Чтение онлайн

щик!

Самылкин встревоженно спросил:

— Что случилось, Камиль? ,

— Давай другой молот,— упрямо повторил Камиль.—

Мой опыт больше, мой стаж больше, а Карннлин меня

бьет, на оба лопатки валит! Я много старше его, мне

лет много больше, мне это стыдно!

Старший мастер оглянулся:

;— Эко, что вздумал! Коли тебе стыдно, что тебя ком¬

сомольцы бьют, так ты тянись за ними.

— Не могу я тянись! — воскликнул Саляхитдинов.

Шея и скулы его побагровели. — Его бригада лучше мо¬

ей, мой бригада хуже. Его нагревальщик сильнее. Сара¬

фанов — мой нагревальщик. Зачем забрал? — крикнул он

Антону.

— Ты сам отдал, — сказал Антон. — Он же тебе не

нравился.

— Тогда не нравился, а теперь нравится. Давай назад

Сарафанова.

Гришоня весело взвизгнул:

— Накося тебе Сарафанова, держи карман шире!

Саляхитдинов свирепо топнул на него; тот юркнул за

спину Антона; а Илья, задумчиво потрогав нос грязной

рукавицей, сказал, переступая с ноги на ногу:

— Не пойду я к тебе, Камиль. Чего это я к тебе

пойду?

Антон взял со столика рукавицы, сунул их подмыш¬

ку и подмигнул Саляхитдинову:

— Погоди, Камиль, не то еще будет...

Василий Тимофеевич поддержал его:

— Они тебе, комссмольцы-то, покажут, где раки зи¬

муют...

— Покажут? — неистово крикнул Саляхитдинов.

Нет, не покажут! — Взял Антона за отвороты спецов¬

ки:— Вперед уйдешь? Не уйдешь! Знаешь Камиля? От

Камиля не уйдешь! Умру у молота, а не давай тебе

уйдешь!..

Он легонько оттолкнул Антона и зашагал прочь, по¬

водя могучими плечами борца, точно пробивался сквозь

плотную людскую толпу.

— Умирать подался!—потешался Гришоня; Василий

Тимофеевич сокрушенно покачал головой:

— Ишь, как забрало!..

Вторая смена приступила к работе, цех все гуще пол¬

нился гулом агрегатов.

Люсе было обидно, что Антон совсем не обращал на

нее внимания, как будто она не стояла рядом и не радо¬

валась его победе. Люся все ждала, что вот он повер¬

нется, посмотрит ей в глаза и скажет... «А что он мне

может сказать, — с горечью подумала Люся, — если ему

приятнее шутить с Настей Дарьиной, чем со мной?»

Но когда Антон направился к выходу, она все же

остановила его; он устало и приветливо улыбнулся ей.

Люся растерялась, не зная, о чем его спросить.

— Вы во Дворце культуры будете? — нашлась она,

хотя ей было известно, что они там будут. — Володя Без-

водов велел прийти вам всей бригадой.

За Антона ответил Гришоня, — всюду суется, везде

успевает этот Гришоня!

— Явимся. Во дворец нам позарез надо!..

Они долго плескались в душе, смывая с себя тягост¬

ную дневную усталость, затем распаренные, освеженные,

не спеша одевались, толпились у зеркала, причесываясь

и завязывая галстуки, потом ждали Настю Дарьину:

она вышла к ним прозрачно-розовая, как заря.

Во дворец кузнецы немного опоздали. Они бесшумно

прошмыгнули в зал, сели в задних рядах и притихли.

Перед ними сидели и о чем-то перешептывались Анти¬

пов и Люся. Девушка повернулась к Антону и сооб¬

щила:

— Вас в президиум избрали.

— Иди, — сказал Антипов, и улыбка тронула его

губы.

— Я посижу тут, — ответил Антон и, чуть вытянув

шею, оглядел зал: он искал Таню Оленину. Она сидела

впереди, у самой стены. Он сразу узнал ее по высокой

прическе, по голубой пушистой кофточке. Неподалеку от

нее Антон заметил Олега Дарьина с Мариной Барохтой,

в первом ряду — Женю Космачева и Сидора Лозу,

бригадиров молодежных бригад других цехов; за длин¬

ным столом президиума, рядом с секретарем комитета

комсомола Давыдовым, сидел директор завода.

Было очень тихо. Эту атмосферу тишины и торжест¬

венности, когда порыв молодости, затаенный в душе

каждого человека, ждет случая вылиться наружу и за¬

гулять по залу, необычайно любил Антон.

Над дубовой кафедрой возвышался Володя Безводов

и, отчеканивая слова, докладывал собранию о работе

комсомольцев кузницы с несоюзной молодежью.

— ...Я не верю, что есть такие «экземпляры», как вы¬

разился предыдущий оратор, которые не поддаются воз

действию коллектива. Чепуха! Нет таких людей! Я вам

расскажу об одной девушке, имя котерой не назову. Это

была девушка-мотылек., Кроме танцев и вечеринок, ее

ничто не волновало. О комсомоле она и слышать не хо¬

тела... А сейчас она лучший работник цеха, хотя и самый

молодой, но, пожалуй, самый активный и исполнитель¬

ный член нашей организации. И о своем, недавнем прош¬

лом она вспоминает если не со стыдом, то, во всяком

случае, с горькой усмешкой.

Люся наклонила голову. Антон увидел, как заалели

ее щеки и даже шея, и он удивился, что эта вот худень¬

кая смущенная девушка доставила ему в свое время

столько терзаний.

Он осторожно погладил ее по рукаву, дружески и

ободряюще.

В конце собрания секретарь горкома комсомола вру¬

чал лучшим комсомольцам-производственникам награ¬