Чтение онлайн

— С чего вы это взяли? — пытаюсь возразить я.

— Я работаю здесь с момента открытия, и мне достаточно пятиминутного общения с человеком, чтобы понять, задержится он у нас или нет. В прошлом году к нам устроилась одна девушка. Приехала на «Мерседесе», в резюме указала, что не хочет зависеть от родителей и хочет зарабатывать самостоятельно. Ушла ещё до истечения испытательного срока, потому что один из ВИП-клиентов недостаточно уважительно с ней разговаривал. Три месяца назад уволилась другая. Вы даже внешне чем-то похожи… — Взгляд женщины неприязненно пробегается по моим волосам. — Несколько недель играла в гляделки с одним из клиентов и в итоге своего добилась. Он предложил встречаться, и она сбежала от нас, сверкая пятками.

Я чувствую поднимающиеся гнев и обиду. Зачем сравнивать меня с другими девушками, даже если у нас похожая внешность? Я просто хочу здесь работать, и всё.

— Меня не интересуют отношения, и у меня нет богатых родителей. Мне действительно нужны работа и деньги, чтобы платить за квартиру и покупать продукты. Это моя единственная цель.

— Эти девочки тоже так говорили, — скорбно парирует женщина.

— Я так понимаю, убеждать вас в обратном дальше не стоит? — мечась между желанием заплакать или разораться, переспрашиваю я.

Она одаривает меня приторно-сочувственной улыбкой.

— Увы. Попробуйте поискать счастья в другом месте.

— Сука! — беззвучно выдыхаю я, стремительно вылетая из кресла.

— Мерзкая гадина, — говорю уже вслух, стоя на крыльце и жадно втягивая в себя фруктовый дым вейпа.

Могла бы просто сказать, что в случае положительного ответа они сами мне перезвонят, как сделали в клинике. Но нет, этой злобной калоше в дурацком красном костюме необходимо было во что бы то ни стало меня унизить, рассказав, что девушки вроде меня способны только водить дорогие тачки и кокетничать с мужиками.

Как она там выразилась? «Играла в гляделки с клиентом и наконец своего добилась»? Та девушка что, загипнотизировала бедолагу из-за стойки против его воли? Откуда взялась неприязнь к представительницам своего же пола?

И я тоже идиотка. Не нужно было пытаться выглядеть презентабельно и надевать украшения. Возможно, тогда бы этой курице не пришло в голову мне завидовать.

В глазах снова начинает щипать от слёз, и приходится запрокинуть голову, чтобы они не потекли.

Последние три дня я нахожусь на грани истерики. Мне больно от всего: и от вероломства и жестокости Кости, который даже не видит нужды по-настоящему раскаяться и попросить прощения за сделанное, а лишь ждёт, когда я сломаюсь и приползу к нему на коленях; и от грызущего одиночества по ночам, в котором оживают все мои страхи… От того, что новая жизнь не спешит раскрывать свои объятия и уже третья попытка устроиться на работу проваливается.

Из медицинского центра мне так и не перезвонили, а собеседование в бизнес-центре закончилось предложением секса. Из кабинета владельца я вышла оплёванной. Этот грузный пятидесятилетний мужик с кольцом на пальце даже не заглянул в моё резюме, а сходу спросил, есть ли у меня парень. А после отрицательного ответа заявил, что вакансия секретаря включает сверхурочную работу по вечерам, которая будет щедро оплачиваться. Его не интересовали ни мои навыки работы с компьютерными программами, ни образование. Он, как Костя и злобная идиотка из СПА-центра, видел во мне лишь резиновую куклу.

— Привет… — шмыгнув носом, я прижимаю телефон к уху. — Как дела?

— У меня-то в порядке, — бодро отзывается Тея, щёлкая пальцами по клавиатуре. — А у тебя как? Как собеседование?

— Не очень. — Оторвавшись от ступеней, я бреду по парковке в сторону проезжей части. — Я не понравилась старшей администраторше, потому что, по её мнению, я сбегу, как только найду себе спонсора.

— Так это же самая настоящая предвзятость! — возмущённо фыркает сестра. — То, что ты красивее неё, не значит, что у тебя нет намерений добросовестно работать.

— Она даже слушать меня не хотела. Просто упивалась навешиванием ярлыков.

— Ну и хрен с ней. Хорошо, что ты не стала тратить время и проходить у них стажировку. Эта грымза всё равно бы тебе житья не дала. Костян не звонил?

— Он же у меня в блоке, — напоминаю я, ощущая болезненное ёканье в груди при упоминании его имени.

— Тю! Это была проверка. Вдруг ты вынула его из чёрного списка.

— Нет, конечно, — бормочу я, ощущая прилив стыда оттого, что вчера действительно хотела это сделать.

Я так злилась на того мужика за мерзкий подкат, что первым непроизвольным желанием было рассказать об этом Косте. Он бы никогда этого просто так не оставил. Спросил бы адрес этой конторы и разнёс бы извращенца в пух и прах.

Но в итоге сдержалась, и слава богу. Да, я была бы отомщена, но какой ценой? Костя бы не преминул напомнить, что без него я никто. А именно так он и считает. А я не хочу больше быть никем: ни в его глазах, ни в чьих-то других.

— В общем, надо подредактировать твоё резюме, — возвращает меня на землю голос Теи. — Поэтому приезжай сегодня к нам. Вместе покумекаем.

— Вот эту строку о том, что нигде и никогда не работала, нужно убрать, — убеждённо заявляет Тея, отхлёбывая вино. — Ты же устраивалась в кафе до того, как Костян нарисовался. И за кассой смотрела, и столы обслуживала, и в помещении убирала. Так что пишем: последнее место работы — 2019 год, кофейня «Арабика», должность — администратор.

— Я была официанткой, — напоминаю я. — И кофейня называлась «У Давида».

Сестра закатывает глаза.

— Вот всему тебя учить надо! Нам нужно составить резюме под стать твоей внешности. Чтобы снобы, вроде той тётки, увидели в тебе серьёзного кандидата. Кого бы ты наняла: официантку в кафе с дурацким названием «У Давида», или администратора кофейни «Арабика»?

— Но они ведь попросят контакты бывшего работодателя. — Я засовываю в рот ломтик сыра и тоже тянусь за вином. Энтузиазм Теи и уютная атмосфера их с Владом кухни действуют расслабляюще, постепенно стирая неудачи сегодняшнего дня.