Чтение онлайн

Кажется, Снаут ей не понравился. Наше молчание начинало затягиваться.

– Ты хочешь, чтобы я тебя поздравил?
– наконец спросил Снаут, внимательно разглядывая свои руки.

– А почему бы и нет?

– Что ж, поздравляю, если тебе так хочется. Ты уже поставил в известность нашего доктора Сарториуса?

– Еще нет. Но обязательно поставлю.

– Ну-ну, - сказал Снаут, продолжая разглядывать собственные руки, словно он видел их впервые. Хари переводила взгляд с него на меня. Позволь пожелать тебе дальнейших успехов.

– Снаут, у меня есть одна идея, - торопливо произнес я; я не хотел, чтобы он сейчас встал и молча ушел.
– Еще одна попытка Контакта.

Снаут поднял ладони и загородился от меня:

– Нет-нет, я в этом не участвую. Не хочу, знаешь ли, вновь оказаться неправильно понятым. Зачем тебе Контакт, Кельвин? Зачем вообще нужен контакт горы и мыши? Слишком по-разному они видят мир, согласись.

Хари взяла с подоконника какую-то книгу и начала с шелестом разворачивать цветные вкладыши. Это, конечно, было что-то из области соляристики.

– Гора и мышь существуют в разных мирах, - продолжал Снаут, бросив на нее беглый взгляд.
– В самодостаточных мирах. Так сказать, каждому свое.

Я уже неплохо изучил его и поэтому молча ждал продолжения. Он вновь мельком взглянул на Хари, рассеянно рассматривающую какие-то диаграммы, и сказал то, что я и рассчитывал услышать:

– Впрочем, ладно. Давай свою идею. Надеюсь, речь не идет о тотальной бомбардировке или "Пифагоровых штанах", которые можно начертать в небе с помощью какой-нибудь светящейся смеси?

– Это мы оставим на потом, - ответил я.
– Пока идея другая.

Экспериментально установлено, что наш объект реагирует на воздействие. Я имею в виду энцефало...

– Понял, понял, - не дал мне договорить Снаут.
– Что дальше?

– Это пока единственный известный нам канал. Почему бы не воспользоваться им для передачи как можно большего количества информации о человечестве? История, современность...

Снаут некоторое время задумчиво барабанил пальцами по спинке стула.

Потом медленно покивал:

– И он все узнает и все поймет. Прочувствует и проникнется. И в ответ откроет нам свою душу и обучит манипуляциям с пространством-временем и прочим запредельным штучкам.

– Не исключено.

– Еще один фанатик Контакта, - пробормотал Снаут.
– Опять ты пытаешься подойти с человеческими мерками, Кельвин. А ты не думаешь, что ему давно уже все о нас известно? Кажется, мы уже имели возможность убедиться...

– Твои аргументы такие же непроверенные, как и мои, Снаут! По-моему, лучше все-таки действовать, чем сидеть сложа руки. Нужно провести эксперимент. Ничего не получится - что ж, будем думать о "Пифагоровых штанах" или еще о чем-нибудь.

– Эксперимент!
– Снаут скривился.
– Очередной эксперимент. Ну, давай, Кельвин, экспериментируй. У тебя это довольно удачно получается. Тебя же не остановит мое отрицательное отношение к этому, верно? Ты ведь все равно будешь делать свое.

– Я хотел узнать твое мнение.

– А зачем тебе мое мнение, Кельвин?
– Снаут тяжело поднялся со стула.

– Договорись с Сарториусом - а он, конечно, не пройдет мимо такой идеи - и действуй. Иди в библиотеку, читай, освежай в памяти нашу историю - а потом Сарториус пропитает сии воды твоими знаниями. И приблизится к нам какая-нибудь симметриада, и поведает человеческим голосом сногсшибательные истины.

– Нужно действовать, - повторил я, пропуская мимо ушей его иронию.

– Воистину, - ответил Снаут.
– А теперь позвольте вас покинуть, - он перевел взгляд с меня на Хари.
– Там у меня, знаете ли, роботы стоят некормленые-непоеные. Буду рад видеть вас у себя в любое время. До встречи.

Он вновь склонил голову, адресуясь к Хари, и Хари молча кивнула в ответ.

Когда Снаут вышел, тихо прикрыв эа собой дверь, она отложила книгу и уверенно сказала:

– Ну конечно, он тебе завидует. Злится, что это не он придумал, а ты.

Ты его не слушай, Крис. Поступай, как решил.

Конечно же, я не стал ей объяснять, что дело тут вовсе не в зависти.

– Поступай, как решил, - эхом пробормотал я и покосился на видеофон.

– Что ж, пожалуй, так и сделаем. И начнем прямо сейчас; зачем откладывать в долгий ящик? Верно, Хари?

Она с легким удивлением взглянула на меня и неуверенно пожала плечами:

– Тебе виднее. Я же в этом не разбираюсь.

– Прямо сейчас, прямо сейчас, - приговаривал я, разворачивая видеофон таким образом, чтобы в поле зрения Сарториуса, которому я намеревался позвонить, попал не только я, но и Хари.
– Вот так...

Сарториус включился сразу же, словно сидел у видеофона и ждал моего звонка. Я еще не успел ничего сказать, когда он увидел Хари. Я, конечно, не знаю, какой вид бывает у людей, столкнувшихся с привидением или с ожившим мертвецом, но, наверное, именно такой.

Бледное лицо Сарториуса побелело еще больше, челюсть отвисла, глаза расширились, и даже сквозь контактные линзы было видно, что взгляд его полон изумления и страха... нет, это не совсем точное определение: Сарториус был просто потрясен. Через несколько мгновений кровь бросилась ему в лицо и на лбу выступил обильный пот.

– Добрый день, доктор Сарториус, - делая вид, что не замечаю его состояния, сказал я и передвинулся вместе со стулом чуть в сторону, чтобы заслонить от него Хари. Я не ожидал, что он испытает такой шок.

– У меня к вам очередное интересное предложение.

Он бессмысленно смотрел сквозь меня и шевелил тонкими губами, словно пытался что-то сказать. Или же шептал молитву. Казалось, он не слышит меня.

– Доктор Сарториус!
– я повысил голос, стараясь привлечь его внимание.
– Давайте обсудим. Мне без вас не справиться, а эксперимент очень интересный.