Чтение онлайн

— Сейчас чувствую, что охраняю настоящего правителя, — посмеялся Левероп. — Нет, я считаю тебя очень серьезным и здравым правителем, конечно же, но в такой ситуации, как у тебя сейчас… Ладно. Реки. Три реки. Ни одна и близко не похожа на Нируду. Не думаю, что они будут нам важны или даже отчасти полезны, так что твой интерес угаснет еще до того, как мы доберемся до Латона.

— Не скажи! — я начал было спорить, сохраняя прежний агрессивный тон, но потом решил — не стоит так говорить с тем, кто тебя охраняет. И предпочел рассказать о том, что за мысли были у меня в голове относительно Нируды и безопасности Рассвета в целом.

Суть заключалась в том, что раз уж мы отвели рукав от Нируды для того, чтобы охватить крепость — форт, что охраняет Валем, то при должном углублении и расширении этого канала в будущем, его можно было бы превратить в приличных размеров речку, которая пойдет дальше на юг. Причем сделать так, чтобы эта речка раздваивалась, обходя Рассвет с двух сторон, защищая его от нападения с востока и запада, а также с севера. Основное направление развития города я видел на юг.

— То есть, ты хочешь отвести воду от Нируды. Допустим. А дальше что? — спросил Левероп.

— Дальше эта вода отправится за каменоломни. Вероятно, там будет еще один канал. Мне кажется, что механизмы вроде тех, которые используются для размешивания глины, стоит использовать и для других работ.

— Вода, которая будет вращать колесо или лопасти, — задумчиво проговорил мординец. — Да, хорошая задумка!

— И если земли к югу находятся ниже, то вода, чтобы не застаивалась, направится туда. Это проще, чем возвращать канал с водой обратно в Нируду.

— Пожалуй. Но только копать это все… — поморщился Левероп. — Ты весь Рассвет вооружишь лопатами?

— Едва ли. Если получится найти нужное русло, то копать почти не придется. Разве что возле самого Рассвета надо будет покопаться, пробиваясь через равнины. Дальше в лесах, как мне кажется, много оврагов, через которые воду можно будет отвести окончательно.

— Если ты разбираешься в этом, то почему бы и нет, — Левероп начал всматриваться вперед. — А вот, похоже, и лагерь лесорубов?

— Скорее то, что от него осталось, — произнес я, когда через пару сотен метров мы добрались до огрызков палаточного лагеря.

В нем не было ничего, кроме нескольких палаток, уже разодранных на ветру. Ничего металлического, как и следов пребывания здесь людей, я не обнаружил.

— Вот это уже странно, — заметил я. — Почему бросили палатки?

— Вероятно, те люди, которые могли бы в них жить, уже ушли. И не с Латоном, — ответил Левероп.

— Чем дальше в лес… — проворчал я, пытаясь осмотреться получше. — Четыре палатки.

— Значит, минимум восемь человек, — многозначно оборвал свою речь Левероп.

Так и не найдя ничего человеческого в округе, я решил, что главный лесоруб и по совместительству глава деревни Южной врет мне о том, что здесь происходит.

— Пошли быстрее, — попросил я Леверопа. — Мне уже не терпится найти ответы.

— А ты слышишь стук топоров? — спросил он.

— Если этот лагерь отделен от нового хотя бы на два дня — нас разделяет километр или даже два.

Я еще раз осмотрелся, на этот раз более внимательно глядя на то, что находится за пределами лагеря, на просеке. Стволы деревьев по-прежнему лежали вдоль дороги. Кучи из пней. Зарубки на стволах деревьев. Все это говорило о том, что люди здесь точно были, работали, валили лес. И делали все по технологии, которая не изменялась со временем. Значит, ничего критического здесь не должно было случиться.

— Следы лошадей, — сообщил мне Левероп. — Телеги, на которых люди Латона двинулись на юг. Похоже, что они совсем не в спешке собирались.

— Я думал, что мне предстоит начать создавать стабильность в Рассвете, как того желают многие. Чтобы был какой-то… столп стабильности. Но то, что я вижу здесь… — сердито продолжил я, немного запыхавшись от того, что приходилось идти по грязи, в которой ноги то и дело разъезжались в разные стороны.

— Совсем не стабильность? — подсказал Левероп.

— Абсолютно, — в полном возмущении продолжал я. — Приказы не исполняются, задачи не решаются, люди пропали!

На это мординец ничего не стал говорить, а лишь показал:

— Впереди мы найдем ответы. Не могла такая толпа людей… а сколько здесь было лесорубов?

— Мне кажется, что человек пятьдесят, — ответил я. — Вроде бы столько в первый раз отправилось с Латоном.

— Ага, значит не меньше сорока должно быть, — хмыкнул Левероп.

Некоторое время мы шли молча, а потом добрались до более высокого участка дороги, где было суше. Телохранитель забрался на лошадь, я же пошел пешком. Забраться в седло было не просто неудобно, а откровенно больно.

Сотнями метров дальше мы заметили новый лагерь, а задолго до него услышали и редкий стук топоров.

— Латон! — громко заорал я, не доходя до лагеря. — Латон! Ты здесь?

В лагере все засуетились. Но до меня донесся запах костра и снова отсылка ко сну стала слишком явной — очень много совпадений, причем совсем неприятных. Что, если здесь будет тот же звук костей…

— Бавлер? — впереди лагеря показался здоровяк Латон с топором на плече. — Фух, я уж перепугался, думал, что это…

— Что здесь происходит?! — спросил я его громко и строго, но потом заметил, что лицо у Латона бледное. — Что случилось??

— Беда, Бавлер, — у Латона из рук чуть топор не выпал. — Проклятие какое-то!

Я так и остался стоять, держа лошадь под уздцы. Переварить сказанное Латоном было непросто. Левероп тоже ничего не говорил, но я слышал, как он топтался на месте, озираясь по сторонам. Роль телохранителя он исполнял отлично, но я не думал, что на меня будут нападать мои же люди.