Спасатель
Шрифт:
Его помощники, которых ему выделил приятель-бизнесмен, провели на руинах почти всю ночь, обшарив едва ли не каждый сантиметр, но все было тщетно. К слову, пока они были заняты поисками кейса, все-таки обрушился третий, единственный уцелевший после землетрясения дом, и волею судьбы откатившийся камень попал в машину, где сидел Чадов. Глыба влетела прямо в дверь с его стороны, едва не пробив ее насквозь и насмерть перепугав Олега Викторовича. В какой-то момент он даже счел это за жутковатый знак свыше – на, мол, получи за все свои прегрешения!
Разъяренный и невыспавшийся, на рассвете Чадов уехал домой. За дополнительную плату он договорился с помощниками, чтобы те остались на месте развалин – контролировать спасателей – вдруг дипломат всплывет где-то в другом месте? Ведь всякое может случиться!
«А как же Маша? – внезапно всплыла в голове мысль, и Чадов нервно затеребил пуговицы на новом пиджаке. – Ты думал о чем угодно, об исчезнувшем дипломате, о костюме, о руке, но только не о ней!»
Да, Машу жаль, конечно. Но тут уж ничего не поделаешь, такова жизнь. Тем более трагически погибшую любовницу уже не вернуть, а вот он жив. И ему надо как-то выкарабкиваться из этой, мягко говоря, некрасивой ситуации.
И какого ляда он вдруг решил взять с собой кейс! Впрочем, еще неизвестно, как бы все обернулось, оставь он его в служебной машине. К тому же, как только его личный водитель Кирилл уехал на мойку, в момент землетрясения на служебный «Мерседес» неожиданно рухнула опора ЛЭП, отчего бедолага скончался прямо в машине.
Олег Викторович набрал старшего поисковой группы, которая все еще оставалась на месте разрушения.
– Как дела? – без предисловий спросил он.
– Добрый день, Олег Викторович, – раздалось в ответ. – Пока порадовать нечем. Новостей нет.
– Хреново ищете!
– Стараемся, как можем. Олег Викторович, тут почти все разобрали уже. В асфальте большая трещина, туда фундамент ушел полностью вместе с подвалом. Ваш дипломат мог запросто туда провалиться! И еще…
– Ну?!
– Тут подогнали грузовики, обломки начали вывозить.
– Ищите, – бросил Чадов, отключая телефон.
«Может, он и правда провалился в дыру? – подумал он, подходя к окну. – Вдруг я действительно зря панику поднимаю?!»
Он вздрогнул, услышав, как зазвонил телефон, и внутри затрепыхалась надежда – а ну как вдруг нашелся дипломат?!
Его взгляд тут же потускнел, как только он увидел, что на экране вместо помощника высветилось «Бергман». Впрочем, он должен быть благодарным ему – ведь именно люди Бергмана помогали мэру в поисках дипломата, пусть пока и безуспешно.
– Привет, Иосиф, – поздоровался он с компаньоном.
– Южноморскому градоначальнику – доброе утро! – бодро ответил собеседник. – Как дела, Олег?
– Хреново, – признался мэр, возвращаясь за стол. – Твой человек мне вчера передал дипломат…
Когда он вкратце обрисовал ситуацию, Иосиф Яковлевич, выдержав паузу, произнес:
– Ты остался жив, Олег. И это самое главное. На твоем месте я бы в церковь сходил, свечку поставил за здоровье.
– В церковь я еще успею, – хмыкнул Чадов.
– Мои ребята ведь все еще на развалинах? Неужели так ничего и не нашли?!
– Пока нет. Дело в том, что дипломат может попасть не в те руки. Одно дело, его найдут мальчишки и выкинут. А если нет? К тому же начали вывоз мусора. Как тут за всем уследишь?!
– Ничего страшного, – сказал Бергман. – Если твой дипломат среди мусора, то он сгинет на свалке.
– Это все очень неопределенно. Я не могу полагаться на случай, – возразил Олег Викторович.
– Ты в любом случае сейчас ничего не сделаешь. Терентьев копал под тебя и насобирал компромат. Ты его прошляпил, что поделать. С этим надо как-то жить дальше. Проблему надо искать в источнике, а не в последствиях.
– Иосиф, вот только не нужно сейчас философствовать, – раздраженно сказал мэр. – Если есть чего по делу сказать, говори. У меня и так дел выше крыши.
– А я тебе как раз по делу и звоню, – усмехнувшись, сообщил Бергман. – Предлагаю обсудить одно взаимовыгодное дельце.
Олег Викторович насторожился:
– Ты о чем?
– В городе трагедия, произошло землетрясение, – вкрадчиво начал Иосиф Яковлевич. – Многие люди лишились своего единственного жилья. Моя компания одна из немногих, которая…
– Все, можешь не продолжать, – перебил его Чадов. – Ты желаешь заниматься восстановительными работами, я угадал?
– Насколько я понял, там восстанавливать нечего, – заметил Бергман. – Как на Донской, так и на Виноградной, везде почти под ноль. На третьей точке, где произошли обвалы, ситуация отличается немногим.
– Ну да, – кивнул Олег Викторович и, не удержавшись, ехидно добавил: – Помнится, кто-то бил себя кулаком в грудь, уверяя, что его материалы самые надежные.
– Ну-ка, ну-ка, – проговорил Иосиф Яковлевич, и тон его заметно похолодел. – Что ты хочешь этим сказать?
– А мне нечего говорить, за меня радио и телевизор говорит, – отрезал мэр. – Возьми газету, почитай! Уже из каждого утюга визжат, что обрушилось только то, что было построено «Небесами»!
– Что ж, я виноват в том, что землетрясение произошло именно в тех районах, где были мои постройки?
– Делай выводы сам. Я просто излагаю факты.
– Это все слова. Пока что никакой экспертизы не было. Ладно, мы уклонились от темы.
С губ Чадова сорвался вздох.
– Допустим, я дам тебе зеленый свет на новое строительство, – сказал он. – Это довольно рискованно, учитывая, что все твои дома развалились, как картонки под дождем. Но поскольку речь идет о баснословных прибылях, то я хочу шестьдесят процентов от контракта.
Мэр услышал смех собеседника – отрывистый и лязгающий, словно кто-то тряс в ведре ржавые детали.