Чтение онлайн

Он поднял ленточку, брезгливо скривился, держа ее на весу, и протянул ей.

— Вы что, душ в ней принимали?

Засмеявшись, она убрала ее вслед за остальными принадлежностями для репетиций.

— Нет, это она от пота намокла. Прошу прощения. — При этом глаза у нее были веселые, а вовсе не виноватые. — Судя по вашей одежде, вы понятия не имеете, что это такое.

— Вообще-то я не ношу с собой подобные вещи.

Он недоумевал, почему не идет дальше своей дорогой. Он опаздывал уже на целых пять минут, но что-то в открытом и веселом взгляде, которым она смотрела на него снизу вверх, удерживало его.

— Вы странно ведете себя, совсем не так, как обычно ведет себя женщина, едва не лишившаяся столь ценного имущества, как старые рейтузы, выцветшее трико, жалкое полотенце, эти ваши балетки и целый фунт ключей.

— Мое полотенце вовсе не жалкое, просто мокрое. — Мадди закрыла молнию сумки. — Главное — все мое осталось при мне.

— Ни одна из знакомых мне женщин не стала бы разговаривать с грабителем.

Она снова с любопытством посмотрела на него. Да, пожалуй, у такого интересного и элегантного мужчины должно быть много женщин.

— А что бы они сделали?

— Как — что? Закричали бы, позвали на помощь.

— Пока я дожидалась бы помощи, он утащил бы мою сумку, а там кричи — не кричи — все пропало! Нет уж! Но, так или иначе, спасибо вам большое. — Она протянула ему руку, маленькую, изящную и без колец. — Хорошо, что на свете еще не перевелись рыцари.

Она была маленькой и без спутника, а на улице становилось все темнее. Его врожденный инстинкт ни во что не вмешиваться боролся с совестью. Видимо, решение давалось ему нелегко, потому что в результате он раздраженно произнес:

— Нечего вам расхаживать здесь с наступлением темноты.

Она снова рассмеялась, искренне и звонко:

— Да это же мой район. Я живу всего в нескольких минутах ходьбы. Я же говорю вам, этот парень был просто неопытным новичком. Ни один уважающий себя грабитель и не посмотрит на танцовщицу. Что с нее взять? Но вы… — Она чуть отступила и смерила его долгим, оценивающим взглядом. — А вот вы — дело другое. Вы так хорошо одеты, что в наших местах вам лучше носить часы и бумажник в трусах.

— Спасибо, я буду иметь это в виду.

Она только кивнула, решив еще немного позаботиться о нем:

— Хотите, я покажу вам дорогу? Не похоже, чтобы вы легко ориентировались в этом районе.

Ну что за легкомысленная девица?! Еще немного, и тот парень мог запросто двинуть ей кулаком в лицо, а ей хоть бы что!

— Благодарю вас, но в этом нет нужды. Собственно, я уже пришел.

— То есть вам сюда? — Мадди оглянулась на старое здание, в котором располагался репетиционный зал, затем внимательно посмотрела на него. — Но вы не танцовщик, — уверенно сказала она, вовсе не имея в виду, что он топорно сложен. Просто сразу было видно, что он точно не танцовщик. — И не актер, — подумав, добавила она. — И могу поклясться, что не музыкант, хотя руки у вас красивые и сильные.

А он, вместо того чтобы продолжить свой путь, заинтересованно спросил:

— Почему же?

— Вы консервативно одеты, — не раздумывая, но и без насмешки ответила Мадци. — Слишком строго и правильно. Я хочу сказать, вы выглядите как юрист, или банкир, или… — Она вдруг догадалась и буквально расплылась в улыбке. — Ой! Вы же — ангел!

— У меня что, нимб над головой?

— Нет, конечно. Но вы — наш ангел, наш спонсор. «Валентайн рекордс», правильно?

И она снова протянула ему узкую ладошку, которую он принял и озадаченно держал в своей руке.

— Верно. Я Рид Валентайн.

— А я Вдовушка Мэри.

— Простите?

— Стриптизерша, — пояснила она, и он презрительно сощурил глаза. Она могла бы больше ничего не объяснять, чтобы потом, узнав правду, он удивился, но ведь он не прошел мимо, а проявил внимание, оказал ей помощь! — Это моя роль из пьесы «Раздевайся!», которую вы спонсируете. — Восхищенно глядя на него, она положила другую руку поверх его. — Меня зовут Мадци О'Харли.

Мадци О'Харли?! Эта рыжая растрепанная девчонка со смазливой, но усталой мордашкой — та самая артистка, которую он видел в «Парке Сюзанны»? Правда, в той роли на ней был парик с длинными светлыми кудрями, как у Алисы в Стране чудес, и платье в стиле 1890-х, но все же… Ее звучный голос заполнял весь театр, а как она танцевала! Ее страсть и энергия заражали даже тех, кого трудно было чем-то поразить.

Одной из причин его желания спонсировать пьесу была как раз Мадци О'Харли. Сейчас, когда он ее увидел, его стали одолевать сомнения.

— Вы — Маделейн О'Харли?

— Да, так значится в контракте.

— Я видел вас на сцене, мисс О'Харли. Признаться, я не узнал вас.

— Свет, костюм, грим. — Она пожала плечами. Вне сцены она предпочитала быть незаметной, и Мадди вполне устраивала ее неброская внешность. Она была одной из тройняшек — Шантел досталась яркая красота, Эбби — чарующая прелесть, а ей — всего лишь пикантность. Мадди считала это разумным даром, но настороженный взгляд Рида забавлял ее.

— И теперь вы разочарованы, — пряча невольную улыбку, сделала она вывод.

— Я этого не говорил…

— Нет, конечно. Для этого вы слишком хорошо воспитаны. Но не волнуйтесь, мистер Валентайн, я справлюсь с ролью. Любая из О'Харли стоит инвестирования. — Она сама засмеялась своей шутке. За ее спиной мигнул и зажегся уличный фонарь, словно намекая, что уже поздно. — Видимо, у вас назначена встреча.

— Да, я должен был прийти десять минут назад.