Чтение онлайн

— Кого я вижу! Сам командир, наконец-то, появился. Ты хочешь мне сдаться?

Гнусная ухмылочка проявилась на щетинистом лице брюнета.

— Ты отлично знаешь, что об этом никогда не будет речи. Я пришел договориться о времени.

— Каком времени?

Похоже, что новый Директор был сбит с толку. Он яростно кидал взгляды в сторону. Там, наверное, сидели его техники.

— Мне нужно пять суток, чтобы спокойно уйти со станции.

— Что? Тебе кто-то разрешал?! Вы воры и мятежники! Вы захватили Купол и незаконно вывозите наше оборудование и людей. Требую немедленно прекратить незаконные действия и сдаться властям.

— Ты что ли власть? Подскажи номер постановления после голосования.

Гарян набычился:

— Власть мне передал персонал станции. Потому что старая Администрация уже не справлялась. У нас появились проблемы…

— Гарян, прекрати истерику. — Фролов бы спокоен и холодно смотрел на камеру. — Ты убил мою жену и Пастора. Ты убил всех Директоров и их приближенных. Это мятеж.

Новый Директор гнусно ухмыльнулся:

— Власть берут, а не заслуживают. Вы были лишними в нашей пищевой цепочке. Ты точно. Но часть твоих людей бы мы оставили. После новой присяги.

— Не мечтай! Я даю тебе пять суток. Не трогать нас, лифты и дать спокойно уйти. Тогда последствий не будет.

Все-таки Гарян соображал быстро, или ему помогли. Ответная ругань застряла в горле.

— Что за последствия?

— Пусть твои люди оценят состояние Купола. Насколько он сейчас открыт.

Глава мятежников повернулся и отдал короткий приказ. Услышанное ему не понравилось. Глаза гневно заметались.

— Что ты сделал? И почему думаешь, что остановишь моих бойцов. Мы сильнее.

— Мы заблокировали механизмы Купола. Он не сможет закрыться обратно. Объясню на пальцах.Если нам не дадут уйти спокойно, и мы понесем неизбежные потери при исходе, то последние из нас подорвут створные механизмы взрывчаткой. Вы своими силами до зимы не сможете их закрыть. И потому все верхние этажи придется. Они просто напросто замерзнуть. В том числе и твой любимый Административный уровень.

Гарян что-то тихо прошипел, затем опомнился.

— Мы приложим все силы.

— Не получится. Думаю, уже никогда. Вы останетесь навечно внизу.

Новый Директор сменил тактику.

— И ты вот так легко бросишь людей станции?

— Она уже не моя. И я не несу никакой ответственности. А вот ты да. И начнешь свое директорство с катастрофы.

Гарян чуть не подскочил с кресла. Фролов ударил в самое больное место. Власть новой Администрации еще не прочная и такой удар она может не пережить. Это же придется срочно перестраивать все хозяйство станции.

— ты не посмеешь!

— Уже. Пять суток, Гарян.

Весь лоск и напыщенность маленького человечка куда-то сдулись. Лицо нового лидера побагровело, в глазах плескался гнев. Такому человеку нельзя давать власть. Василий уже заранее пожалел жителей С 25, но они сделали выбор. И он его уважал.

«Да будет так».

— Пять суток и запустим механизм обратно. У вас будет целая зима, чтобы разобраться с хозяйством Купола.

Это тоже угроза и первая глобальная проблема новой Администрации. В этом сезоне фито больше не будет. Придется бороться с болезнями детей и растений. Гарян отлично это понимал и потому набычился.

— Это слишком много. Три с половиной. Считая текущую половину.

Фролов кивнул:

— Договорились! И помни, что мы сделали запись разговора. Если что, вся станция будет знать, что ты виноват в их бедах.

Гарян все-таки не выдержал и соскочил с кресла.

— Надо было убить тебя внизу. Бросить еще отряд. Вашего ублюдка уже бросили в Топь!

Экран погас, но Василий мрачно взирал на него. Ему тоже жаль, что он не сделал это раньше. Прошлую Администрацию было бы намного легче шантажировать. Ох уж эта, вбитая в печенки дисциплинированность отряда СпаСа.

— Что застыли? За работу!

— Ингвар, как дела в хвосте?

Мядель двигался на буксире, что тащил за собой огромные сани. Уходить все-таки им пришлось раньше срока. Сквозь помехи послышался спокойный голос механика.

— В порядке. Мотор тянет, груз на месте.

Самый сложный участок. Спуск с горы, в которой была построена станция. У них уже случилась вчера авария, когда неопытный водитель с двадцать четвертой дал слишком много газу и поехал со склона юзом. Его раскуроченную машину оттащили в сторону. Сняв лишь некоторые приборы и батареи. К ночи начало здорово подмораживать, да и торопились все.

Гарик Гарян не был бы хитрожопым Гариком, если бы не попытался нарушить соглашение. Двое суток он еще давал спокойно поднимать на лифтах оборудование и припасы. Пацаны снизу даже совершили небольшой «ченч» с работниками водорослевых ферм. Как уже у них там получилось, Фролову было неизвестно. Но он не раз подумал, что зря раньше не посещал Дно. Столько можно было наработать связей! Но былое уже не вернешь. Оставалось вырваться из наступающего ада с наименьшими потерями.

Полисы в какой-то момент организовали атаку сразу на нескольких направлениях. Внизу смогли отбиться, но с большим лифтом пришлось попрощаться. Против газа не устоять. Командир СпаСа приказал поднимать людей и блокировать лифтовые шахты. Техники были наготове и провели операцию молниеносно. Гарян прислал гневное сообщение. Но, похоже, что кроме проблем с Куполом у новой администрации появится куча других.

Хотя, посовещавшись с народом, Василий решил все-таки створки закрыть при любом раскладе. Кто его знает, может, через несколько лет ситуация на СС 25 поменяется. А механизм вернуть в строй будет неимоверно сложно. Другой вопрос: кто весной сможет открыть Купол? Выйти наружу — уже искусство! Гарян, не понимая ситуация, загнал себя в угол. В прошлой Администрации хоть в заместителях сидели специалисты.

Из-за злонамеренного нападения пришлось срочно выводить всех, кто находился снизу. Линия обороны стала тоньше, а терять людей не хотелось, и Фролов решил задействовать запасной вариант. Посередине маршрута, где обычно производились ночевки, задумали ставить временный лагерь. Два буксира для обогрева модулей и один скаут для чрезвычайных ситуаций. Там же с помощью грузовых лебедок оставили лишний багаж. В итоге пятый караван вернулся с полупути и увез больше людей и оставшийся габаритный груз. А с СС 24 более маневренные рабочие машины спасателей челноками начали перевозить эвакуируемых. Зато на двадцать пятой остались немногие. Они собирали крайний караван.