Чтение онлайн

Несмотря на то что я ещё не знал брата Амикуса, его поступок заполучения себе персонального крепостного (и особенно женщину, судя по всему) попахивал чем-то очень нехорошим, но я не стал комментировать это и решил дослушать до конца.

– …И мне нужно было сделать ещё что-то большее, чтобы вернуть себе преимущество. Мне нужно было найти такого необычного и нетипичного пета, чтобы ни у кого не возникало вопросов в уровне моей дипломатии тоже.

– И как ты наткнулся на нашу планету?

– Случайно. Чисто случайно. Мне помог мой учитель. Он разослал свои спутники во все концы галактики, настолько далеко, насколько это вообще возможно. И так получилось, что ваша планета оказалась ближайшей из всех.

– Вот как…

– Честно говоря, я думал, что ты не будешь сильно возражать, поскольку… я подслушал, что ты хотел бы оказаться в другом мире и найти в нём своё место. Я хотел заключить с тобой сделку. Я предложу тебе жизнь куда лучшую, чем у тебя есть, а взамен ты просто поедешь со мной. Я испугался, когда ты так на меня отреагировал, и не знал, что с тобой делать. Но потом, когда тебе вроде как понравилось, я подумал, что мой план удался. К тому же мне кажется, что ты будешь в восторге от инопланетной технологии. И я обрадовался, когда думал, что ты… ну… в общем, думал, что ты положительно это воспринял. Скажи, чего я не учёл?

Я глубоко вздохнул и сел на соседнее пилотское кресло.

– Да, всё так. Ты не ошибся. Я действительно… в шоке от всего, что происходит. А твоя проблема в том, что ты не учёл наиобыкновеннейшие вещи. Например, то, что обычному человеку было бы, мягко говоря, немного страшновато в один момент попасть в космос с волкоподобным существом с мускулистым телом и большими зубами. То, что он мог оказаться морально не готов начать новую жизнь в незнакомом месте. То, что у него и вправду могут возникнуть опасения по поводу того, что у него будет хорошая жизнь в «новом мире». Понимаешь, фантазировать о том, что ты попадёшь в другой мир, и попасть туда на самом деле – две разные вещи. Да и про мораль: у многих есть обязательства перед другими людьми. У кого-то – перед своим любимым человеком, у кого-то – перед семьёй, у кого-то – может, перед коллективом людей, какой-нибудь организацией, перед страной, в конце концов… В моей стране, например, сейчас немного нехорошая ситуация в целом, и хотя я не могу ничего для неё сделать… пока… я хотя бы могу хоть как-то быть рядом с людьми, у которых сейчас тяжёлая ситуация. Поэтому мне будет некомфортно сейчас переместиться в «другой мир». А уж вести в нём жизнь в разы лучшую, чем у моих соотечественников, – ну совсем нехорошо, хотя чувствую, что с тобой мне об этом беспокоиться не придётся…

– Так, я, может быть, и вправду склонен к совершению необдуманных действий, но не собираюсь продавать тебя в рабство! – Амикус вдруг снова стал злиться, но я не очень обращал на это внимание.

– Да, зато ты будешь успешно продолжать совершать свои «необдуманные действия», из-за которых будут страдать окружающие, в том числе и я. Например, нелегально… Кстати, а кто тебе разрешил так спокойно шастать по чужим планетам и искать себе шавку?

Я чувствовал, что уже перебарщивал со своим напором, но не мог остановиться. От отца мне досталась очень плохая привычка – публично возмущаться по каждому поводу, чтобы выпустить пар, при этом не задумываясь, что могу кого-то этим ранить. А поскольку для меня грань между просто нытьём и нытьём, направленным на конкретного человека, была очень тонка, то…

– Этот корабль находился в свободном доступе для императора. Поэтому я… тайком занял его, пока никто не видел.

– Ха-ха, «тайком занял».

– Времена сложноватые, знаешь ли! – недовольно рыкнул Амикус.

– Это для тебя одного они сложноватые, потому что тебе, судя по всему, просто жесть как свою задницу с трона не хочется поднимать!

Амикус обиженно насупился.

– Эй! Ты что, обиделся?

Амикус отвернул свою морду, у него был такой вид, как будто он сейчас разрыдается.

– Ну что за детский сад! Как ты собираешься становиться императором, когда так легко обижаешься? Знаешь, как тебя люди будут поносить, по крайней мере, у тебя за спиной? Ладно, прости. Как видишь, я тоже далеко не подарок. Я не хотел… вернее, не думал, что так тебя обижаю. Я настолько привык к своей манере общаться подобным образом, что уже и не задумываюсь над тем, что делаю другим людям больно в своей дурацкой недосаркастичной манере… Я вообще не думал, что автопереводчики такие чумовые! Прости, правда.

Амикус немного похмыкал и успокоился.

– Неужели я и вправду настолько… плох?

– Знаешь, ты немного нелепый. Сразу видно, что у тебя мало жизненного опыта. Так что придётся тебя исправить.

– Исправить? Значит, ты всё-таки согласен?! – от радости подпрыгнул Амикус.

– У меня условие: мои близкие должны знать, что со мной произошло.

– Об этом не волнуйся! Я оставил сообщение на столе в твоей комнате, в котором говорится…

– И как поймут язык с другой планеты, гений?

– Ой… чёрт!

– Знаешь, ты просто… просто… ох, у меня уже эпитетов не осталось. Давай вези меня уже в свою Астру или куда там ты хотел.

– Юбель, спасибо! Спасибо, правда! А насчёт семьи… знаешь, я снова попрошу Горация, он что-нибудь придумает!

– Уж желательно, чтобы придумал. А то мои бабушки уже с ума сходят, наверное.

Я почувствовал усталость и рухнул на сиденье.

– Чёрт, что-то я проголодался…

– Ну, ты хотел допить мой кофе. Сейчас самое время.

– Точно.

– И какая из себя эта ваша Адастра?

– Тебе понравится! Мы едва ли не самая процветающая цивилизация в галактике! – с гордостью в голосе сказал Амикус. – Мы лидирующая цивилизация по науке, культуре и… короче, проще увидеть, чем услышать.

– Свежо предание…

– Слушай, Юбель…

…Почему я не могу так привыкнуть к своему обновлённому имени? Сам же не стал поправлять. Думал, что так лучше.

Ненавижу своё имя. Какой я ещё, на хрен, Юлий?

– Аушки?

– Почему ты… не становишься таким, каким был до этого? Я думал, мы уже помирились…

– …Это… это был не я. В смысле… не настоящий я. Это был всего лишь фасад, для того чтобы выудить из тебя информацию.

– Ну и коварный же ты тип!

– Сам не ожидал.

– А сейчас настоящий? Вроде бы настоящий…

– Ха-ха. И хватит меня щекотать.

Я стал замечать, как постепенно начинаю воспринимать этого пришельца как человека. Так же радуется, злится, грустит… и косячит. Очень-очень сильно косячит. Он словно очень-очень большое дитя.