Чтение онлайн

Фирсонова внимательно, лицо пылало от возбуждения.

— Ну, ну, — как бы подтолкнул его Алексей Кузь¬

мич. — А как же сделать по-другому, полегче?

— Вот я и думаю, как сделать, — парень качнулся к

нему, поведал как по секрету: — Вот если бы там, в пе¬

чи, железные полосы настелить, вроде рельсов, чтобы за¬

готовка скользила по ним, как по маслу, не задержива¬

ясь, — и провел пепельницей по лакированной крышке

стола; заметив улыбку на лице Фирсонова, хмуро свел

брови. — Я понимаю, что простое железо там расплавит¬

ся, сгорит. Но вот если бы... — замолчал в затруднении,

с сомнением следя за выражением лица парторга.

— Говори.

— Если бы оно не сгорело, тогда это было бы здоро¬

во. — Подумал и добавил неуверенно: — А что, если вме¬

сто. рельсов по поду печи трубы такие протянуть, а по

ним воду пустить, они ведь тогда не сгорят, как выдумае¬

те?

— Не сгорят, — подтвердил Алексей Кузьмич, под¬

нялся и заходил по комнате; он знал, что многие печи

именно так и оборудованы, но не сказал ему об этом, —

пусть поразмыслит сам. — Знаешь что: я сведу тебя с

Антиповым, ты объяснишь ему все свои соображения, он

парень толковый.

Антон откинулся назад, на спинку кресла, словно на

него замахнулись.

— Можно кому-нибудь другому?

Фирсонов вынул трубку изо рта.

— Почему?

Антон молчал, опустив глаза, сжав рот. Вспомнив про

вчерашнее, Алексей Кузьмич рассмеялся, негромко, без¬

злобно, сел, навалился локтями на столик, положил труб¬

ку в пепельницу, — от нее вверх, извиваясь, побежала

тоненькая струйка дыма.

— Как ты осмелился на такое, Карнилин? — спросил

Алексей Кузьмич. — Пришел в чужую квартиру, увез де¬

вушку...

Крепко, до боли вцепившись пальцами в подлокотни¬

ки, парень глухо и как бы с трудом вымолвил, не подни¬

мая глаз:

— Не знаю, Алексей Кузьмич. Теперь жалею, что так

вышло...

— Выходит, ум с сердцем не в ладу...

Алексей Кузьмич сосредоточенно перерубал пальцем

текучую ленточку дыма над пепельницей.

На улице опять начался дождь, по стеклу резво побе¬

жали ломаные ручейки, в форточку ветер заносил осве¬

жающую водяную пыль.

Взглянув еще раз на Фирсонова, склонившегося над

столом, на его приятное, хорошо выбритое, моложавое

лицо, Антон почувствовал расположение к этому чело¬

веку.

— Я думал, нет на свете никого счастливее меня, че¬

стное слово... А она сказала, что не нуждается во мне, —

тихо и с горечью сказал Антон.

Сквозь дверь вместе с тягучей музыкой просачивался

невнятный говор женщин, короткий, приглушенный сме¬

шок; к их голосам присоединился мужской баритон —

это зашел старший конструктор Иван Матвеевич Семиё-

нов, живущий двумя этажами ниже. Он вел себя тут как

свой человек. Сейчас он принес большой пакет, с шутли¬

вым поклоном преподнес его Елизавете Дмитриевне. Таня

заглянула в пакет и воскликнула обрадованно:

— Какие чудесные яблоки! Крупные...

— К Елисееву, небось, съездил. Не поленился, — ска¬

зал Иван Матвеевич и прислушался к голосам за

дверью. — Кто это там?

Таня ответила шопотом:

— Вчерашний похититель Люси Костроминой.

Семиёнов удивленно приподнял брови:

— Да ну?! Любопытнейший экземпляр! Налетел, как

смерч. — Он даже придвинулся к двери, прислушиваясь

к разговору.

Елизавета Дмитриевна позвала пить чай.

— Идем, — отозвался Фирсонов и встал, приблизился

к окну, с минуту прислушивался к накрапыванию дождя;

надо было что-то сказать парню, ободрить, посоветовать.

Антон ждал.

— Смешно мне утешать тебя, Антон, — сказал он про¬

сто. — Характер твой не слабее моего, а может, сильнее,

крепче, и воля, наверно, найдется, и мужская гордость,

"\ак что ты сладишь с собой и со своим сердцем. Скажу

только одно: если любовь не помогает жить, работать —

она недорого стоит. И еще скажу откровенно: ты лучше

Люси.

— Не надо больше говорить о ней, — попросил Антон

тихо и твердо.

Алексей Кузьмич уловил в его взгляде, в наклоне го¬

ловы что-то решительное, волевое и в то же время чистое

и одобрительно кивнул соглашаясь:

— Как дальше будешь?

— Работать буду, Алексей Кузьмич.

— Ну, это само собой. А еще?

Антон пожал плечами. Алексей Кузьмич сел, положил

локти на столик, пристально вглядываясь в серьезное ли¬

цо Антона, повторил:

— Да, ты лучше ее. Но и в тебе чего-то не хватает,

и, пожалуй, главного: задачи не вижу, цели. Не забывай,

что ты в Москве, — это ко многому обязывает. Не вос¬

пользоваться хоть частицей того, что накоплено здесь за

многие века, — преступление. Так-то!..

Антон сосредоточенно молчал, не двигался.

Алексей Кузьмич открыл шкаф, снял с полки книжку,

положил перед Антоном.

— Будет время — почитай. Только оберни ее газетой,

что бы не запачкать переплета.