Спартак
Шрифт:
Флор:
"Наконец-то римляне всеми силами государства поднимаются против этого гладиатора…"
Тит Ливий:
"Эта война была поручена претору Марку Крассу".
Плутарх:
"…Раздраженный Сенат приказал консулам прекратить военные действия и выбрал главнокомандующим Красса".
Орозий:
"…Государство испытывало почти не меньший страх, чем когда Ганнибал стоял угрожающе у ворот Рима, Сенат отправил Красса с легионами консулов с новым пополнением солдат".
Аппиан:
"Третий уже год длилась эта страшная для римлян война, над которой вначале смеялись и которую сперва презирали. чкак войну с гладиаторами. Когда в Риме были назначены выборы других преторов, страх удерживал всех, и никто не выставлял своей кандидатуры, пока Лициний Красс, выдающийся среди римлян своим происхождением и богатством, не согласился принять на себя звание претора и командующего войсками. С шестью легионами он двинулся против Спартака. Прибыв на место, Красс присоединил к своей армии и два консульских легиона".
Дружный хор! И все в один голос — консулы отстранены от командования, государство в страхе, да таком, что никто не стал свою кандидатуру в преторы предлагать. Виданное ли дело, в прежние годы от желающих отбоя не было, а тут… Но, вот нашелся смельчак, наш старый знакомец Марк Лициний Красс. Его и выбрали — на безальтернативной основе. И не просто выбрали. В Риме мобилизация, набраны шесть новых легионов. Силища!
Что Красс в "нашей" истории с этой силищей будет воротить, мы еще узнаем. Но представим себе, что в самый разгар мобилизации претор Марк Красс узнает потрясающую новость — Спартак УШЕЛ ИЗ ИТАЛИИ.
Сенсация!
Первая мысль: ну и пусть катится в свою Фракию под мечи Марка Лукулла! Вторая: а если он ушел НЕ ТУДА? А лазутчики уже спешат к претору, уже докладывают, друг друга перебивая. Ушел Спартак, но войско не распустил, напротив, новобранцами пополнил. И ведет он все это толпище Путем Геракла прямо в Нарбонскую Галлию, к реке Родан.
Все остальное Красс сумеет просчитать не хуже нас с вами, даже, уверен, быстрее. И на смену облегчению, на смену радости — новая тревога. К Родану, в Нарбонскую Галлию? Не иначе с Серторием-предателем сговорился, Помпею в тыл ударить решил.
Поймет это не только Красс. И в Сенате поймут, и на Форуме. И грянет город Рим тысячами голосов да на одном дыхании: "Догнать! Перехватить! Разбить! Ату Спартака!!!"
Страх исчез. Нечего бояться, враг не у Пренестийских ворот. На смену страху — азарт охотничий. Лови, претор Красс, презренного гладиатора! Сказано — сделано. И вот уже спешат легионы Красса на север, прорываются, сметая ополчение Цизальпинской Галлии, на дорогу Эмилия Скавра, и вот уже Альпы впереди, под солдатскими калигами — пыль древнего Пути Геракла…
…В декабрские иды, по-нашему — 15 сентября, войско Красса перейдет Атректианские Альпы. И в тот же день десант Сертория, высадившись в Остии, после короткого боя ЗАХВАТИТ РИМ.
Как вам замысел, дорогой читатель? Слишком смело, говорите? Чистая фантастика, говорите? Фантастика, да не совсем. Серторий так и поступал. Вначале воевал с сулланцами на Сицилии. Там его прижали, почти что разбили, а он темной ночью вырвался и высадился в Африке. Все повторилось — его обкладывают среди нумидийских оазисов, сулланцы готовы победу праздновать, а Серторий уже в Испании. И все по новой. Прием простой, но действенный — привязать противника к плацдарму, усыпить бдительность и идти дальше. Куда? В Рим, куда же еще?
…По Тибру плывут трупы, на Форуме глашатай орет, список врагов народа читает, диктатор Серторий издает первые эдикты, недобитых марианцев в свое войско кличет. Время есть — Лукуллы далеко, а Помпей в Испании увяз. Намертво! Испанцы, союзники Сертория, как раз в наступление перешли, на море пираты, а по суше не пройти — Спартак только что переправой через Родан овладел. Вот вам и переворот, о котором Серторию из Рима писали!
Так неужели Спартак все затеял ради беглого римского генерала? Неужели великолепный парень — просто агент Сертория, вульгарный наемник? Где же борьба за свободу, за равенство и братство? Неужто роман Джованьоли Вещего просто красивый вымысел? Наемник Сертория — как скучно, как пресно, как серо!..
Не будем спешить. Я ведь уже намекнул, что Серторий и Спартак — временные союзники. Временные! На этом этапе их цели совпадают — пока. Ведь план Сертория выполнен не до конца. Рим взят, армия Помпея отрезана, но есть еще войско Красса, шесть свежих легионов да в придачу два консульских. Это много, у Сертория столько не будет. Повернет сейчас претор Красс на Рим, призовет к спасению Отечества! Ведь он сулланец, от злодеев-марианцев пострадал, Серторий ему — враг смертный…
Может, и призовет, а может, и нет. Во-первых, ему в хвост тут же спартаковцы вцепятся. А во-вторых… А во-вторых, не пора ли нам познакомиться с Марком Лицинием Крассом поближе?
40. КРАСС, СЕРТОРИЙ И СПАРТАК, или ИСТИННАЯ ЦЕЛЬ
Многое мы уже о Марке Лицинии Крассе знаем. Но не все. Например, как он выглядел? Тоже любопытно, внешность весьма показательна. С детства помню, каким представил Красса великий артист Марис Лиепа в балете "Спартак". Чистый эсэсовец вышел, прямо группенфюрер, лишь черной формы не хватает. Лицо нордическое, характер нордический, взгляд только что насквозь не прожигает. И красив, хоть сразу на медаль. В общем, олицетворение Рима, достойный противник великого Спартака.
Характер у Красса и вправду имелся. И характер, и воля, и бешеный нрав. "Бодливый бык" — помните? Но вот остальное…
Все, что осталось от Красса, — это небольшой барельеф, профилек, так сказать. Историки даже сомневаются: Марк Лициний на нем или кто-то из предков. Но в любом случае на профильке — Красс. Даже если Красс-отец или дед, все равно некое сходство должно быть.
Смотрим. Смотрим — и удивляемся. Ничего нордического, ничего героического. Щеки пухлые, двойной подбородок. Не толстяк, но явно с лишним весом. Рот маленький, губы брезгливо поджаты, особая примета — нос, даже не нос — клюв, как у орла. Но больше ничего орлиного не замечается. Глаза словно спрятались под дугами надбровными, а сами брови тонкие, будто выщипанные. И уши большие с приметными мочками. Общее впечатление — самолюбивый, изнеженный аристократ с признаками явного вырождения. Такому на пирах возлежать, гастрономией увлекаться, а не войско в поход вести.