Чтение онлайн

* * *

— Что это? — тихо, чтобы не нарушить гулко-торжественной атмосферы, царившей под куполом высоченной прозрачной крыши, собранной из десятков или даже сотен прозрачных стеклянных прямоугольников, пропускавших сквозь себя внутрь дневной солнечный свет, в лучах которого медленно плясали пылинки, спросил я у стоявшего рядом Бориса.

— Это… — так же понизив голос, ответил он, глядя в ту же сторону, что и я. И в его тихом голосе ясно читалось благоговение. — Драккар Рюрика!

— Кру-уть, — выразил своё впечатление я. И тут действительно было чему впечатляться.

Начать с того, что находились мы во внутреннем дворе Зимнего Дворца, в центре которого, там, где в мире писателя, располагался Эрмитажный фонтан, стоял здоровенный стеклянный купол, полностью накрывавший собой деревянный корабль с одной мачтой, развёрнутым на ней парусом, длинными вёслами и резной головой устрашающего морского змея на носу.

Я давно приметил этот странный музейный комплекс, пожалуй, ещё с первого своего Бала здесь. Я видел его через окна, выходящие во двор. Видел его, когда готовился к Поединку с Диего Кардоной. Видел, когда вошёл в этот Дворец уже, как его полновластный хозяин, но как-то всё недосуг было спуститься во двор и дойти посмотреть своими глазами, узнать, что же это, на самом деле, такое, и зачем здесь стоит.

Теперь вот добрался. Нашёл и выделил время.

Вчера «выездное светское мероприятие» затянулось чуть не до самой полуночи. Точнее, оно-то продлилось глубоко за полночь, просто лично я не стал оставаться и ждать его окончательного завершения, откланялся за полчаса до этого психологического рубежа смены суток. Для меня это и так было уже очень поздно, ведь обычно, в своём комфортном режиме, я редко ложусь позже десяти часов вечера, а тут — полночь. Да ещё и обратно лететь какое-то время, пусть недолгое, но: тут двадцать минут на полёт, там десять минут на проход по Дворцу к покоям, там десяток минут на переодевание, приём душа и подготовку ко сну, минут сорок на «позалипать» в телефоне, просматривая новостные ленты и форумы… вот уже и час ночи. Поэтому, сегодня я проснулся поздно: позволил себе немного расслабиться и понежиться в кровати. Тем более, что оная, в моих покоях, теперь была новая, собранная по моему личному заказу: жёсткая, не скрипящая, со сплошным дубовым дном, сбитым из толстенных дубовых досок, без каких-либо матрасов или перин — именно такая, как я люблю.

Вчерашнее мероприятие… даже не знаю, что о нём рассказать? Вызовов мне больше никто не бросил, в этом Алина оказалась права: моё «выступление» действительно оказалось слишком жёстким и подавляющим. Убийство восьми Одарённых Седьмой Ступени освоения Дара меньше, чем за секунду, без сопутствующих тотальных разрушений и катастрофических спецэффектов — видимо, для местных это действительно перебор. Причём, что именно больше: первая часть утверждения или вторая — ещё вопрос. А то ведь, насколько я успел понять, в этом мире, серьёзные бои с участием более, чем двух сильных Одарённых — это что-то аналогичное применению тактического ядерного оружия в мире писателя. То есть, страшно даже не столько само по себе, сколько своими последствиями. И, в частности, на конкретно этот «Поединок» (угу: один против восьми), было получено отдельное разрешение от Наблюдательного Совета под гарантии, что масштаб разрушений будет контролироваться «принимающей стороной», то есть, теми двумя десятками Князей и Бояр, которые собрались на том полигоне в качестве «зрителей». А для подстраховки и контроля за выполнением этих гарантий, присутствовали ещё более десятка Одарённых Седьмой Ступени из других стран. Ведь сражение сразу девяти таких Монстров, всего пятеро из которых, в прошлый раз, за несколько минут стёрли с лица планеты целую гору, превратив её в котлован — это совсем не шутки! И готовились к нему более, чем серьёзно…

А я, гад такой, вышел и просто аккуратненько порубил всех восьмерых на несимметричные куски кровоточащего мяса, которые, затем ещё и смыл за собой. Быстро, тихо, без разрушений и бедствий. И, очень может быть, что именно это подействовало на окружающих гораздо сильнее, чем сам факт убийства. Ведь, возможность убивать Паладинов, Грандов, Сяней, Авкапхуру вот ТАК — это то, что вообще меняет все сложившиеся тысячами лет мировые политические и силовые расклады. Настолько… что я даже сравнение с трудом могу подобрать. Приходит в голову, разве что пресловутая «нейтронная бомба» в мире писателя. Только не тот её реальный вариант, который к девяностым годам двадцатого века был признан-таки бесперспективным из-за выявленных в процессе почти сорокалетних испытаний недостатков, таких, как «грязность» взрыва и небольшой (в сравнении с обычным ЯО) радиус поражения, а её изначальный, концептуальный вариант. Если бы его какой-то стране всё-таки удалось создать… а у других стран его не было.

И вот теперь, в глазах местных, я — это и есть именно такая «нейтронная бомба», единственная в своём роде, неповторимая (пока ещё) и, что ещё хуже — многоразовая! Что-то способное истреблять сильнейших Одарённых быстро, тихо, без сопутствующих разрушений. По-русски говоря: самоходный пиздец… который ещё и останавливать нечем! Восемь Седьмых Ступеней больше, чем на секунду не задержали!

Поэтому, все, кто ко мне подходил на том вечере, плавно перетёкшем в ночь, вели себя крайне вежливо, почтительно и дружелюбно. А желающих подойти оказалось много: главы иностранных посольств, собственные Князья и Бояре, их жёны и дочери… А, собственно, никого, кроме этих двух категорий здесь и не было. Гвардия и обслуживающий персонал не в счёт. Журналисты убыли сразу после завершения основной части, то есть, боя и оглашения его результатов. Дальнейшее их не касалось: кто с кем и о чём договорился в Аристократической среде — это дело только самих Аристократов, для простолюдинов достаточно и общей картинки, тем более, она-то в этот раз, получилась максимально яркой и впечатляющей.

Объявление о назначении даты Коронации было сделано мной уже перед самым отбытием. Почему так поздно? Почему не сразу после боя? Ну, на всякий случай: я, давал присутствовавшим время подумать и, всё-таки, бросить мне ещё Вызовы. Всё ж, лучше было разделаться с этими формальностями сразу, до официальной церемонии, что бы меньше потом лишней возни было.

И именно по той же причине такой длинный срок на подготовку — десять дней. Мало ли? Может, кто ещё объявится, глупый или смелый?

Ну, а ещё: потому что Коронация будет уже в Москве. А что? Три дня прошли: я всё ещё жив и помирать не собираюсь, решение своё о переносе столицы не отменял, а значит, процесс запущен и только набирает обороты. А для организации всего, что потребно для такого международно-значимого мероприятия там, нужно значительно больше времени, чем для того же в Питере.

Правда, самая главная причина, почему я тянул с объявлением, была в том, что я ждал ответа от Бориса, который, по каким-то своим соображениям, решил не показываться на этой сходке по случаю боя. То есть, он был там — я его присутствие прекрасно чувствовал через свой Разум. Но был так, что его никто из гостей не заметил и не опознал. Зачем ему это — не знаю. Ведь, рано или поздно, а засветиться ему придётся: я ведь не шутил, когда говорил, что управлять этой грёбаной Империей будет он, а не я. И ни хрена не «из тени», а вполне открыто, на официальной должности «Премьер-министра», которую я введу первым же своим Указом сразу после Коронации… но я отвлёкся. В общем, сразу после окончания боя, точнее того памятного разговора с Алиной, попавшего на все камеры журналистов, я выгадал минутку, чтобы отправить Борису сообщение на его телефон с вопросом: стоит ли, действительно, объявлять о Коронации здесь? Он тут же прислал ответное сообщение с просьбой подождать, пока он кое-что уточнит и проверит. Вот я и ждал.

Дождался лишь к полуночи.

С другой стороны, нельзя сказать, что я так уж плохо провёл время — мы очень много танцевали с Алиной. Ну а что? Музыка есть, площадку выровнять — пара минут, восхищённые (завистливые) гости имеются. Начали танцевать мы, а остальные, вдохновившись нашим примером, подтянулись потом.

Петь… не пел. Очень хотелось, временами так и подмывало достать микрофон, чтобы забацать чего-нибудь эдакого, но нет — не пел. Волевым решением остановил этот порыв. Подумал, что не стоит превращать и это мероприятие в балаган… больше, чем уже сделал. Так что, в перерывах между бесконечными знакомствами и принятием заверений в «искренности восхищения и самых чистых намерений с надеждой на плодотворное сотрудничество» от поголовно всех собравшихся здесь гостей, и иностранных, и своих, я морально отдыхал, наслаждаясь танцами со своей официальной девушкой.

Меня хотели и даже пытались ангажировать и другие присутствовавшие там дамы, но… извините! Я не дал им на это шанса, постоянно лавируя от гостя к гостю и прикрываясь Алиной (что оказалось не сложно с учётом Ментала, ведь я видел намеренья всех приближающихся ко мне людей заранее).

Был, правда, один неоднозначный момент. То есть, то, что я не могу определить однозначно, как приятное или неприятное происшествие: там присутствовала и Мария Фёдоровна Борятинская… и она тоже искала танца со мной.