Спасти шпиона
Шрифт:
Когда он спустился вниз, те двое успели осмотреть подвал, подали какой-то знак старшому. Леший открыл бойлерную, показал ход в теплотрассу.
– В общем, мужики, повторяю… Кроме Керченца, никто больше этой дорогой не ходил, – сказал он. – И никто не знал. Это точно. Только он мог привести сюда этих… Шпионов ваших.
– Хорошо, спасибо, – вежливо отозвался старшой и повернулся к своим. – Выходим, грузимся. Дьячук, блокируешь квадрат «шесть-ноль-шесть», Карлов, высаживаешься в «шесть-ноль-пять». Чигин – в «шесть-ноль-четыре». Под контроль все колодцы, люки, подвалы. Все. Пошли…
– Погодите, а как же теплотрасса? – не понял Леший, провожая взглядом спецназовцев, которые бесшумно, как тени, один за другим поднимались по лестнице. – Пойдем, я вам дорогу покажу! Под землей мы его мигом достанем!
– Мы не черти, под землю лезть, – сказал старшой. – И подготовки такой нет. Идите домой. Спасибо еще раз за помощь.
Леший открыл было рот, но старшого рядом с ним уже не было. Никого не было.
– Подготовки у них нет! – ворчал под нос Леший, поднимаясь в свою квартиру. – А у кого должна быть такая подготовка? У этих бандитов-«тоннельщиков»? Странно как-то, все с ног на голову…
Вот черт, дверь захлопнулась, а ключи он, конечно, не взял. Пришлось опять спускаться в подвал, заползать домой через люк. Леший побродил бесцельно по квартире, пришел в кухню, опять уселся на пол, вылил в стакан остатки водки, поднес было ко рту, но отставил. Расхотелось.
Хрен они его найдут! Отсидится спокойно пару дней и вылезет. А если спустится на второй уровень, его вообще никто не сыщет. А может, вообще выкинется в тихом месте и затеряется в городе. Он ведь скользкий, гад, ученый…
Голова раскалывалась, и он повалился на кровать, но сон не шел.
Опять появился Хорь. Бледный, озабоченный.
«И пацанва эта… Что с ней-то будет? Драгоны всякие, Крюгеры и Брюсы – а?»
«И чего это ты о них вдруг вспомнил, Хорь? – спросил Леший. – Ясно, выпить тебе там не с кем, ну да… А если серьезно?»
«Они же ненормальные, – сказал Хорь. – Вот попали тогда в переделку, ну, когда Крюгеру по лапам переехали – помнишь?»
«Помню», – сказал Леший.
«Ты их тогда выволок оттуда. Ты, Леший, – не я и не майор Крушинский. И других ты выволакивал… А теперь кто будет? Кто вскочит среди ночи, чтобы уберечь этих придурков от самих себя?»
«Не знаю, – сказал Леший. – Может, этих ребят, спецназовцев, подготовить надо. На подземную работу заточить. Как „тоннельщиков“, только по-настоящему, без дураков. Это их дело. Вон, у них наверху все по-серьезному, все на квадраты разбито, „шесть-ноль-два“ и все такое… Чего ты лыбишься, Хорь? Мы с тобой в казаков-разбойников там играли, клады искали, датчики всякие обходили, дурью маялись, – а они и минус разделят на сектора, уровни и все такое, да наведут порядок, ведь для них секретов никаких нет…»
«Плюсовые квадраты – это одно, а минусовые – совсем другое, – сказал Хорь со своей ухмылочкой. – А кто их готовить будет? Где они, эти подготовщики? Нету. И твой случай был бы идеальным. И боевой опыт, и навыки „знающего“…»
«Какой случай?» – не понял Леший.
«А тот самый, – сказал Хорь. – Наверное, в твоей газете не попалось ни одного объявления о приеме на работу в Центр специального назначения ФСБ?.. Что естественно, – добавил Хорь, – им ведь не нужны какие-нибудь раздолбаи с улицы. А нужны люди серьезные, обладающие хорошей физподготовкой и определенными навыками. А уж если они вдобавок еще имеют офицерское звание и боевой опыт… а еще знают московский минус как свои пять пальцев…»
Леший рассмеялся.
«Я – „ментол“ в погонах?.. Да ты что, с жерди упал?»
Но Хорь не смеялся.
«Погоди, – сказал он. – Не торопись. Выспись сперва, да протрезвей, товарищ старший лейтенант. Успеешь еще забраться на свой двадцать пятый этаж. Только главного оттуда, с верхотуры этой, не разглядишь, вот оно как. Потому что главное часто бывает скрыто глубоко, в самом глубоком минусе… Суть – понимаешь? Суть. Она, как перстень Софьи Палеолог или та библиотека Ивана Грозного, – то ли спрятана кем-то, то ли обронена и забыта. А докопаться до нее некому…»
И тут плавный ход его мыслей прервал телефонный звонок. В этот раз будить Лешего не пришлось, он и так не спал.
– Алексей? – послышался в трубке смутно знакомый голос. Явно не майор Крушинский. – Извините, что так поздно звоню…
– Ничего, – прокашлялся Леший, а сам подумал: «Что за китайские церемонии?»
– Это капитан Евсеев. Хочу попросить вас кое о чем.
Евсеев вопросительно помолчал, затем продолжил:
– Надо просчитать наиболее вероятные выходы Керченца на поверхность. Вы не можете нам помочь?
Леший сел на кровати:
– Я думал, вы его уже взяли.
– Возьмем, – сказал Евсеев просто, без бравады. – Просто под землей-то никому работать не приходилось. А вы специалист.
Леший подумал для виду, почесал голый живот и сказал:
– Чего ж не помочь.
Чего там скрывать – распрощавшись с Зенитами, Мачо вздохнул с облегчением. Как будто гири от ног отвязали. Он вообще презирал агентов и не без оснований считал их предателями, хотя, разумеется, никогда этого не показывал, наоборот – как все оперативники, гладил своих помощников по шерстке, не скупился на комплименты, выражал восхищение их смелостью, ловкостью и удачливостью. Но раньше он никогда не видел их на грани провала. А теперь налюбовался! Легендарный Зенит, который нанес невосполнимый ущерб обороноспособности своей страны, наложил полные штаны, хотя и старался этого не показывать. А Зенитиха потеряла весь свой лоск и превратилась просто в опустившуюся бабу, истеричку, бомжиху, которой и положено лазать по канализации в драном брезентовом плаще… На миг мелькнула мысль об Оксане: а как бы она выглядела в подобных обстоятельствах? Но Мачо тут же ее отогнал.
Он перекинул похудевший рюкзак на грудь, чтобы не шкрябал о трубы, натянул шапочку поглубже и исчез в коллекторе теплотрассы. Мачо сделал свое дело, по крайней мере, на сегодня. Мачо может идти. Может даже бежать. И побежал бы, если бы не десяток километров тоннелей за спиной, полсуток напряженной адовой работы. Мачо был выжат как лимон. А осталось-то всего ничего, последний рывок, чтобы спасти свою задницу. Уже только свою, родную, не чью-нибудь еще. Ради такого случая можно и постараться.