Чтение онлайн

— Раньше тут все было в цветах. Даже красивее, чем в другом саду.

«В другом саду», — мысленно повторил Улисес. Все большое и видное — всегда другое по отношению к первоначальной версии, маленькой, скрытой, истинной.

Сеньора Кармен взяла с полки папку и сказала:

— Идите-ка сюда.

Улисес встал у нее за плечом.

— Генерал Пинсон ничего не выбрасывал. И генерал Айяла тоже. Здесь все нужные вам бумаги. Счета, квитанции, копии документов — всё. Инструкции и гарантии к каждому приборчику в доме тоже. Видите, так и написано: «Инструкции и гарантии к бытовой технике и т. п.»? И к камерам, надо думать, тоже есть.

— Отлично.

Судя по инструкции, записи с камер сохранялись две недели, а потом автоматически стирались.

Улисес вернулся в кухню и снова выглянул в сад. Надин по-прежнему читала, кажется даже не поменяв позы. Он прошел в комнату безопасности и, сверяясь с инструкцией, нашел записи той ночи, когда умер Сеговия. Начал смотреть с полуночи. В доме не наблюдалось ни единого движения. На улице тоже — дом стоял в тупике на окраине квартала, откуда большинство жителей давно разъехалось. Время от времени Улисес останавливал запись, когда в поле камеры попадал какой-нибудь бродячий кот. Потом промотал вперед до момента, когда в конце улицы показались фары. Часы показывали три тридцать семь ночи. Машина подъехала к дому, припарковалась напротив. Правая передняя дверца открылась, вышла Надин и направилась к центральному входу в «Аргонавты». Водитель наклонился вбок, вытянул руку и захлопнул дверцу изнутри. Машина развернулась и уехала.

В ночь похорон Сеговии сцена в точности повторилась, только на двенадцать минут позже. В три сорок девять Надин вышла из той же машины — черной «Тойоты-Коралла».

27

Пока дон Пако, всхрапывая, дремал, Улисес решил осмотреть книжные полки. С одной стороны стояли научно-популярные, научно-фантастические и эзотерические журналы. С другой — черные папки с газетными вырезками, расставленные по темам, желтые этикетки, подписанные некогда черным маркером, едва держались на корешках. Улисес вытащил папку, обозначенную как «Авила / Вулкан». Там лежало множество статей и репортажей о старой легенде столицы: якобы в глубинах Авилы скрывается вулкан, который однажды превратит Каракас в новые Помпеи.

Улисесу в глаза бросилась новость с передовицы «Универсаль» от 7 августа 1977 года о поломке канатной дороги на станции Мариперес. Один из главных тросов застрял в лебедке и начал рваться. На несколько часов переполненные кабины зависли над зеленой бездной. Многих пассажиров пришлось эвакуировать через ветку Макуто, с другой стороны хребта, у моря. После этого канатку закрыли на неопределенный срок, а у отеля «Гумбольдт» начался один из самых долгих периодов простоя.

На следующей странице оказался репортаж «Насиональ», опубликованный в понедельник, 22 августа 1977 года, под названием «День, когда Авила должна была расколоться надвое… но не раскололась». Автор, которого звали Л. Медина, с волнением писал, как на все выходные город опустел, поскольку прошел слух, что Авила разойдется пополам, а в трещину хлынет Карибское море, что приведет к разрушительному наводнению. Слух распространил некий мужчина, утверждавший, что встретил на улице пророка в темных очках, который и предупредил его о грядущем катаклизме.

Две вырезки лежали рядом, из чего можно было заключить, что дон Пако усматривал связь между закрытием канатной дороги и поверьем, будто вулкан в недрах Авилы однажды начнет извергаться. На нижних полях новости от 22 августа он нацарапал что-то типа библиографической ссылки с номерами страниц. Улисес присмотрелся к полкам и обнаружил этикетки с буквенно-цифровыми кодами. Таким импровизированным способом Пако каталогизировал свою коллекцию. Улисес нашел журнал по ссылке в статье. Это оказался номер — тоже августовский, только 1969 года — двуязычного немецко-венесуэльского издания Venessuela. На обложке преобладали черный и красный цвета, а две буквы s сплетались в форме свастики.

Неужели дон Пако нацист? И этим объясняется его тяга к уединению. Вообще-то не очень логично, ведь он уехал из франкистской Испании как раз из-за своих республиканских взглядов. По крайней мере, он сам так говорил.

Улисес нашел в журнале нужные страницы. Статья называлась «Ein U-Boot in Guaire-Fluss» — «Подводная лодка в реке Гуайре» — и рассказывала про плавание немецкой подлодки «Гнаде» к берегам Венесуэлы во время Второй мировой войны. По-видимому, миссия состояла в зондировании вод близ некогда существовавшей здесь немецкой колонии — единственной во всей Америке — с целью ее возвращения Германии. В статье подробно упоминалось, что на период с 1528 по 1545 год король Испании Карл I отдал аугсбургским банкирам Ведь-зерам управление над Кляйн-Венедиг, или Маленькой Венецией (под этим названием Венесуэла была известна со времен Америго Веспуччи), в счет долга: Вельзеры финансировали кампанию, в результате которой он стал Карлом V, императором Священной Римской империи.

Так или иначе, подводная лодка пропала без вести. Поговаривали, что ее случайно подбила торпедой другая немецкая субмарина — U-502,16 февраля 1942 года потопившая в рамках операции, организованной Кригсмарине, танкер «Монагас» у полуострова Парагуана. Подтверждения этому не было. Автор статьи (аноним), придерживался другой версии, которая, несмотря на фантастичность, явно очень ему нравилась — нравилась настолько, что это даже слегка пугало. Якобы «Гнаде» слишком близко подошла к побережью Макуто, там ее подхватило мощнейшим подводным течением и утащило на дно реки Гуайре. Как «Гнаде» удалось проплыть под горой? Через один из подводных потоков, скрытых в глубинах Авилы, если соответствующим образом истолковать некоторые записи иезуита Афарансия Кирхера из его знаменитого труда «Подземный мир». Исполинскую стремнину, которая «подобно Сцилле и Харибде, покушавшимся на Улисса со товарищи, всосала подводную лодку и извергла в самом сердце города — реке Гуайре». Что было с «Гнаде» потом? Больше она не появлялась, хотя находились свидетели, утверждавшие, что в 1945 году во время ночных прогулок по берегам Гуайре видели, как на поверхность всплывает огромный кит.

«Со страниц этого печатного органа, призванного бороться с позорным порядком, ныне господствующим в мире, — завершалась статья, — мы можем утверждать, что это была „Гнаде", железный кит и символ неминуемого возрождения германской нации, ее подъема со дна не в омертвелой Европе, предавшей свои корни, а в Венесуэле, первом немецком бастионе Нового Света».

Остальные полки четко показывали, что дон Пако, будучи германофилом, вовсе не являлся поклонником Гитлера. С экземплярами журнала Venessuela соседствовали публикации, включавшие фрагменты «Путешествия в равноденственные области…» Александра фон Гумбольдта и дневника Анны Франк. Из последнего Пако подчеркнул ручкой запись от 29 сентября 1942 года: «С прячущимися происходит много любопытного». Не только подчеркнул, но и выписал на прямоугольный клочок бумаги и приклеил к странице, на которой нашел цитату.

Так, значит, он чувствует общность с евреями? Или только с Анной Франк, поскольку, как и она, является «прячущимся»?

Продолжая обшаривать библиотеку, Улисес обнаружил папку с надписью «Отели». Вытащил и уселся в кресло с регулирующейся спинкой. Это было собрание статей о самых знаменитых отелях Каракаса. «Гумбольдт» фигурировал в конце первого раздела, и на его карточке только и значилось под звездочкой: «Сведения об отеле „Гумбольдт" содержатся в особом томе АВ/ГУМБ/19/секц. АВИЛА».

Коллекция Пако представляла собой не просто библиотеку, а самодельный «Гугл», который он создавал десятилетиями, превращая маленький мирок своих любимых понятий в неисчерпаемую вселенную с рукописными ссылками на полях, ведущими из места в место, от вещи к вещи, но всегда в пределах Каракаса. Паутина взаимосвязанных новостей, репортажей и статей воспроизводила сам город и саму жизнь Пако.

Улисес вернул папку на место и занялся другими. Одна была не подписана, и в ней оказались не статьи, а рукопись научно-фантастического романа авторства Франсиско Сеговии «Год милосердия». Подзаголовок гласил: «Апокалиптическая научная фантастика, которая, не исключено, поможет отвести порчу, чтобы описанные здесь события не случились в ближайшем будущем».