Чтение онлайн

Мою корзину с бутылками от подножия западной башни Карфакс забрал. Я заметила краем глаза, когда шла по двору до провала в стене. Солнце стояло в зените. Отец давно ушёл на работу, а мать хлопотала по дому. Осталась я без завтрака, но, может, хоть обедом накормят?

За стеной замка сидела долго. Всё не решалась проверить, как меня будет убивать шар, вздумай я трепать о нём языком. Прилетит из подвала и по голове стукнет? Или снова ослепит? Вот же мерзкая колдовская штуковина.

— Дрянь, — выругалась я сквозь зубы.

Голубое свечение пробежало по голым рукам и больно защипало кожу.

— Ох, ты ж, чтоб тебя!

Мстительный артефакт охватил мои руки огнём. Я завизжала и запрыгала, пытаясь стряхнуть призрачное пламя, но боль ушла только, когда я догадалась заткнуться. Терпела, дышала носом и свечение погасло. Доходчиво. Интересно, а дома мне тоже придётся молчать? Матушка сразу же заподозрит неладное. Так прицепится, что не отстанет, пока не услышит правду. Буду гореть при ней. Или шар только на оскорбления отзывался? Хоть бы.

— Миленький хорошенький, — елейно пропела я.

Искры угрожающе вспыхнули на коже, но вреда не причинили. Уже неплохо. А если совсем о нём не говорить?

— Погодка нынче чудесная, — продолжила я напоказ веселиться. — Тёплый ветерок, солнышко над головой, — шар не реагировал, — голубое небо…

Тьфу ты, пропасть! На слово «голубой» искры снова ужалили меня за руку. Кажется, я поняла, как пиликала эта дудочка. Шар зацепил меня магией, когда я заговорила при нём, и теперь следил за каждым словом. Вдруг проболтаюсь? Ух, не зря его Карфакс в подвал запер. С таким ненормальным артефактом никакое мировое господство не нужно. От шара бы отделаться!

Я встала с камней и пошла домой.

Малыши Грета и Клаус играли во дворе. За ними присматривали трое средних братьев, заодно складывая в поленницу нарубленные вчера отцом дрова. А Елену мама учила варить суп.

— Ещё не готово, горох сухой и долго варится. Мередит! Ты сегодня поздно.

— С господином Карфаксом разговаривала, — сказала я почти-правду. — Мама, меня повысили.

Деревянная ложка выпала из её рук и громко звякнула о край котла. На усталом лице матери появилась робкая улыбка. Я видела, как они с отцом не щадили себя ради детей, как тяжело приходилось. Любая хорошая новость считалась чудом, а у меня колени дрожали от страха. Если колдун не смог избавиться от власти шара, то у бедной служанки и подавно не получится. Я приговор себе зачитывала.

— Я теперь в замке работаю. Убираться буду, за двором следить, на кухне готовить…

— Ой, дочка, целый замок!

— …на рынок за продуктами так же ходить…

— Он такой большой, ты не справишься одна!

— …комнату мне выделили.

Мать вскрикнула и тут же зажала рот рукой. От радости её глаза стали огромными, дыхания не хватало.

— Дочка, — простонала она. — Мери. Тебя же… Тебя же экономкой назначили! В замке! Ох, отец на работе, не слышит. Нико, Лука! Бегите сюда, у нас новости!

Братья примчались с улицы, и пол старого дома протяжно заскрипел рассохшимися половицами. Мать умела устраивать вокруг себя вихрь. Её голос звучал на половину улицы. За сбивчивым пересказом пошли указания:

— Перво-наперво набери новых слуг. Сразу же поставь себя главной. Пусть другие на посылках бегают. О, Мередит, это такая удача!

Я слушала, кивала, отбивалась от вопросов любопытных братьев и старалась увернуться от завистливого взгляда Елены. Глупой девочке казалось, что я попала в сказку. Целый замок, важная работа, вся семья в восторге.

— Оденься поприличнее, — выдохнула мать. — Не позорь нас. Давай платье твоей тёти достанем. — Елена окончательно губы надула. За секунду я стала врагом. Тётино платье мама ей в приданное обещала. А теперь, не моргнув глазом, распахнула крышку тяжелого сундука и нырнула в наши скудные богатства по самые локти. — И чепец! У любой уважающей себя экономки должен быть красивый чепец!

— Мама!

— Тише, Елена! Сестра ради всех нас старается. Бери, дочка, бери.

«Знали бы они, — стучало у меня в голове. — Знали бы они!»

Столько планов было на жизнь, столько желаний. Большие дом грезился в большом городе, достойный муж, собственная карета с лошадьми — всё прахом пошло. Сгорело голубым пламенем. Остались тётино платье, чепец экономки и проклятый колдун со своим шаром!

— Спасибо, мама, — прошептала я. — И давайте быстрее. Карфакс ждёт к вечеру. Опаздывать нельзя.

В старомодном платье с оборками на груди я выглядела до ужаса нелепо. Оно пахло сундуком и никак не хотело разглаживаться. А ещё чепец. Кружевное безобразие. «Мечта старой девы». Я выбросила его, стоило выйти из деревни. Скажу, что потеряла. Или ничего не скажу. Вернуться домой мне уже не суждено, а в суете даже попрощаться толком не дали. Клауса поцеловать, Грету. Вместо этого нарядили, нагрузили и вытолкали за порог.

Матушка, казалось, половину нашего добра сложила в мою корзину. Кружку глиняную отдала, ложку, тарелку. «Пусть не думают, что мы совсем нищие, с пустыми руками тебя отправлять». Мешочки с горохом, пшеном и фасолью. «На первое время. Вдруг готовить сейчас не из чего?» Даже книгу, по которой мы с братьями грамоту учили. «Если читать не захочешь, то просто открой перед собой и сиди. Экономка должна выглядеть умной».

Эх, мама, ну какая из меня экономка? Они годами учатся, в толстых учётных книгах что-то пишут. А я читать едва умею и считать до ста. Ошибся Карфакс с помощницей. Хоть тут промахнулся, чем подарил повод вытереть слёзы и злорадно улыбнуться. «Ну что, колдовское жилище, ты готово вздрогнуть? Сейчас бедная и малообразованная служанка Мередит наведёт в тебе порядок».

При свете дня замок выглядел хуже тётушкиного платья. Да, когда-то хозяева им гордились, но я родилась позже, чем он растратил своё величие. Между двумя высокими башнями громоздились остальные постройки, в стене зияла брешь, а к навсегда закрытым воротам я так и не решилась подойти. Но если раньше я лишь вздыхала над унылостью и запустением, то сегодня оглядела новое место работы придирчивым взглядом. Черепица с крыш поотлетала. В верхних комнатах от дождя развелось болото. На нижние тоже протекало. Если в замке имелась библиотека, то книгам конец. Гобеленам и коврам тоже. Эх, столько придётся выбросить, что ничего не останется. Как бы я со своей ложкой и кружкой не оказалась богаче Карфакса.