Чтение онлайн

— Ладно, Мейдин, если ты не против, — пробормотала она.

Прежде, чем скрыться в дверях кухни, Верджил взглянул на Джинни Сью.

— Вы — следующая. — Затем кивнул мне: — А после — ты.

Может, у меня уже паранойя, но мне показалось, что Верджил нарочно поставил меня последним. Наверняка это месть за то, что я принес ему весть об очередном убийстве в его районе.

Но не считая того, что поспать мне теперь не удастся до рассвета, Верджиловская месть принесла мне пользу. Ведь он предоставил мне шанс поболтать с Джинни Сью наедине.

Мы с ней решили устроиться в столовой. Хотя выбор у нас был невелик. Не в гостиную же идти, где Гораций до сих пор колдовал над трупом, а в прихожей не на что сесть. Джинни Сью безапелляционно уселась во главе стола. Мне осталось устроиться на стуле сбоку, не садиться же напротив, как будто мы чинно обедающая пара.

— Значит, — сказал я, — вы сестра Мейдин.

— Я только что поведала об этом шерифу, — фыркнула она. — А что такого?

Господи ты Боже мой, я просто пытался начать вежливую беседу.

— Да ничего такого…

— А я знаю, кто вы, — продолжала не слушая Джинни Сью, откидывая волосы таким же, как и Мейдин, жестом. — Один из тех, кто хочет засадить мою сестренку за решетку.

Я тупо мигнул. Откуда, скажите на милость, она это взяла? Не думает ли она, что я работаю на Верджила?

— Нет, — покачал я головой. — Вы ошибаетесь. Я частный сыщик, и работал на вашу сестру.

Глазки её сузились.

— Ах, тот самый…

— Тот самый? — глупо переспросил я.

— Да, тот самый идиот, которого она наняла следить за ней.

Черт подери, а! Впору ответить: «Ага, тот самый идиот».

— Ваша сестра наняла меня, чтобы документировать её деятельность…

Джинни прыснула со смеху.

— Документировать деятельность? Батюшки святы!

Из кармана кофты она достала пачку сигарет. Вытащила одну, сунула в рот и уставилась на меня выжидательно. Я что, должен предложить ей огоньку после «идиота»?

Я не двинулся с места. Не курю, и спичек с собой не ношу. Открыл было рот, чтобы это изложить, но Джинни Сью уже нахмурилась на меня. Как будто это была проверка на вшивость, и я её завалил. Она оттолкнула стул, поднялась и гордо прошествовала к антикварному буфету, где посередине большого хрустального подноса лежала крошечная золотая зажигалка. Затянувшись, она отправила в мою сторону огромное облако дыма.

Я подавил желание замахать руками и рассеять туман. Сидел, задержав дыхание, как ни в чем не бывало. Только глаза немного слезились.

— Знаете, — она наставила на меня сигарету, — тошнит меня от вас и вам подобных.

Я подумал: не слишком ли поспешно она осудила ту часть мужского населения планеты, которая разгуливает без спичек в кармане? Но тут она уточнила:

— Такие, как вы, плывут по течению, от одной доступной бабы к другой.

Мой знаменитый ответ на это:

— А?

— Бедняжка Мейдин так старалась спасти этот брак, готова была на все пойти — даже на ваш безмозглый план согласилась.

Неприятно огорчать её, но этот безмозглый план сложился вовсе не в моей голове. Но я не успел сделать это сообщение.

— Она ни за какие коврижки не решилась бы она на подобную глупость, если бы не была так безумно влюблена в Дуайта.

Тут Джинни Сью потеряла во мне сочувствующего слушателя. Если Мейдин была влюблена в Дуайта, то я — Пасхальный Кролик. А поскольку я не был обложен крашеными яйцами, это дало мне право надеяться, что я все-таки не пасхальный кролик. Значит, Мейдин испытывала к Дуайту не больше любви, чем к какому-нибудь близнецу Гантерману. При мысли об этом мне стало страшно.

— Погодите минутку, черт возьми! — не выдержал я.

— Нет, это вы, черт возьми, погодите минутку, — грубо передразнила меня Джинни. — Вы взяли у неё деньги, хотя прекрасно знали…

— Да я пытался её отговорить, объяснял, что из этого ничего не выйдет! Она и слушать ничего не желала.

Леди в кашемире выдула в моем направлении ещё одно зловредное облако дыма.

— Ой-ой-ой, ну надо же. Фу-ты, ну-ты. Она не желала слушать. Да вы копия Дуайта, тьфу!

Я снова замигал. Мне почему-то казалось, что между нами большая разница. Особенно теперь.

— В каком это смысле?

— Всегда у вас кто-то другой виноват. О мертвых, конечно, или хорошо, или ничего, но правду не скроешь. Вы с ним из одной породы мужиков.

— Одной породы?

— Да, именно. Вечно сваливаете ответственность на других. Дуайт во всем винил Мейдин и меня. Жаловался, что мы слишком много тратим. Представляете? Ему никогда в голову не приходило, что, может, он просто недостаточно зарабатывает.

Что ж, на все можно смотреть с двух сторон.

Джинни Сью явно оседлала любимого конька.

— Что же поделать, если у нас с Мейдин хороший вкус? Так уж нас воспитали, мы привыкли брать от жизни все самое лучшее. А на меньшее мы не согласны.

— Уверен, что…

Я собирался сказать «Уверен, что в этом вы правы», чтобы она немного успокоилась, но закончить мне не дали.

— Уверены? Вот все вы, мужики, такие. Вы всё всегда знаете наверняка. Так вот, мистер! Знаете, да не всё, уверяю вас!

Да, успокоил я даму, нечего сказать.

— Дуайт был уверен, что Мейдин будет здесь счастлива — здесь, в этой занюханной провинциальной дыре! По-настоящему счастлива, представляете?

Я тяжело вздохнул. Как коренной житель этой самой занюханной провинциальной дыры, я имел полное право оскорбиться. Проглотив пяток-другой неблагозвучных и мало приличных ответов, я, однако, быстренько сменил тему.

— Мисс Хестер, я преследую цель выяснить, кто убил вашего деверя. И далек от желания сажать вашу сестру в тюрьму. Не забывайте, ведь это я предоставил ей алиби.

Я решил не уточнять, что если все же найдутся весомые причины для того, чтобы поместить Мейдин за решетку, — как, например, доказательство её участия в заговоре с целью убийства, — я непременно лично проверю, чтобы ей предоставили самую удобную, уютную камеру смертников в тюремных застенках.