Сказки
Шрифт:
Мальчик не расставался с обезьянкой. Он усаживал Жаконю в заводной автомобиль и катал по всей квартире; он ставил в уголке игрушечную мебель и играл с Жаконей в «гости»; потом научил Жаконю ездить верхом на деревянном коне… Иногда они играли в «школу», и Мальчик очень сердился на Жаконю за то, что тот не хотел учить сказку про глупого мышонка.
Но всё-таки обезьянка доставляла много удовольствия Мальчику. И, глядя, как они весело играют, Мама и Папа радовались.
Жаконя отправляется в путь
Я позабыл вам сказать, что Папа шестилетнего Мальчика был автоинженером. Автоинженер — это человек, который знает устройство всех автомобилей: легковых, грузовых, автобусов и тягачей.
И вот однажды Папу вызвал к себе его начальник и сказал:
— Вы очень хороший инженер. Поэтому мы просим вас поехать на работу в Сибирь. Там сейчас идет огромное строительство, и ваши знания нужны сибирякам.
— Хорошо, — ответил Папа начальнику. — Конечно, отсюда до
Сибири путь не близкий… Но я знаю: туда сейчас едут люди со всех концов страны — строить большие города, новые заводы, добывать из-под земли каменный уголь, да мало ли там всякого дела!.. Я поеду в Сибирь с удовольствием!
Пришёл Папа домой и стал собираться в дальнюю дорогу.
В Сибирь Папа ехал пока что один, без семьи. Решено было, что Мальчик с Мамой приедут туда будущей весной, когда Папа приготовит им квартиру.
Очень грустили отец с сыном, прощаясь. И Мальчик сказал Папе:
— Подари мне что-нибудь на память…
— Что же тебе подарить?.. — задумался отец. — Ага! Я подарю тебе дорогую для меня вещь — кокарду со своей старой солдатской фуражки. Согласен?
— Еще бы!.. А я тебе подарю… — Мальчик тоже задумался. — Ага! И я подарю тебе дорогую для меня вещь — Жаконю! Хочешь?
Папа крепко обнял сына, он знал, как любил Мальчик свою игрушку.
Старую солдатскую кокарду прикрепили на шапочку шестилетнего Мальчика, Жаконю положили в карман Папиного пиджака. И все поехали на вокзал, откуда уходил поезд в Сибирь. Путешествие началось.
«Ой, куда меня везут?»
Пять суток ехали они в поезде. Жаконя лежал себе в кармане без забот и хлопот и почти всю дорогу сладко спал. Во сне он видел Мальчика и его игрушки — саблю, заводной автомобиль, коня, кубики…
Иногда Жаконя просыпался и слушал разговор людей в поезде. Люди беседовали между собой:
— В Сибири, конечно, хорошо жить. Только холодно очень.
— Это что и говорить! Морозы там бывают очень сильные.
«Ой, куда же это меня везут? — думал Жаконя. — Ведь замёрзну я там!.. Я же, как-никак, обезьяна, мне нужно обязательно жить в тепле… Ой, погибну я там, в Сибири. Обязательно погибну!»
«Не погибнешь никогда, никогда, никогда», — стучали колёса.
«Не бо-о-ойся!» — пел паровозный гудок.
А Жаконе уже казалось, что он умирает; он хватал себя за лоб и прикладывал руку к сердцу. Только лоб у него был суконный и сердце тряпичное, и поэтому ничего нельзя было разобрать… Но вот поезд замедлил ход и все стали готовиться к выходу.
— Это — Сибирь? — спросил Папа у кондуктора.
— Сибирь-матушка! — ответил кондуктор.
«Сейчас мы выйдем на улицу, и я, наверное, сразу же простужусь и умру», — подумал Жаконя и, схватив лежащий рядом Папин носовой платок, словно шарфом, обернул им себе шею.
Разве это Сибирь?
Но когда они вышли из вагона, то Жаконя услышал, как Папа сказал:
— Какая великолепная погода! И тепло! Даже не похоже на осень.
Жаконя потихоньку выглянул из кармана и зажмурился — так сильно ударили ему в глаза тёплые солнечные лучи.
Вокруг ходили люди в лёгких одеждах. Деревья тихо шелестели золотистой осенней листвой. В ярко-синем небе летела цепочка журавлей. На полях гудели комбайны — там убирали урожай. А вдали, по самому горизонту, тянулись ряды высоких гор.
Жаконя подумал: «Наверное, нас обманули и привезли не туда, куда нужно. Все говорили, что в Сибири холодно, а здесь тепло! Да разве это — Сибирь?..»
Всё ещё в дороге
Но это, в самом деле, была Сибирь. Только не знал Жаконя, что в Сибири осенью часто стоит хорошая погода.
Жаконя надумал, было прогуляться по такой погоде и почти совсем уже вылез из Папиного пиджака, но паровоз вдруг закричал: «Ку-у-уда?!»
И Жаконя в испуге залез обратно в карман.
Поезд помчался дальше.
А Папа и ещё несколько мужчин сели в грузовик и поехали в деревню, потом по лесу, который в Сибири зовётся «тайгой», потом вдоль берега широкой реки, где рыбаки тянули сети с рыбой…
Очень интересно было ехать в грузовике, но Жаконя опять задремал и проснулся только тогда, когда уже подъезжали к деревне.
Стали жить у старушки
Папа с Жаконей поселились в избе у Старушки. Изба была чистенькая, весёлая, сделанная из жёлтых сосновых брёвен. Кто бы ни проехал по улице мимо такой славной избы — обязательно говорил: «Наверное, здесь живут хорошие люди, аккуратные!»
А Старушка и вправду была очень аккуратная и добрая. У неё жили: корова Зоренька, пёс Черныш и три сибирских кота — Васька, Фомка и Дымка. Зоренька давала молоко. Черныш сторожил дом, а коты где-то бродили, и, кажется, никаким важным делом не занимались.
Скучает Жаконя
Вы уже знаете, что рядом с деревней начали строить завод. И Папа с утра уходил туда, где люди экскаваторами копали землю, круглыми пилами резали доски, складывали из кирпичей длинные стены.