Чтение онлайн

плечи, лопатки, поясница — тупо ныло, будто распухало,

ноги едва сгибались, в голове звенело, по спине струи¬

лись жгучие ручейки пота, и ему казалось, что вместе с

этими струйками, опустошая его, вытекает и сила. Но он

все так же продолжал подавать, не показывая виду, что

устал.

— Ты бы сел, отдохнул, надорваться можешь с не¬

привычки, — посоветовал Фома Прохорович, наклоняясь

к Антону.

— Перерыв будет — отдохну, — скупо отозвался на¬

гревальщик, кидая на штамп заготовку. И молот все сту¬

чал, все гремел, плющил сталь, осыпал темный пол крас¬

ными брызгами окалины...

Наконец наступила пора обеда. Молоты смолки, и в

цехе, над цехом, во всем мире под голубым апрельским

небом широко и вольготно распростерлась желанная то¬

мительная тишина, хотя в ушах Антона все еще бушевал

хаос звуков, глухих взрывов, медленно отдаляясь и зати¬

хая, как, ворча и затихая, отдаляется гроза, с бурей, с

громом и вспышками молний. Антон обессиленно сел на

груду холодных болванок, и тотчас перед глазами нача¬

ли играть, расходиться, сплетаться огромные круги не¬

обычайных волшебных цветов.

«Давно не работал в кузнице, отвык, вот и устал», —

подумал он, прикрывая глаза отяжелевшими веками и

улыбаясь новым, неиспытанным ощущениям.

Как сквозь дремоту долетел до него голос Гришони:

— Говорили тебе — отдохни, нет: дай характер про¬

явлю, силу покажу! Идем обедать. Ну, седлай меня, на

закорках понесу.

Антон оперся рукой на плечо Гришони и зашагал по

опустевшему цеху в столовую.

Там стояла толчея и веселый шум. Фома Прохорович

уже сидел за столом. Здесь он показался Антону не та¬

ким суровым, как в цехе, на переносице отпечаталась

красная полоска — след очков; приподняв тяжелые брови

и открыв участливый взгляд утомленных глаз, он сказал

глуховато:

— Садись. Проголодался, наверно? Я уж постарался:

заказал тебе и первое и второе. — И, помолчав немного,

испытующе спросил: — Уломала работка? Бежать не со¬

брался? Признавайся,

— Нет.

— Наша профессия горячая и тяжелая, это верно.

Зато и почетная, — весело, ободряюще заговорил кузнец,

принимая от официантки тарелку с борщом. — Почетная

и старинная. Токарей или там фрезеровщиков, электриков

еще и в помине не было, а кузнецы уже стояли у горна,

стучали своими молотками, ковали: для пашни — лемех,

для поля брани — меч. Сколько лет ей, нашей профессии?

Может быть, тысяча, может, пять, — поди, сосчитай! А

она все такая же молодая, все служит людям, места сво¬

его не уступает, обновляется с каждым годом, новой тех¬

никой обрастает... Ты этого, брат, не забывай! Мы, рабо¬

чие люди, — основа всей жизни, фундамент государства.

Так, что ли, Гриша?

—- А то как же!—отозвался Гришоня, точно отмах¬

нулся, — он торопился скорее поесть.

— Значит, каждый кирпич в этом фундаменте должен

быть крепче стали!—заключил Фома Прохорович. — А

что устал ты, Антон, так это ненадолго. Лет двадцать на¬

зад, когда я начинал кузнечить, я тоже первое время

света белого не видел, а потом втянулся. И сейчас озоло¬

ти меня — я свою профессию не променяю ни на какую

другую!

И действительно, недели через две Антон уже не так

уставал, мышцы привыкли к нагрузке, руки и плечи не

болели. А прошел месяц, и он прочно утвердился у печи,

освоился в цехе, узнал многих кузнецов, прессовщиков,

нагревальщиков. Вместе с ними он работал, жил в обще¬

житии, ходил по вечерам во Дворец культуры.

Там в один из вечеров отдыха молодежи и познако¬

мился он с Дюсей Костромипой, девушкой, похожей на

красивую пеструю бабочку. Она только что окончила де¬

сятилетку, и жажда веселья влекла ее всюду, где можно

было развлечься, закружиться в танце, пощебетать; по¬

смеяться. Смеялась же Люся неистощимо, заразительно

весело, с упоением; при этом голова ее чуть-чуть запро¬

кидывалась, ровные ряды зубов влажно блестели, ямочки

на щеках углублялись, и в хитро прищуренных, припод¬

нятых к вискам глазах вспыхивали пленительные огоньки.

Как-то раз, танцуя с ней и любуясь свежей, теплой

кожей ее лица, Володя Безводов подумал: «Если бы она

хоть на минуту забыла, что она красива, то сразу стала

бы простой и милой девушкой...». И тут же поинтересо¬

вался:

— В какой институт вы думаете поступать, Люся?

— Не знаю, я еще не успела подумать об этом, —

ответила она беспечно, тряхнув длинными локонами.—

Институтов много, а я одна. — Опираясь на его руку,

оглядываясь, она наслаждалась музыкой, движением, ка¬

русельным мельканием лиц. — Знаете, Володя, так хочет¬

ся отдохнуть от уроков, от учителей, от парты... —• По¬

молчав немного, щурясь на свет прожектора, спросила:

— Почему вы сегодня один?

— А с кем же я должен быть?

— Я привыкла видеть вас в окружении приятелей.

— Сегодня со мной только мой старый друг Антон