Чтение онлайн

– Ты был в своем праве, Весельчак. Он первым взялся за меч. Да и хёвдингом был никудышным.

– А вот меч у него хорош, – норег соскочил со скамьи, наклонился, снял с убитого пояс с оружием и нацепил поверх своего.

Он не боялся, что кто-то ударит в спину. Многие сконцы не любили его, но уже признали его власть.

– Тьёдар! – торжественно произнес Лейф. – Ты мудрый человек и хороший воин. Позволь подарить тебе это! – отстегнул от пояса ножны и вручил их Певцу вместе с клинком, когда-то принадлежавшим Хеги Косолапому. – Назначаю тебя кормчим и отдаю тебе право на три доли добычи.

На этот раз Лейф уже не поинтересовался ничьим мнением. Он – хёвдинг, и этим все сказано.

– Теперь вы с нами, парни, – Лейф повернулся к фризам. – Я принимаю вас в хирд. Обряд проведем прямо сейчас. Эй, кто-нибудь! Снимите с сына ярла все, что может пригодиться, зашейте тело в парусину и выбросьте в море. А мне принесите сапог для обряда…

Мы догоняем. Это потому, что преследуемые потеряли день, высадившись на берег и ограбив датскую деревушку. То есть не то чтобы ограбив… Взяв страндхуг [21] и задержавшись на некоторое время, чтобы попользоваться бонусом в виде бесплатной кормежки и бесплатного секса.

Впрочем, сконцы не были к бондам слишком жестоки: никого не убили.

Зато оставили нам следок. Причем говорящий…

– Сегодня или никогда, – сказал Фари. – В море мы его достать не сможем, а когда он окажется на своей земле – и подавно. Так что, брат, нам придется убить его сегодня. Когда он снова пойдет любиться с Гудрун.

– Я думаю, мы с ним не справимся, брат, – буркнул Фастайр. – Думаю, он нас убьет.

– Ты струсил? – прищурился Фари. – Испугался за свою волосатую шкуру? По-твоему, эта женщина не стоит того, чтобы рискнуть жизнью?

– Да, мне страшновато, – признал Фастайр. – А еще я подумал: рисковать мы будем вместе, а добыча достанется тебе одному.

Старший брат задумался. Фастайр был ему нужен.

– А давай так, – предложил младший брат. – Пусть она сама выберет, кто ей люб. Кого выберет, тому и достанется!

И очень довольный, приосанился и выпятил бороду. Он не сомневался, что Гудрун выберет его, потому что знал: он больше, красивее и лучше владеет оружием. А что братец считает себя умнее и норовит захапать кусок пожирнее, так мы еще посмотрим, как это у него выйдет.

Нехитрые мыслишки брата Фари угадал без труда. И что теперь делать? Фастайр упрям. Если что втемяшилось в его кудлатую голову – веслом не вышибешь. Тем более что угадал младший правильно. Так Фари и собирался: забрать Гудрун себе. А как же иначе? Он же – старший. А если оставить выбор за ней, то выбор этот, скорее всего, падет не на него. Фари по опыту знал: с тех пор как Фастайр обогнал его в росте, девки на брата так и вешались.

Нет, оставлять выбор за Гудрун никак нельзя. Но если боги недодали Фари красоты, то взамен расщедрились на ум.

– Знаешь, что мы сделаем, – сказал Фари. – Мы оба станем мужьями этой женщины.

– Как это? – удивился Фастайр.

– А так. Мы же братья. У нас общее имущество, общий одаль… Почему бы нам не иметь и общую жену? Разве земля не важней женщины?

– Это да, – согласился Фастайр.

– Вспомни, сколько раз мы уже делили женщин, брат. Почему бы нам не разделить еще одну, а дети будут считаться общими. И если с одним из нас что-то случится, а в виках, сам знаешь, бывает всякое, то другой станет единственным мужем.

Младший нахмурился, пытаясь понять, в чем подвох.

– Да ты сам посуди, – продолжал уговоры старший. – Женщины – они такие. Им хоть один, хоть двое – разницы никакой. А если ты ей больше придешься по нраву, значит, и любить она тебя будет больше.

– Ладно, – наконец согласился Фастайр. – Только мне все равно страшно. Норег этот мечом машет – как стрекоза крылом. Фырр – и руки нету. Фырр – и кишки наружу… – Фастайр передернул плечами, будто его приморозило. – Помнишь как он Эйнара? А тот, хоть и сопляк, железом владел получше, чем мы.

– Так и есть, – согласился Фари. – Зато нас двое. И вдобавок мы не станем с ним рубиться.

– А как тогда? – Фастайр уставился на брата с надеждой. – Ты что придумал?

– Мы нападем на него, когда он встанет с нашей Гудрун! – объявил Фари. – Когда мужчина натягивает штаны, он беспомощнее бычка. Тем более после бабы. Сам знаешь, каково это: совсем драться не хочется. Вот он встанет, возьмется за штаны… А я – стрелу ему в спину. А ты – подскочишь и сразу добьешь!

– Может, я – стрелу, а ты добьешь? – тут же внес встречное предложение Фастайр.

– Нет уж, братец! – решительно воспротивился старший. – Я стреляю лучше. А вот с мечом да копьем лучший – ты. Сам знаешь, у нас только Косолапый да Грибок могли с тобой в этом потягаться.

– Так он же убил Косолапого! – воскликнул Фастайр. – Хочешь, чтобы он и меня убил, а Гудрун тебе досталась?

– Ну ты и дурень, – вздохнул Фари. – Вот он тебя убьет, а мне марку серебра подарит? И жену в придачу? Убьет тебя, мне тоже не жить. И Косолапый – что? Косолапый с ним честно бился, а мы его врасплох возьмем. Со спущенными штанами. Да со стрелой в спине. Ты его один только раз рубанешь – и дело сделано. Ну что, согласен?

– Ну, может, и так… – Фастайр все еще колебался. – Только мы сначала с тобой клятву принесем. Что будет Гудрун нам общей женой.

– Конечно, принесем, – заверил Фари. – Хоть сейчас. Доставай нож…

– Ты будешь мне хорошей женой, – сказал Лейф, сжимая ладонью затылок Гудрун. – Сильная жена для сильного мужчины. Сильная и послушная. Признаться, я думал: придется учить тебя покорности, и я рад, что ошибся. Бить тебя мне бы не хотелось. Хотя я был бы не прочь, если бы ты была погорячее. Порой мне кажется, что я не с живой женщиной лежу, а с мертвой.