Чтение онлайн

– Я очень виноват, – пробормотал Уитфилд.

– Доброй ночи, – сказал Роберт Митчелл.

Через три недели еще один критик в другой передаче произнес совсем уж непотребное слово, и преступление Вернона Уитфилда скоро забылось, но путь на телевидение был ему закрыт. Впоследствии Деннис раскаялся в своем коварстве. Он так и не выяснил для себя, смог бы победить в честной схватке или нет.

В конце концов запас отговорок у Софи иссяк, и отец с тетей Мари впервые приехали к ней в Лондон, чтобы посмотреть квартиру и поприсутствовать в студии на записи эпизода. Конечно, родственники слегка подпортили ей удовольствие и ущемили гордость: Софи послала им деньги на покупку железнодорожных билетов первого класса, но они предпочли трястись в автобусе; она заказала для них отдельные номера в отеле «Ройал гарден», но отец с теткой, узнав, что за номер берут девять гиней в сутки, перебрались в маленькую семейную гостиничку на той же улице.

– В том отеле – кафе круглосуточное, – возмущался Джордж Паркер, до предела вздергивая брови.

Он пил чай в гостях у дочери, неловко ерзая на пуфе из магазина «Хабитат». Мари побежала за покупками.

– Да, знаю, – сказала Софи. – «Лабиринт». Я там бывала.

– И ресторан на крыше.

– В нем я тоже бывала. «Королевская крыша». Выходит на Кенсингтонский дворец. Где живут Мег и Тони {46} . Я думала, тебе понравится.

– Мег и Тони?

– Так люди их называют.

– Нет, «люди» их так не называют.

Во время родственного визита эта тема возникала постоянно: «люди» против «людей». «Люди» против «ее людей». Лондон против Севера. Шоу-бизнес против остального мира. Многое, что стало для Софи привычным, некогда казалось ей неиссякаемым источником удивления.

– Нам, знаешь ли, не требовалось обедать на крыше и круглосуточно глушить кофе.

– Ну хорошо, вам не требовалось, но другим могло быть приятно.

– Вот это нас и отвратило.

– Да почему, в конце-то концов?

– Если в отеле такие постояльцы, которым в четыре утра требуется кофе, это для нас неподходящее соседство.

Спорить не имело смысла, и Софи сдалась: пусть живут где угодно, ежедневно экономя приличную сумму в шесть гиней с носа, да еще получая домашний завтрак.

Они захотели познакомиться с Клайвом, и когда Софи, не подумав, рассказала ему о приезде родственников, Клайв тоже изъявил желание с ними встретиться. Софи пыталась ему внушить, что он и так их увидит – в студии, но Клайв претендовал на большее.

– Просто хочу тебя пощадить, – сказала Софи.

– Не нужно меня щадить. Я не из той категории, что Деннис, Брайан и прочие, кто отирается рядом.

– А что тебя отличает?

– Да то, что я по сценарию – твой муж, а по жизни…

– Ну? Ты даже не можешь закончить фразу так, чтобы им стало понятно.

– Я приглашу вас всех на ужин. В субботу вечером. Не могу же я после записи пожать им руки и смыться.

– И не надо. Останься, выпей с нами по бокалу вина.

– Но они считают себя моими родственниками.

Софи понимала, что Клайв говорит всерьез. Она была близка к помешательству. Иногда он с ней спал, иногда нет; она вечно затруднялась определить свой статус, а порой терзалась от ревности, хотя и сознавала, что ревность ни к чему хорошему не приводит и вообще лежит за пределами тех отношений, какие хотелось бы поддерживать с Клайвом.

– И будут перегибать палку, – добавила она.

– Ну и пусть. Жалко, что ли? Палка есть палка. Как ее ни перегибай.

– Меня потом замучают разговорами.

– Разве я не могу считаться просто другом?

– Они такой дружбы не понимают. Особенно в субботу вечером. Они понимают, что такое муж и жена, жених и невеста, – вот и все.

– Я закажу столик в «Шикиз» {47} . Им там понравится.

– Кто бы мог подумать, что ты так хорошо знаешь их вкусы…

Он не ошибся. «Шикиз» произвел на них прекрасное впечатление, не в последнюю очередь потому, что работал только до половины девятого; Клайв правильно рассчитал, что ужинать они привыкли в шесть вечера. Если бы за угощение платила Софи, отец с теткой, увидев цены в меню, пулей вылетели бы из-за стола, а так они лишь спрашивали Клайва, точно ли он уверен, что готов ради них на такие расходы, и постоянно благодарили.

– Ты жениться-то собираешься, Клайв? – поинтересовалась Мари, когда они сделали заказ.

– Пока присматриваюсь, – ответил Клайв.

– Молодой еще, – вздохнула Мари.

– А чего присматриваться: вот наша Барбара – девушка на выданье, – сказал Джордж.

– Софи, – поправила Софи. – И я не «девушка на выданье».

– Разве? – удивился Джордж.

– Ну-ка, ну-ка, поподробнее, – сказал Клайв.

– Мне нужно сначала определиться в профессии, а потом уж думать о другом.

– Клайв может и обождать, верно? – обратился к нему Джордж.

– Естественно, могу, – ответил Клайв.

– А тем временем просто поухаживать, да?

– Конечно. Поухаживать – милое дело.

– Ну, вот и договорились, – сказал Джордж.

– Господи, сколько можно, – взмолилась Софи.

– А что мы такого сказали? – Джордж выкатил глаза, намекая Клайву, что разговор у них далеко не праздный.

– Давайте сменим тему, а? – предложила Софи. – Что слышно на работе, папа?

Но отец с теткой не для того выбрались в Лондон, чтобы вести беседы про Блэкпул. Им хотелось узнать, что представляет собой нынешняя постановка, с какими кинозвездами работают Клайв и Софи, а главное – сталкивались ли они вживую с «Битлз». (Клайв приврал, что буквально на днях был на вечеринке и чуть-чуть разминулся с Полом; родственники Софи восхищенно качали головами и долго сокрушались.) Но когда за соседний столик в одиночестве сел «мистер Мэджик» – эстрадный комик-иллюзионист Бек, россказни Клайва тут же отошли на задний план.