Нью-Йорке.

Рэйд пропустил дам в громадную снежно-белую спаль­ню, и Мишель тут же устроилась на краю кровати.

– Выходит, мы тебя поймали еще тепленьким прямо из объятий женушки? Нам повезло! – Выбросив руку, она уцепилась за галстук Рэйда и начала развязывать. – Девочки не упустят такого молодого, хорошенького и сексуаль­ного.

Рэйд наклонился к ней, пытаясь поцеловать, она отки­нула голову и принялась расстегивать пуговицы на его ру­башке. «Отличный ход, девочка! – подумала Джада. – Не хватало еще, чтобы он касался нас своими погаными гу­бами».

Джада открыла сумочку.

– Какие предпочитаете, мистер Уэйкфилд? – хрипло­вато вопросила она.

Рэйд скосил на нее глаза. Джада чувствовала, что заво­раживает его, но и пугает одновременно – вековое чувство вины белых давало о себе знать. Ну еще бы: если прадед был рабовладельцем, правнуку негоже кувыркаться в по­стели с черной.

– Я спрашиваю, какие вам больше нравятся – рифле­ные или светящиеся? А может, рифленые и светящиеся? – Она вытащила из сумочки горсть ярких пакетиков, при­строила презервативы в раскрытую ладонь Рэйда и сама сжала его пальцы. – Выбирайте.

Положив сумочку у ножки кровати, Джада вынула от­туда масло для тела, «Полароид» и тюбик «Чудо-клея», но все эти атрибуты пока остались лежать на полу. Когда Джада выпрямилась, на ее губах играла загадочная улыбка. Усилиями Мишель рубашки на Рэйде уже не было, но…

– О-о-о, разве это стриптиз? – разочарованно протя­нула Джада.

«Боже, сейчас начнется! – пронеслось в голове Ми­шель. – А что, если у меня не получится? Джада выглядит потрясающе и, похоже, нагота ее не волнует, а я?.. Кроме Фрэнка, меня никто не видел… Ну, так что ж? Купальники бывают еще меньше, но никто не стесняется». Мишель за­ставила себя сползти с кровати. Фрэнк обожал, когда она раздевала его, стоя на коленях.

– Хочешь, буду твоей гейшей? – Мишель вскинула на Рэйда синие глаза и невинно захлопала ресницами.

Сняв с него ботинки, она медленно, мучительно мед­ленно по очереди стянула носки и легонько дернула за края брюк. Механическими движениями, будто во сне, Рэйд расстегнул пояс, затем «молнию». Перехватив ини­циативу, Джада опустилась перед ним на корточки и потя­нула вниз одну штанину.

– Ну-ка, ну-ка… Мамочка поможет, – приговаривала она. – Мамочке хочется увидеть свою детку.

Мишель вспыхнула. Если сама она невольно использу­ет свои «спальные» методы, то и Джада, наверное, тоже?

Забавно – вроде бы все знаешь о подруге, но не представ­ляешь, как она ведет себя в постели.

Придя на помощь Джаде, Мишель от души надеялась, что вместе со штанами бывшего мужа Энджи не сползут и трусы. Хотя, согласно плану, Рэйд в конце концов должен был предстать перед ними абсолютно обнаженным, у нее не было ни малейшего желания созерцать его дольше, чем необходимо.

Под штанами, к счастью, обнаружились тугие плавки; сами они остались на месте, а вот из них что-то определен­но готово было выпрыгнуть. Мишель проглотила смешок. Похоже на хомячка, который забрался в ма-ахонький мешок для белья и отчаянно пытается выбраться. Мысль, недостойная приличной женщины, но что поделаешь, если ей так всегда казалось.

– У-ух! – восхитилась Джада. – Какое тело, советник! Мишель из-под полуопущенных ресниц взглянула на широченную, практически гладкую, грудь пловца-олимпийца и накачанные плечи. Странно, что ей совсем не хо­чется припасть к этой груди щекой. На какой-то миг серд­це Мишель сжалось от тоски по смуглому, в покрове упру­гих черных волос, телу Фрэнка. «Не время для тоски, дорогая, – одернула она себя. – Пора действовать!»

– О-о-о! – простонал Рэйд. – В жизни не видел нико­го прекраснее вас, девочки! – Он скрипнул зубами и одним движением стянул трусы.

Прислонившись к резной опоре балдахина, Джада ос­тановила взгляд на трехпредметном приборе бывшего му­жа Энджи. Так-так… И что мы тут имеем? Средненькой, прямо скажем, паршивости инструментик! Мишель, не удержавшись, тоже взглянула вниз – и едва не расхохота­лась, тем самым чуть не провалив всю операцию. Через не­сколько секунд, справившись с неуместным весельем, она с кошачьей грацией запрокинула руки за голову. Это зре­лище всегда сводило Фрэнка с ума.

– Иди ко мне! – прохрипел Рэйд.

– Терпение! – пропела Джада. – Терпение, советник!

– Медленно, но верно, – поддакнула Мишель. – Иначе свяжем по ручкам, ножкам и заткнем ротик. Мы с Дженетт иногда так делаем, если слишком торопимся. И еще когда о-очень, о-чень расшалимся.

«Хомячок», подпрыгнув, исполнил несколько танце­вальных па. Эх ты, сильный пол. Джада стерла с губ презри­тельную ухмылку. До чего ж ты смешон, вместе со своим агрегатом. И смех и грех, что называется!

– Иди к нам. Пожалуйста, – умоляюще пробормотал ей Рэйд и похлопал ладонью по матрацу.

Угу. Так-то лучше, красавчик. Однако твою прыть не мешало бы умерить, иначе весь этот цирк будет безбожным на деле, вместо того чтобы лишь выглядеть таковым. Ма­мочка уже идет. Но для начала… я тут кое-что припасла для нашего котика… Только сначала возьму полотенце, чтобы простыни не испачкать.

Джада, не торопясь, прошла в ванную, выждала пару минут, неспешно возвратилась и, протянув бутылочку с маслом Мишель, так же замедленно развернула полотенце.

Все ли сделали, как надо? Ничего не забыли? Время выдер­жано точно, сообщения на пейджер не получали. Похоже, все идет по плану.