Чтение онлайн

— Вот где это! — выкрикнула Сакс. Девушка резко обернулась назад. Они уже миновали нужный причал, так как слишком далеко углубились на юг. Отсюда до него было около четверти мили. Амелия увидела и старые деревянные постройки, и трубу водослива, торчащую из насыпи над водой. Сколько у них осталось времени? Его почти нет. Спасти жертву, пожалуй, невозможно.

Амелия сорвала с головы наушники и бегом бросилась к машине. Бэнкс едва поспевал за ней.

— Ты умеешь плавать? — спросила она, не останавливаясь.

— Я? Ну, пару кругов в бассейне Клуба здоровья. Сакс внезапно застыла на месте и уставилась куда-то вдаль, в направлении пустынных улиц.

Вода уже почти доставала ему до носа.

Небольшая волна облизнула лицо старика как раз в тот момент, когда он вдохнул, и грязная соленая вода попала ему в Горло. Он издал хриплый булькающий звук — отвратительная жидкость проникла в легкие, и Уильям мучительно закашлялся. Руки, обнимавшие сваю, разжались, и он на несколько секунд погрузился под воду, а потом снова выпрямился, глотнул воздуха и опять вцепился в мокрое дерево.

Нет! О Господи, не допусти этого…

Он дергал скованными руками, пинал ногами сваю, словно должно было произойти чудо, и его дряблые мышцы сокрушат удерживающие его сталь и дерево.

Отфыркиваясь и отплевываясь, старик замотал головой, стараясь избавиться от попавшей в организм воды. Мышцы напряженной вытянувшейся шеи горели огнем, доставляя ему не меньшую боль, чем сломанный палец.

На какой-то момент он получил передышку, но вскоре следующая волна, выше предыдущих, вновь накрыла его с головой.

И он не выдержал.

Уильям не мог больше сопротивляться. Не лучше ли сдаться и присоединиться к Эвелин? Остается только мысленно попрощаться с миром…

Он отпустил сваю, и его тело погрузилось в воду, которая несла мусор и обрывки водорослей.

Но он тут же дернулся в ужасе, выныривая на поверхность. Нет, нет…

Он здесь! Похититель вернулся!

Эверетт судорожно забился, глотая воду и пытаясь укрыться от приближающегося к нему мужчину. Тот светил ему прямо в глаза фонарем, и в руке у него поблескивало лезвие ножа.

Нет, нет…

Ему мало было утопить старика, он вернулся, чтобы прирезать его. Не отдавая себе отчета, Эверетт принялся лягаться. Внезапно голова пловца исчезла под водой, и уже через секунду старик почувствовал, как наручники щелкнули, и его руки оказались свободны.

Уильям сразу позабыл о тихом прощании с бытием и рванулся на поверхность, отчаянно срывая с лица липкую ленту. Задыхаясь и отплевываясь, он жадно хватал кисловатый сырой воздух. Волна ударила его головой о дубовую сваю пирса, но он только рассмеялся:

— О Господи! Господи!

Рядом возникла еще одна голова в маске, и в свете фонаря Эверетт различил полицейскую эмблему на мокром костюме. То, что он вначале принял за нож, оказалось мощными кусачками для металла. Один из спасителей сунул ему в рот горьковатую резину загубника, и старик с наслаждением вдохнул благословенный кислород.

Ныряльщик обхватил его рукой, и они поплыли к берегу.

— Дышите глубже, через минуту мы будем на суше. Закрыв глаза, Эверетт дышал так, что, казалось, старческие легкие не выдержат такой нагрузки. Им снова пришлось погрузиться в темную воду, освещенную желтым лучом полицейского фонаря и, преодолев последнюю преграду, они вынырнули на поверхность. Старик умудрился выскользнуть из объятий ныряльщика, и волны отбросили их друг от друга. Но после всего пережитого Эверетта уже ничто не могло смутить. И проплыть немного по ночному Гудзону представлялось не более серьезной проблемой, чем опрокинуть рюмку.

……

Она и не собиралась брать такси: автобус, отходящий от аэропорта, ее вполне устраивал.

Но Пэмми плохо выспалась (они обе были на ногах с пяти утра) и вела себя очень беспокойно. Девочке давно пора было лежать в кроватке с подоткнутым одеялом и бутылочкой любимого кокосового молока. Кроме того, самой Кэрол не терпелось добраться до Манхэттена. В свои сорок один год она оставалась типичной среднезападной провинциалкой, не уезжавшей из родных мест дальше Огайо, и страстно жалеющей увидеть, наконец, Большой Центр.

Кэрол забрала свой багаж, и они направились к выходу. Вещи она проверила еще тогда, когда покидала гостеприимный дом Кейт и Эдди.

Пэмми, плюшевый, мишка, кошелек, одеяло, чемоданчик и желтый рюкзак.

Все учтено и ничто не забыто.

Друзья предостерегали Кэрол относительно обстановки в большом городе:

— Тебя либо затопчут в толпе, либо облапошат. Там полно мошенников и карманников.

— И не вздумай играть на улице в «три листика», — по-матерински наставляла ее Кейт.

— Я не играю в карты, — рассмеялась Кэрол. — Так с какой стати мне браться за них на улицах Манхэттена?

Но она, конечно, оценила их заботу о ней. В конце концов, она была обыкновенной вдовой с трехлетним ребенком на руках, да к тому же отправлялась в самый крутой город на земле, чтобы участвовать в конференции ООН. А там столько людей, столько иностранцев, сколько ей не приходилось видеть за всю свою жизнь.

Кэрол отыскала телефонную будку и позвонила в гостиницу, чтобы удостовериться, что номер для нее забронирован.

Дежурный менеджер подтвердил, что комната ожидает их прибытия, и Кэрол обещала приехать минут через сорок.

Они прошли через автоматические двери, и у них тут же перехватило дыхание от обрушившегося на них тяжелого раскаленного воздуха. Кэрол остановилась и огляделась. Одной рукой она крепко обхватила Пэмми, в другую взяла старый чемодан. Тяжелый желтый рюкзак висел у нее за плечами.

Подумав, Кэрол все-таки встала в очередь пассажиров, ожидавших такси.

В глаза ей бросился плакат, украшавший противоположную сторону шоссе. «Добро пожаловать делегатам конференции ООН!» — провозглашал он. Рисунок был отвратительный, но когда Кэрол внимательнее пригляделась к нему, лицо одного из мужчин, изображенных на плакате, напомнило ей о Ронни.