Чтение онлайн

Был май месяц. Природа буйно оживала, залитая зелёным цветом. Зеленевший за рекой луг имел тёмный, сочный оттенок, а берёзовый лес на склоне холма, перерезанный серой лентой дороги, другой – светлый и нежный. От всего этого веяло какой-то свежестью и радостью жизни!

Оглядев окрестности, Егорка решил обследовать чердак. Он вошёл в кладовую, примыкавшую к северной стене дома, и по выступавшим концам брёвен внутренней стены, разделявшей горницу и кухню, вскарабкался на чердак. Чердак всегда был местом хранения ненужных для взрослых вещей, а для мальчишек это было место неожиданных находок. Но, к его удивлению, он был пуст. Впоследствии Егорка частенько использовал чердак как место для уединения. Новый дом ему однозначно понравился.

Игрушек, купленных в магазине, у Егорки не было. Он не сожалел и даже не мечтал об этом. Егорка обладал богатым воображением, поэтому любая обычная вещь: банка, дощечка, шестерёнка, палка – вмиг превращались в игрушки.

Выстроганная ивовая палка определённой длины была саблей, а хворостина – конём, и он скакал на ней вместе с другими пацанами, поднимая пыль и представляя себя лихим кавалеристом. На саблях пацаны частенько фехтовали, соревнуясь в быстроте и ловкости.

Очень нравилось Егорке играть в комбайнёра. В поле превращалась освободившаяся от лука грядка, а комбайном становилась консервная банка. В погожий солнечный денёк, ползая на коленях, он бороздил этим комбайном-банкой по полю-грядке, оставляя после прохода небольшие кучки земли, изображавшие копны соломы. Копны, как и положено, выстраивались строго в одну линию.

Однажды Егорка сделал автомат. Вырезал из доски его подобие, отрезал от бревна кругляшок и прибил его в качестве магазина, как у ППШ [29] . Отец посмотрел на это творение и через несколько дней сделал и вручил ему деревянный пистолет. Он выглядел как настоящий! Егорка был счастлив, но достаточно быстро отломил рукоять. Он попытался прибить её гвоздём, но рукоять вообще раскололась. Радость была недолгой.

Различный инструмент Егорка тоже обожал. Он внимательно наблюдал, как отец работает ножовкой, щипцами, пассатижами, гвоздодёром, молотком и прочими инструментами и учился ими пользоваться. В одну из зим отец работал в инструменталке МТС, где хранились и выдавались для работы инструменты. В инструменталке отец не оставался без дела, всегда что-нибудь мастерил. Иногда он брал с собой Егорку, который всё разглядывал, слушал разговоры покуривающего отца и кого-нибудь из пришедших к нему рабочих. Обычно отец давал Егорке несложное задание. Чаще всего он клепал цепи для комбайнов, соединял отдельные элементы цепи с помощью молотка на наковальне. Так отец приучал сына пользоваться инструментами.

С ранних лет Егорке больше всего нравился молоток, а любимым занятием было забивать гвозди. Однажды отец решил заново оштукатурить внутреннюю стену дома и стал для этого заготавливать строительный материал. Он нарезал на циркулярке в колхозной столярной мастерской дранку, купил специальные драночные гвозди – короткие, с большой шляпкой, и положил их на шкаф. Егорка видел это. На другой день, когда отец ушёл на работу, он притащил стул, достал бумажный кулёк с гвоздями, сел на крыльце, взял доску и стал забивать гвозди идеально ровными рядами, шляпка к шляпке. На это ушла почти половина гвоздей. Пришедший вечером с работы отец ахнул, увидев лежащую у крыльца доску с гвоздями. Заподозрив неладное, он зашёл в кладовку, кулёк с гвоздями был наполовину пуст. Заходя в дом, отец раздражённо сказал, обращаясь к матери:

– Пана, представляешь, вчера купил драночные гвозди, а сегодня половины их нет. Егорка в доску вколотил, поросёнок. Где он?

Егорка лежал на полатях, сжавшись в комок, и всё слышал.

– Вон, на полатях лежит, – ответила мать.

Отец встал на лавку у печи, увидел на полатях Егорку и сердитым голосом высказал всё, что он думает по этому поводу.

С молотком Егорка не расставался, даже спал с ним, когда был маленький. Историй тоже было немало, в том числе ужасных.

Однажды Егорке что-то не понравилось в требовании сестры Валентины, и он, не соображая по малости лет, ударил её молотком по голове. Слава богу, Егорка был ещё слишком мал, и удар получился слабым. Всё обошлось благополучно, лишь на голове у сестры вскочила большая шишка. Валя запомнила это и стала бояться, если Егорка хватался за молоток. Второй случай был аналогичным. Что-то в действиях сестры ему не понравилось, и он схватил молоток. Сестра босиком бросилась бежать по улице, а Егорка с молотком в руках за ней. В переулке около молоканки Валя вдруг сильно закричала, присела и громко заплакала. В босую ногу ей воткнулась большая шорная игла для шитья лошадиной сбруи. Сестра плакала, а Егорка стоял рядом, забыв и про обиду, и про молоток. Ему стало её очень жаль!

Мать боялась, что может быть заражение крови или даже столбняк, однако и в этот раз всё обошлось. Егорка получил взбучку, а отец сделал шкаф с замком, куда стал убирать молоток и другой инструмент, чтобы Егорка не мог достать…

Отец Егорки, когда был дома, постоянно что-нибудь строил, перестраивал или ремонтировал. Первым делом он прорубил второе окно на кухне, которое выходило в сторону огорода. Стало значительно светлее, а во время заката кухня озарялась красивым багряным светом. Кроме этого обозревался огород, и стало видно, если на грядках появлялись неугодные куры, как-то пробравшиеся в огород. Егорка получал задание выгнать их и стремглав мчался выполнять команду.

Далее последовал капитальный ремонт русской печки – ещё одного гениального изобретения русского народа. Старая печь отслужила свой срок. Она потрескалась, дымила, в своде топки образовались вывалы, и Пелагея настояла на устройстве новой глинобитной печи.

Русская печь! Она воспета в некоторых былинах и сказаниях, является «героем» многих русских сказок. Всё в доме «пляшет» от печки. Её функции многочисленны, особенно в суровой Сибири. Прежде всего, это источник тепла в доме. На печи зимой греются продрогшие на морозе члены семьи, сушатся валенки, промокшая одежда, а летом – заготовленные на зиму ягоды. Это спальное место, как правило, для стариков и детей. И, наконец, только в русской печи может быть приготовлена самая вкусная еда!

Сначала в одной из соседних деревень нашли печника. Он обследовал печь и предложил нижнюю часть до уровня шестка и низа топки оставить, а выше всё сломать и вынести. Потом он нашёл карьер глины требуемого качества. Её привезли на телеге и разгрузили в ограде. Егорка обрадовался, что появилось место, где можно было играть в комбайны и тракторы, но мать строго приказала:

– Чтобы никто не вздумал играть в этой глине! Печку из неё будем делать, – и укрыла её сверху брезентом и тряпками от высыхания и дождя.

На другой день приехал на телеге печник и привёз несколько больших деревянных киянок, один конец которых был конусообразным и имел меньшую площадь, чем другой.

Первым делом на дне будущей топки была выложена клетка дров, в которую положены сухие щепки для растопки. Потом над дровами по контуру будущей топки была выставлена герметичная опалубка, выгораживающая внутреннее пространство. Потолочная часть имела форму свода. Затем по наружному контуру печи был выставлен первый ярус досок опалубки, и небольшими слоями стала отсыпаться глина. Она трамбовалась привезёнными печником киянками сначала концом с большей площадью, а затем конусообразным. Киянками работали мать и две женщины, приглашённые на «помочь». Они же носили в вёдрах и рассыпали послойно глину. Печник строго контролировал толщину отсыпаемого слоя, влажность глины и, при необходимости, сбрызгивал её водой. Ряды досок опалубки постепенно добавлялись по ходу отсыпки и уплотнения слоёв глины. Когда отсыпка достигла верха свода топки, на него была поставлена квадратная опалубка будущего дымохода, после чего продолжена отсыпка и трамбование до верха будущей печки. Печную трубу, проходящую через потолок и крышу дома, выложили из кирпича, сохранённого от разобранной части старой печи, встроив в неё вьюшку. Вся эта работа была выполнена за два дня.