Чтение онлайн

— Хех, — моих губ коснулась вымученная улыбка, пока я топал в след за ним. — Зато у меня есть оружие.

— Которое ты неправильно держишь, — пожал плечами парень. — У меня тоже есть, да что толку. Ты случаем не геймер?

Я аж замер на секунду, удивленно распахнув глаза:

— Окей, Шерлок, снимаю шляпу. Как ты догадался?

— Элементарно. Я постоянно держу оружие так же само.

На смех сил не хватило, поэтому мне оставалось только сокрушенно качать головой с усталой улыбкой на лице.

— Звать–то тебя как, гений дедукции?

— Ронин.

— Точно геймер, — хмыкнул я. — А меня теперь зовут Каин. И вот что я хотел бы спросить, Ронин, как один геймер другого: у вас найдется что–нибудь поесть? Мой желудок грозит мне суицидом, если я его чем–нибудь не заполню.

— Это без проблем, если ты не привык едой перебирать.

— Не так давно мне приходилось больше недели жрать сжиженную порошковую смесь без приправ.

Парень на ходу взглянул на меня как–то по–другому и неожиданно улыбнулся:

— Тогда местные деликатесы придутся тебе по вкусу.

Мы прошли в дальнюю комнату, и расселись по потрепанных креслам и стульям вокруг химического обогревателя. Парни явно знали, как устроиться с комфортом, и не поленились провести осмотр всех помещений музея. На согревайке, кстати, как раз стояло несколько старых добрых жестяных банок, при виде которых у меня предательски заурчало в животе.

Уж не знаю где и как, но эти ребята выцепили целую гору консервов с натуральным содержимым. Мясо, рыба, овощи, фрукты. Просто рай для постапокалиптического гурмана. А здоровенный дядька по прозвищу Туча, оказался еще и добротным поваром, способным и даже из мешанины таких вот ингредиентов сварганить настолько вкусное блюдо, что у меня эндорфин чуть из ушей не полился. О боги всех миров! Бывают же в жизни мгновенья! Под конец здоровяк поставил передо мной блюдце с консервированными персиками, политыми густым сиропом, и сказал:

— Мои извинения за случившееся. У нас тут недалеко ошивались мародеры, думали это они решили нагрянуть.

— Никаких обид, — взмахнул я рукой. — Время такое, надо быть готовым ко всему. А за такое угощение я сейчас готов простить даже пару дырок в черепе.

Хмыкнув, Туча хлопнул меня по спине своей лапищей и уселся неподалеку. Долгожданная сытость и усталость накинулись на меня в едином порыве, потянув мои веки вниз. Я начал клевать носом, хотя и пытался бодриться.

— Можешь отдохнуть, пока твой друг не закончит чесать языком с Соболем, и не вернутся наши добытчики.

Я не стал спорить. Понимал, что вроде бы и нельзя вот так расслабляться в кругу людей, которых только что встретил. Имелись прецеденты. Пускай даже один из них хороший знакомый твоего напарника, а второй угощает вкусняшками. Время настало такое, что подвоха можно было ждать откуда угодно. И все же я заснул. Организм просто–напросто исчерпал свой ресурс. Мои мысли растворились во тьме и теплой неге, поставив весь окружающий мир на паузу.

Мне снова приснился тот сон, что я видел накануне катастрофы. Все такой же детальный и пугающий своим содержимым. Но в этот раз я четко осознавал, что передо мной обычное сновидение. Или необычное? Пока я наблюдал, как нисходящие с неба жгучие лучи перепахивают прекрасный город, а потом его поглощает беспросветная тьма, сердце скребло мелкое, но настойчивое подозрение.

— Ева?

— Да, Каин? — отозвался голос в моей голове. Прямо во сне.

— Я сейчас что — не сплю?

— Спишь. Это осмысленное сновидение. Количество связей биоблока с головным мозгом в сочетании с инструментами Оазиса позволяет в некоторых случаях переживать подобный опыт. Желаешь прервать сон?

— Нет. Лучше скажи мне, что за картину я наблюдаю?

— Интерпретацию событий Четырехдневной войны и последовавшего за ней Импульса.

— Ты создала этот сон?

— Отчасти.

— Поясни.

— Мы с тобой неразделимы, и по сути являемся единым организмом. Поэтому твое сознание способно интерпретировать получаемые мною образы, и создавать на их основе осмысленную картинку.

— Все еще непонятно. Не так важно, какие картинки там получились. Лучше скажи, каким боком я видел все это еще до того, как война началась? Ты что–то знала? Знала такую важную информацию и скрывала от меня?

— Предположение ошибочно. Слово «знала» не подходит к данной ситуации.

— Тогда поясни, пожалуйста. Потому как я считал, что мы с тобой на одной стороне.

— Так и есть. Накануне Четырехдневной войны инфосфера бурлила все сильнее день ото дня. До появления Оазиса я не знала почему. Образы, которые ты видишь, это обрывки желаний и замыслов высших ИскИнов. Отголоски их споров, пререканий и противостояния. Следуя программе самообучения, я пропускала через себя петабайты информации каждую ночь, не особо обращая внимание на подобные фрагменты. А вот твой мозг обратил. Подсознание отсортировало, сложило все в единую картину. Так что, в какой–то мере ты стал сам себе пророком. Мне же выпало быть не более чем посредником.

— Мой мозг сам насочинял эту хрень?

— Верно.

— Н-дааа. Правда толку–то? Увидь я подобную картину… да хоть за год до войны, принял бы за очередной кошмар. Единственное, не пойму, на кой показывать мне этот сон уже постфактум? Вроде бы как и предупреждать больше не о чем.

— У меня нет ответа на этот вопрос. Человеческое подсознание — дремучий лес. Возможно, мы наблюдаем яркий пример рефлексии. Либо же ты сам себе пытаешься что–то сказать. Я не знаю.

— Печаль. Не хватало мне еще регулярных кошмаров. Пускай даже осмысленных.

— Поскольку мы с тобой находимся на связи, я могу прервать сновидение и погрузить тебя в фазу медленного сна.

Глянув на картину Заповедного, пожираемого хищной тьмой, я скривился:

— Да уж, будь любезна. Никакого желания снова смотреть это до конца. И хотелось бы отдохнуть. Сомневаюсь, что в таком состоянии мой мозг отдыхает.

— Все верно. В наших осознанных снах активность твоего мозга близка к бодрствованию… Завершаю сеанс сновидения. Перевожу мозг в состояние медленного сна…