Чтение онлайн

К тому же все они вели себя довольно мирно и постепенно собрались за спиной Латона. Мое настроение, которое по выезду из Рассвета сперва упало до настороженного, сейчас рухнуло еще ниже.

Слова Латона и то, как он себя вел, пугали.

— А теперь успокойся, — сказал я, стараясь прежде всего успокоить себя, — и просто расскажи, что случилось. Мы уже видели брошенные палатки. Видели состояние дороги. Что происходит?

— Беда, Бавлер, — повторился Латон, вызвав этой парой слов у меня только еще большее негодование. — Я же…

— Расскажи, Бавлер нам поможет, — к нему подошел один из лесорубов, глянул сперва на него, потом на меня, прокашлялся, сплюнул и произнес: — Правитель Бавлер, Латон малость не в себе последнее время.

— Что же так пошатнуло его? — без иронии спросил я. Ситуация совсем не располагала к шуткам.

— Много чего. Пойдемте к костру, вы и ваш спутник тоже. Лошадей привяжите, могут разбежаться. А убегут — не найдете, — добавил он, что прозвучало уже как-то зловеще.

Мы послушно размесили грязь, поскальзываясь на пути к костру. Когда лесорубы прекратили работу — а это они сделали почти сразу же, как только зашел разговор с помощником Латона, в лесу стало тихо.

Несмотря на осень, несмотря на светлое время дня, в лесу не было ни души — кроме лесорубов, которые с момента, как мы их заметили, не свалили ни одного дерева.

— Похлебки не желаете? — поинтересовался помощник Латона, — показывая на котелок, содержимое которого медленно булькало на огне. — У нас кролик…

— Из Рассвета уже еду не берете? — спросил я, проигнорировав варево, которое и десятой доли облика и аромата еды Мати не имело.

— Нет, далеко. Только овощи в последний раз привезли и все, — лесоруб снова сплюнул на землю, которая и так была полна воды.

Густой лес без намека на просеку, заросший не столько высокими соснами, сколько кустами, почти непроходимыми не только конному, но и пешему, создавал тень, почти сумрак — тогда как всего лишь несколькими десятками метров раньше у нас с Леверопом был светлый день.

Я посмотрел на телохранителя, бывшего разведчика, точно задав ему этот немой вопрос. Тот глубоко вдохнул:

— Жутко здесь. Там, где я шел на юг, и то было не так противно и мерзко.

Возле костра уселись все, кто был на вырубке. Но людей я насчитал не больше двух десятков. Слишком мало, даже с учетом тех палаток. Настораживало это еще сильнее, но все же я решил послушать рассказ — неважно от кого. Важно было понять, что здесь происходит, и как давно «беда» Латона стала так мешать его работе.

Нам подкатили пару пеньков, как только мы привязали лошадей. Один из лесорубов даже проверил, достаточно ли хороши узлы. После этого мне стало уже совсем невтерпеж:

— И что здесь происходит? — спросил я, медленно опустившись на пенек, который оказался уж очень низким. — Про камушек я в курсе, только вот не вижу человека, что передал его мне.

— Так он дошел до вас… — протянул еще один лесоруб, то ли радостно, то ли восторженно, что никак не сочеталось с общим унынием.

— Дошел, — подтвердил я, — только он был не один. Трое или четверо даже.

— Вот они наверно в Рассвете и остались! — крикнули через котелок. — Решили, что им тут уж очень страшно! Что здесь много кого водится, да и всякое бывало!

— Всякое! Ты уж не рассказывай, Кромоль! Выдумщик!

— Вот я и не выдумщик! — взялся спорить он. — Правитель Бавлер! Я вот расскажу чего, а вы уж сами решайте, верить этому или нет!

Поднялся шум и люди начали галдеть так, что наверняка в километровом радиусе их было слышно. Я подождал немного — до момента, пока градус споров не начал повышаться уж очень резко, — а потом набрал воздуха в легкие и что было сил крикнул:

— ТИХО!

Бок тут же кольнуло, но я понадеялся, что эта боль не отразилась на моем лице. И без того лесорубы бесятся. Но после моего окрика действительно притихли, растерянно глядя на меня.

— Расскажи по порядку, что случилось, — требовательно попросил я у Латона. — С самого начала. И про камень расскажи. И про все, что было до него! Ну! — прикрикнул я, обратив внимание, что здоровяк-лесоруб почти не реагирует на меня.

— А? Рассказать? Да чего тут… — запнулся Латон. Левероп уже сжался, как пружина, готовый в любой момент вскочить с места, но я жестом оставил его на месте. Не хватало еще, чтобы он покалечил мне лесорубов.

— Латон, — медленно, так, чтобы до него дошло, заговорил я. — У тебя важная миссия. Очень важная. Эти леса не исследованы. Эти леса — наши будущие ресурсы. Посмотри на Леверопа, что сидит рядом со мной. Этот человек в одиночку прошел через леса, несколько дней бродил по дикой местности. А ведь и я, и он знали, что здесь могут водиться и огромные медведи, и большие ящерицы, и гоблины…

— Гоблины больше на равнинах или в ущельях, наоборот, — добавил Левероп. — В лесах для них не так много еды, да и укрытия сооружать сложно. Если только в корнях огромных деревьев — а здесь таких нет.

Лесорубы притихли. Только что по толпе бежал шепоток, который едва ли можно было остановить даже моим новым криком, однако рассказ про гоблинов заставил всех слушать очень внимательно. Причем слушать Леверопа. Я был доволен — он достиг нужного эффекта.

— Да мы понимаем, что сейчас все важно! — важно заговорил очередной лесоруб, прятавшийся до тех пор в толпе. Широкомордый, бородатый — натуральный лесоруб, к тому же опирался на массивный топор, которым при желании можно было не то что сосну — а свалить того самого огромного медведя, который до сих пор пугал меня.

— Да важно, важно, — наконец-то подал голос Латон, собравшись с силами. — Не привык я людей в таком количестве терять! Ну, одного, двоих, всякое бывает, человек не влился, не сработались, не в нашей скорости трудиться может. Но и то — договорились, ушел, по-доброму. А не так, чтобы убегали!

— А ты уверен, что они убежали? — спросил Латона все тот же широкомордый лесоруб. — То, что их нет здесь, еще не значит, что они где-то на Нируде рыбачат.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я. Что-то наподобие я ожидал услышать, с намеком на кого-то чудовищного. Или невиданного. Или и того, и другого вместе.