Чтение онлайн

Маша не понимала, что за «спектакля» играется здесь и почему столько экспрессии и прямо-таки напора на каждую клеточку скатерти и каждую полосочку на ее бедре: то ли трубку принести, то ли номер назвать, и тогда он сделает все сам, все сам, не стоит беспокоиться!..

Хмурый Вадик появился через шесть минут. Инга задерживалась. Кексы съели не все. Вареные розы, несколько ягод клубники, оставшихся, по недосмотру, в жидком сиропе, недожатые апельсины, яйца от турецких несушек и оливки, слишком соленые, помидоры, брынза и прочая снедь без названия – все это не стоило варварской побудки.

– Подвинься, – буркнул хмурый Вадик.

У Машки чуть вишенка с булочки не упала. От изумления.

– Машку вчера приодели. В «Твинсильвере»! – сказала Яна и выжидательно посмотрела на Вадика. Вадик сконцентрировался на полосочках.

– ... Ничё. Нормально, – сказал носитель лучших мировых брендов.

Яна была довольна. Появилась великолепная Инга с легкой тенью под глазами и выразила признательность за спасение завтрака.

– А все благодаря моей неотразимой красоте, – сказала Маша.

Вадик почти совсем проснулся и посмотрел на нее еще внимательнее, чем на полосочки. Шутка провалилась, поняла Маша. Похоже, сегодня не ее день.

На долмуше в Ичмелер поехали по рекомендации гида. Долмуш – турецкая маршрутка, микроавтобус. А гид – из агентства – это не гид, а гад: разрекламировала тамошний пляж. И песок там вместо камней, и вода теплая, и вообще...

– Модную панаму купила? – Вадик обратился к Маше, едва она подошла. Они уже минут семь торчали у бассейна, ждали эту провинциалку.

– Да нет, это еще в Красноярске...

Маша не поняла издевки. А то бы обиделась за «Нуф-Нуф» цвета американских денег, который всегда шел к ее глазам.

Приехали. Жара несносная. Песок закипает, лежаки раскаленные, «гастролеры» тоже раскалились, окунуться бы поскорее.

Пляж как пляж. Тесно. Свободные места – на четвертой линии. Море то же самое. Камни в нем те же самые на дне. Пляжные мальчики предлагают заплатить восемь миллионов или заказать «дринки».

– А не пошли бы вы?.. – выразил более-менее общее настроение босс.

Пляж обыкновенный, мы все это видели, причем бесплатно. «Не, я здесь не хочу, поехали обратно!» – буркнул Вадик. Янка молчит, Маша помалкивает тоже, тянется по сыпучему раскаленному песку за всеми, присмотрели вроде бы лежаки.

– Давайте искупаемся, фруктов поедим, – сменил настроение Вадик.

Снова нарисовался турок, уже другой, но он тоже хотел денег.

– Сколько? – спросил Вадим.

– Да, давайте хоть искупаемся, – вставила и Машка словечко. Девочка из Сибири хотела фруктов.

– Не, поехали. Инге здесь не нравится.

Инга морщила носик. Инга очень мило морщила носик, это могло выражать самые разные вещи: от кокетства до недовольства. «Если я сделаю то же самое, то буду похожа на крокодила», – подумала Маша.

Ну, заплатили еще по полтора миллиона за долмуш. Ну, прокатились по Мармарису в обратную сторону.

Тащились еле-еле. Вадик подгоняет водилу:

– Почему стоим? Faster, faster! [7]

– У него повременка, – пояснила Маша.

– Нет, у него фиксированная оплата. – Вид у Вадика был крайне деловой.

– Я вообще-то пошутила, а вы так серьезно отвечаете.

– А ты так серьезно это сказала. У нас так не принято. У нас если шутят, то всем понятно... Это ваш сибирский юмор, – ответствовал Вадик за всех москвичей вообще.

– Насчет маркетинга я тоже пошутила.

Да, они снова проезжали мимо той приметной рекламы, только теперь уже в обратную сторону. «Ваша удовлетворенность – наш бизнес» – примерно так было написано по-английски.

– Смотри, Ян, турки тоже секут в маркетинге!

Яна не ответила. Маркетинг – некоторые ведь этим деньги зарабатывают. Маркетинг – это очень, оч-чень серьезно.

Инга и Вадим переглянулись и вынесли резолюцию, что все же сделают из Марии человека. У Машки, определенно, появились большие перспективы. Видимо, она была еще не безнадежна в их глазах.

«Вот приедем, брошусь в море с бесплатного пляжа и доплыву прямо до „Твинсильвера“, – мечтала Маша. Жарко. „Twinsilver“ – было намазано краской на старой облезлой лодке, которая болталась где-то на полпути между кромкой берега и ниткой буйков. До буйков плавали без нее.

Этот вечер как-то не задался.

– Надо было ехать в «Мэджик Лайф»! Там «все включено», – в который раз говорил Вадик, разливая сладкое турецкое вино по трем бокалам.

Вчера он вообще потребовал его заменить – слишком теплое.

Марья ждала свой чай. За ужином чай стоил едва ли меньше, чем вино.

– Нет, ну что за бардак?! – возмутилась Маша. – Я уже десять минут жду свой чай! И хде???..

Вадик щелкнул пальцами, снова призывая официанта.

– Эта леди пятнадцать минут назад заказала чай, – проговорил уверенный молодой человек на хорошем английском.

Машке польстило слово «леди», хотя «леди» она себя совсем не ощущала, в крайнем случае «мамзель».

«Черно-белый» внимал, лукаво склонив голову, он еще помнил «too much» [8] про теплое вино, но ответить не успел. В команде «Нептун» произошла замена.

– One minute! Just one minute! [9] – Зия молниеносно щелкнул застежкой на запястье.