Чтение онлайн

Я осознала вдруг, что потеряла единственное, что принадлежало мне от рождения - свободу. Теперь я зависела от чужой воли, и от этого хотелось выть и рвать на себе волосы. Впрочем, была ли я вообще когда-нибудь по-настоящему свободна?

Может ли человек вообще быть свободным? Бог наделил людей свободой выбора между добром и злом. Но этого недостаточно. Человечество продолжает зависеть от всего: от погоды, от денег, от политики, от чужого настроения, от вспышек на солнце.

Всяческие причины порождают совершенно различные следствия. Потому и будущее непредсказуемо. И человек во всем этом несвободен, жалок, слаб и беспомощен, как щепка в безбрежном океане. Так повелось с самого начала истории, с самых первых людей. Исправить сейчас ничего невозможно. Нельзя обрести настоящую свободу…

Но я все же решила попытаться. Тогда мне казалось, что для того чтоб освободиться от постылой зависимости, нужно просто сбежать, кинув моих бригадиров на очередном деле.

Я все обдумала до мелочей. Мне нужно было успеть забрать куш, опередив по времени своих мальчиков. Потом меня ждал вокзал, камера хранения с чемоданом, всеми моими деньгами, документами и билет до Москвы. Я ехала в столицу даже не потому что хотела выбраться в большой город. Напротив, суета крупных городов угнетала меня и пугала. Просто там был единственный известный мне магазин, где можно было приобрести дельтаплан. Нет. Я не собиралась покупать его. Мне нужно было на что-то жить там, в столице. Просто я хотела хотя бы по расстоянию быть ближе к своей детской мечте, которая уже давно превратилась в несбыточную.

В один из дней в конце сентября с решительным настроем я вышла из своей комнаты.

Я намеревалась навсегда оставить и ее, и этот город, и свою ненастоящую жизнь. Я не предполагала, что меня ждет впереди и, не задумываясь о последствиях, ринулась отвоевывать свою независимость.

Я позвонила в дверь самой обычной квартиры, и мне открыл самый обыкновенный, ничем не примечательный мужчина лет тридцати. Он встретил меня радушно и ласково почти как сестру или подругу, а не проститутку. Я почему-то не удивилась, хотя было чему: я не обнаружила привычной выпивки и закуски, вместо этого на единственном в комнате столе стоял работающий компьютер.

–  А выпить ничего не найдется?-произнесла я свою обязательную фразу.

–  Найдется,-необычайно приветливо молвил он и представился:-Боскус.

–  Вы грек?-удивилась я.

–  Э-э… вообще-то, нет. А Ваше имя, простите?

–  Юлия.

–  Очень приятно,-улыбнулся он и поцеловал мою протянутую руку. Так впрочем, делали многие клиенты, считая видимо, что для шлюхи этот жест станет редкой и небывалой галантностью.

–  Что Вы будете пить, Юленька?

–  То же, что и Вы.

–  Я не пью.

Вот тебе раз! Этого еще не хватало! Заказывает услуги на дом и при этом не пьет.

–  Что даже воду?-решила я скрыть за избитой шуткой свою растерянность.

–  Нет, отчего же. А для гостей я держу дома разные напитки.

–  Ром есть?-спросила я как можно развязанней и попыталась улыбнуться.

Он скрылся на кухне. Я уселась на диван и раскованно закинула ногу на ногу. Что-то подсказывало мне, что с этим клиентом все так гладко не пройдет.

Окинув, комнату быстрым, почти профессиональным взглядом, я пришла к выводу, что поживиться было чем. Но сегодня я собиралась взять только деньги. Бригадиры мои должны были появятся здесь не раньше чем через два с половиной часа, а поезд мой отходил через полтора. За это время я должна была уже быть далеко.

Боскус выскочил из кухни, неся бутылку и бокал. Один.

–  Вы действительно не хотите выпить?-начала я было его уговаривать, но он тут же пресек все мои попытки.

–  Даже не настаивайте.

"А мне, пожалуй, не помешает для храбрости. Не нравится мне это что-то,-подумала я и отхлебнула глоток рому.-И куда в таком случае ему порошок сыпать?" -Сколько вам лет?-спросил он, видимо, решив вначале поговорить.

–  Это нескромный вопрос,-кокетливо отозвалась я.

–  Ну, в вашем возрасте, это еще не актуально.

–  Восемнадцать.

–  Это хороший возраст.

–  Для чего?

–  Для всего,-ответил он как-то двусмысленно и многозначительно заулыбался.

Впрочем, это он, наверное, решил, что выразился двусмысленно. Для меня же смысл был совершенно очевидным.

–  Не люблю одна пить,-затянула я свою старую песню.-Может быть хотя бы воды со мной за компанию выпьете?

–  Нет, не выпью,-ответил он, снова улыбаясь, только на этот раз меня от этой улыбки пробрала дрожь. Мне показалось, что он знает, зачем я здесь.

–  Как Вы сказали Ваше имя?

–  Боскус.

–  Так Вы не грек?

–  Нет.

Я начала покрываться испариной и почувствовала легкое головокружение. Улыбка исчезла с лица мужчины. Оно стало серьезным. В надежде, что мне еще удастся спастись, я поднялась с дивана и пробормотала:

–  Извините меня, пожалуйста. Мне срочно нужно уйти. Совершенно неожиданно вспомнила - важные дела, очень…

Я проворно развернулась и направилась к двери, молясь лишь о том, чтоб он не пошел за мной. Но напрасно я надеялась на это. Куда только делась его галантность? Он грубо схватил меня и швырком усадил обратно на диван, а сам встал надо мной с суровым видом.

–  Что?!-воскликнула я.

–  Оставайся на месте и не двигайся.

–  Да кто ты такой!?

Тут мой взгляд случайно упал на экран компьютера. То, что я увидела там, не оставило во мне сомнений в том, что меня, как и грозились, сдали в руки милиции.

Там были какие-то имена, фотографии и схемы.

–  Ты мент?

Боскус ухмыльнулся.

–  Так я попалась? Это все подстроено?

–  Подстроено,-согласился он.

–  Но для того, чтоб доказать вам нужно было брать меня с поличным. А так вы ничего не докажите.-Эту азбуку я хорошо знала.

–  Нам не нужно ничего доказывать,-спокойно ответил Боскус.

–  Но иначе вы не сможете посадить меня в тюрьму.

–  В тюрьму ты не отправишься. Ты полетишь на другую планету,-заявил он и присел передо мной на край стола.

Тут до меня дошло, что он никакой не мент, а маньяк и извращенец, сбежавший видимо из сумасшедшего дома. А это было гораздо хуже. Ко всему прочему я снова почувствовала головокружение и сонливость. Не трудно было догадаться, что жертва и палач поменялись местами. Он что-то подсыпал мне в ром. Я чувствовала, что начинаю засыпать.