Чтение онлайн

— Похожие функции, разная структура, — он перекатывал между пальцами засушенный листок, который я ему протянул. — Подземелье копирует поверхность, но по-своему. Как чертёж и готовое изделие.

— Примерно так. Только изделие живое и подстраивается под условия, которых наверху нет. Вообще интересно, как Подземелья работают и главное, почему.

Вальтер хмыкнул, убрал листок в карман и вернулся к своим болтам.

Маркус молчал большую часть пути. Его серые глаза изредка находили меня поверх голов идущих впереди, и в этих кратких мгновениях контакта я различал непрерывную, тихую работу мысли, от которой между нами будто натягивалась невидимая нить. Правда, пока было непонятно: к добру это или к худу. Главное, что я многое вынес из этого похода для себя, а дальше посмотрим, как все это будет развиваться.

Верескова Падь показалась к вечеру четвёртого дня, когда солнце уже ложилось на верхушки деревьев за вырубкой.

Группа прошла через ворота и направилась к арендованному дому на отшибе. Тюки с добычей упали на пол с тяжёлым стуком, и авантюристы расползлись по комнате, сбрасывая снаряжение, разминая затёкшие плечи и ноги. Пусть они и были привычны к подобному, но все же отдых требовался всем.

Маркус разложил добычу на столе. Отсортированные по размеру кристаллы маны заняли левую сторону — двадцать семь штук, от мелких горошин до камешков, размером с фалангу мизинца. Связанные в пучки когти второранговых порождений легли справа. Свёрнутые в рулоны шкуры стояли у стены, а собранные мной и Коулом травы сушились в берестяных коробах на подоконнике.

Стен и Вальтер занялись сортировкой, перебирая каждый предмет с деловитостью многолетней практики. Дейл и Коул убирали оружие, чистили ножи и проверяли свитки, потратившие часть заряда при обнаружении подземелья.

Я собирался уходить. Контракт выполнен: провёл их туда и обратно, показал безопасные маршруты, предупредил об опасностях, отработал в бою. Моя оплата лежала в кармане, а доля с добычи — в мешке, который я уже забросил на плечо

— Вик.

Маркус стоял в дверном проёме, ведущем во двор. Его силуэт темнел на фоне закатного неба.

— Задержись. Поговорим.

Я опустил котомку. Маркус вышел во двор, и я последовал за ним.

Маленький двор огораживал низкий забор из жердей, за которым начиналась вырубка. Обросшие мхом пни торчали из земли ровными рядами, и между ними курился сизый вечерний туман, едва различимый на фоне темнеющего леса.

Маркус присел на чурбак у стены, достал из кармана глиняную трубку с коротким мундштуком и кожаный кисет. Набил трубку мелкой бурой табачной крошкой, от которой потянуло терпким сладковатым запахом. Высек огонь кресалом, раскурил, затянулся. Тонкая голубоватая струйка дыма поднималась вверх витками и таяла в остывающем воздухе.

Маркус курил молча, глядя на дым. Секунд двадцать, может, тридцать. Табачный дым смешивался с вечерней сыростью, и сквозь паузу я слышал голоса из дома, приглушённый стук и звяканье — Стен и Вальтер разбирали добычу. Мне самому запах не сильно нравился. Все же в лесу стараешься вообще не выдавать своего присутствия и самое глупое, что можно сделать — использовать подобные пагубные привычки, чтобы звери чувствовали тебя заранее.

— Я видел сорок три Подземелья за свою карьеру, — Маркус заговорил иначе, чем обычно. Тише, без командных интонаций, с расслабленной откровенностью, которая приходит к людям вечером, после тяжёлой работы, когда наконец-то можно ни о чём не думать. — Двенадцать экспедиций в дикие зоны. Потерял шестерых товарищей, двоих из которых считал близкими друзьями. Заработал достаточно, чтобы купить дом в Кареноре и больше никогда не лезть под землю. Но каждый раз возвращаюсь.

Он затянулся, и кончик трубки высветил его лицо снизу, обозначив глубокие складки у рта и усталость в серых глазах.

— За эти два дня ты показал больше, чем я ожидал от проводника. Скорость, реакция, чутьё на опасность. Ты читаешь лес, как Стен читает следы, с той же естественностью, с какой дышишь. Дважды ты предотвратил засаду, предупредив группу до того, как кто-либо из нас что-то заметил. Один раз перехватил зверя, заходившего Коулу со спины, и парень жив, благодаря тебе. В бою ты не создаёшь проблем, не лезешь, куда не просят, и делаешь свою работу без лишних вопросов.

Трубка потрескивала. Маркус выпустил дым через нос, его тут же унесло в сторону леса, и посмотрел на меня.

— Знаешь, что ещё я заметил? Дейл и Коул стали работать лучше. За два дня внизу они показали больше слаженности и дисциплины, чем за предыдущий месяц. Коул прикрывал фланг, вместо того, чтобы хвастаться снарядами. Дейл дважды подержал строй, когда раньше сорвался бы в атаку. И оба поглядывали на тебя между стычками, проверяя, видишь ли ты, как они работают.

Он усмехнулся одним уголком рта.

— Ты для них — маяк, планка, до которой хочется дотянуться. Парень их возраста, деревенский, без гильдейского образования, который уложил их обоих голыми руками и ходит по подземелью так, будто родился там.

Он вынул трубку изо рта и направил мундштуком в мою сторону.

— Я хочу предложить тебе место в отряде. Временное. Я вижу, что ты привязан к лесу и к деду, бродячим авантюристом не станешь. Но на время исследования этого Подземелья, пока мы не зачистим несколько этажей, не составим полную карту, не соберём основную добычу. Прежде, чем сообщим о находке в Гильдию, у нас есть полное право на собственное исследование этого места.

Он назвал условия. Равная доля с остальными после вычета общих расходов на зелья и ремонт снаряжения. Фиксированная оплата за каждый выход, независимо от добычи, как гарантированный минимум. Гибкий график, вылазки планируются заранее, с учётом, в том числе и моих дел.

— Я понимаю, что у тебя свои обязательства, — добавил он, постукивая трубкой о край чурбака, выбивая пепел. — Дед, хижина. Никто не будет тебя дёргать через день. По обстоятельствам. Мы сами подстроимся. У нас большой контракт на Подземелье в Пределе. Времени много, и, я уверен, расходы покроются с лихвой.

Последний довод он приберёг напоследок.

— Если тебе чего-то не хватает из снаряжения, артефактов, зелий — скажи, постараемся достать. У гильдии есть связи с мастерскими, которые не продают товар на открытом рынке. А у меня есть нужные связи, чтобы ускорить все процессы.

Я слушал, привалившись к забору, и перебирал аргументы, складывая их в стопки, как складывал серебряные монеты после торга с Сортом.

Деньги хорошие. Крыша для хижины, запасы на грядущую зиму, которые здесь, судя по воспоминаниям прошлого Вика, очень суровые, новые ингредиенты для экспериментов, оборудование, которое Торн давно бы заменил, если бы не экономил каждый медяк — всё это решалось парой вылазок. Все-таки мой дед привык обходиться малым и довольствовался этим. Мне же требовалось куда больше, гораздо больше.