Сероглазый король, Ахматова Анна Андреевна

Сероглазый король

на обложку

Ахматова Анна Андреевна

Шрифт:

* * *

Небывалая осень построила куполвысокий,Был приказ облакам этот купол собойне темнить.И дивилися люди: проходят сентябрьскиесроки,А куда провалились студеные, влажныедни?Изумрудною стала вода замутненныхканалов,И крапива запахла, как розы, но толькосильней.Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых,Их запомнили все мы до конца нашихдней.Было солнце таким, как вошедшийв столицу мятежник,И весенняя осень так жадно ласкаласьк нему,Что казалось – сейчас забелеет прозрачныйподснежник…Вот когда подошел ты, спокойный,к крыльцу моему.1922

* * *

Наталии Рыковой

Все расхищено, предано, продано,Черной смерти мелькало крыло,Все голодной тоскою изглодано,Отчего же нам стало светло?Днем дыханьями веет вишневымиНебывалый под городом лес,Ночью блещет созвездьями новымиГлубь прозрачных июльских небес, —И так близко подходит чудесноеК развалившимся грязным домам…Никому, никому не известное,Но от века желанное нам.1921

* * *

Сослужу тебе верную службу, —Ты не бойся, что горько люблю!Я за нашу веселую дружбуВсех святителей нынче молю.За тебя отдала первородствоИ взамен ничего не прошу,Оттого и лохмотья сиротстваЯ как брачные ризы ношу.1921

* * *

Нам встречи нет. Мы в разных станах,Туда ль зовешь меня, наглец,Где брат поник в кровавых ранах,Приявши ангельский венец?И ни молящие улыбки,Ни клятвы дикие твои,Ни призрак млеющий и зыбкийМоей счастливейшей любвиНе обольстят…1921

* * *

Страх, во тьме перебирая вещи,Лунный луч наводит на топор.За стеною слышен звук зловещий —Что там, крысы, призрак или вор?В душной кухне плещется водою,Половицам шатким счет ведет,С глянцевитой черной бородоюЗа окном чердачным промелькнет —И притихнет. Как он зол и ловок,Спички спрятал и свечу задул.Лучше бы поблескиванье дулВ грудь мою направленных винтовок,Лучше бы на площади зеленойНа помост некрашеный прилечьИ под клики радости и стоныКрасной кровью до конца истечь.Прижимаю к сердцу крестик гладкий:Боже, мир душе моей верни!Запах тленья обморочно сладкийВеет от прохладной простыни.1921

* * *

Кое-как удалось разлучитьсяИ постылый огонь потушить.Враг мой вечный, пора научитьсяВам кого-нибудь вправду любить.Я-то вольная. Все мне забава, —Ночью Муза слетит утешать,А наутро притащится славаПогремушкой над ухом трещать.Обо мне и молиться не стоитИ, уйдя, оглянуться назад…Черный ветер меня успокоит,Веселит золотой листопад.Как подарок, приму я разлукуИ забвение, как благодать.Но, скажи мне, на крестную мукуТы другую посмеешь послать?1921

* * *

А, ты думал – я тоже такая,Что можно забыть меняИ что брошусь, моля и рыдая,Под копыта гнедого коня.Или стану просить у знахарокВ наговорной воде корешокИ пришлю тебе страшный подарок —Мой заветный душистый платок.Будь же проклят. Ни стоном,ни взглядомОкаянной души не коснусь,Но клянусь тебе ангельским садом,Чудотворной иконой клянусьИ ночей наших пламенных чадом —Я к тебе никогда не вернусь.1921

* * *

Чугунная ограда,Сосновая кровать.Как сладко, что не надоМне больше ревновать.Постель мне стелют этуС рыданьем и мольбой;Теперь гуляй по светуГде хочешь, Бог с тобой!Теперь твой слух не ранитНеистовая речь,Теперь никто не станетСвечу до утра жечь.Добились мы покоюИ непорочных дней…Ты плачешь – я не стоюОдной слезы твоей.1921

* * *

Пива светлого наварено,На столе дымится гусь…Поминать царя да баринаСтанет праздничная Русь —Крепким словом, прибауткоюЗа беседою хмельной;Тот – забористою шуткою,Этот – пьяною слезой.И несутся речи шумныеОт гульбы да от вина…Порешили люди умные:– Наше дело – сторона.1921

* * *

А Смоленская нынче именинница,Синий ладан над травою стелется,И струится пенье панихидное,Не печальное нынче, а светлое.И приводят румяные вдовушкиНа кладбище мальчиков и девочекПоглядеть на могилы отцовские,А кладбище – роща соловьиная,От сиянья солнечного замерло.Принесли мы Смоленской Заступнице,Принесли Пресвятой БогородицеНа руках во гробе серебряномНаше солнце, в муке погасшее, —Александра, лебедя чистого.1921

* * *

О. А. Глебовой-Судейкиной

Пророчишь, горькая, и руки уронила,Прилипла прядь волос к бескровному челу,И улыбаешься – о, не одну пчелуРумяная улыбка соблазнилаИ бабочку смутила не одну.Как лунные глаза светлы и напряженноДалеко видящий остановился взор.То мертвому ли сладостный укор,Или живым прощаешь благосклонноТвое изнеможенье и позор?1921

* * *

Не бывать тебе в живых,Со снегу не встать.Двадцать восемь штыковых,Огнестрельных пять.Горькую обновушкуДругу шила я.Любит, любит кровушкуРусская земля.1921

* * *

Пока не свалюсь под заборомИ ветер меня не добьет,Мечта о спасении скоромМеня, как проклятие, жжет.Упрямая, жду, что случится,Как в песне случится со мной,Уверенно в дверь постучитсяИ, прежний, веселый, дневной,Войдет он и скажет: «Довольно,Ты видишь, я тоже простил».Не будет ни страшно, ни больно…Ни роз, ни архангельских сил.Затем и в беспамятстве смутыЯ сердце мое берегу,Что смерти без этой минутыПредставить себе не могу.1921