Чтение онлайн

– Как ваше мнение?

– Не пойму, почему вам захотелось узнать его у меня, – сказала она, пожав плечами.

– Значит, не понимаете?

– Представьте себе.

– Ну что ж… Тогда я вынужден буду объяснить это.

– Да?..

– Вам, вероятно, известно, что в следственный отдел людей вызывают не для культурного отдыха… я пригласил вас сюда, чтобы предъявить обвинение в уголовном преступлении. Желая помочь вам в выборе правильного пути и пользуясь благоприятным случаем для этого, дал прочесть эту поучительную статью…

– Вы уверены, что не ошибаетесь? – спросила она со сдержанным возмущением.

– Здесь вопросы задаю я, Светлана Владимировна.

– Ах вот как!..

– Только так. А вы – лишь с моего разрешения. Итак: объясните мне, Светлана Владимировна, какие выигрышные билеты вы предъявляли в операционном отделе сберкассы, где работает Званцева.

– Вы меня официально спрашиваете?

– Да, конечно. – И, включив магнитофон, он повторил вопрос.

– Дело в том, что в свое время в нашем отделе было коллективное приобретение билетов пятого выпуска денежно-вещевой лотереи, на которые пало несколько выигрышей.

– Авторучка и три рубля.

Хомина взглянула на него и, задержав взгляд, ответила медленней.

– Да… И об этом знали многие. Но у меня лично было тридцать выигрышных билетов того же выпуска, н когда я их предъявила, то сказала, что они коллективные…

– Сколько вы покупали билетов, вообще?

– Сто.

– Вы каждый раз берете так много?

– Нет, разумеется.

– Почему же на этот раз приобрели столько?

– Получила премию и решила испытать счастье, как другие…

– Вы получили большую премию?

– Тридцать рублей.

– И остались без убытка, как я понимаю?..

– Выходит, так.

– А не можете ли припомнить, где вы покупали эти билеты? – так же невозмутимо продолжал интересоваться Упоров.

– Не помню, – ответила она. – Только знаю, что взяла сразу все…

– Ну, раз все сразу, так это, по-моему, легче вспомнить, – заметил он.

– Нет, не припоминаю…

– Так, допустим… Какова же была необходимость предъявлять эти билеты как коллективно приобретенные?

– Как вам объяснить?.. Вы же знаете, что я фининспектор. Я чувствовала себя неудобно, что мне вдруг выпало сразу столько выигрышей. Меня знают наши работники…

– Не понимаю, – сказал Иван Петрович. – Получается, что вы не имеете права на выигрыш?

– Нет, но ведь вы знаете, как все могут иногда истолковать люди…

– То есть?

Она пожала плечами.

– Хорошо, – Иван Петрович как будто согласился с ее отношением. – А холодильник?

– Что «холодильник»? – ответила она вопросом, и Упоров не мог не заметить, как самообладание изменило ей. – Холодильник выиграл мой муж…

– Но мне известно, что послан он был на ваше имя?

– Что в этом особенного? Квартира моя… Скажите, это следствие?..

– Да, Светлана Владимировна. Я предупредил об этом с самого начала.

– Какие у вас будут вопросы еще? – спросила она холодно.

– Я уже говорил вам, что здесь вопросы задаю я… В кабинет без стука вошел помощник Упорова.

– Подождите меня в своем кабинете, Николай Иванович, – сразу сказал ему Упоров, – я сейчас зайду. – И обратился к Хоминой: – Вопросов у меня к вам много, Светлана Владимировна, так много, что одной беседой нам не обойтись. Мы еще должны вернуться к вашей потере в магазине «Подарки». Если не ошибаюсь, в том кошельке находились билеты, в числе которых были и принадлежавшие вашему мужу?..

С этими словами Упоров поднялся, пошел к вешалке, на которой рядом с пальто Бекетовой висело его собственное.

– А пока я вынужден прервать наш разговор. Вы подождете меня несколько минут в коридоре. Прошу… – говорил он, вынимая из кармана пальто папиросы.

Хомина поднялась, повернулась, и пальто Бекетовой невольно остановило ее взгляд.

– Прошу… – повторил свое приглашение Упоров.

В коридоре, на стуле против его кабинета, сидел Пустынин, которого доставил с работы помощник, заходивший только что в кабинет.

– Зайдите ко мне, – попросил Пустынина Иван Петрович, – а вы, Светлана Владимировна, побудьте здесь.

Он указал ей на стул, который только что занимал Пустынин, а сам зашел к помощнику.

– Николай Иванович, срочно возьмите справку в облфинотделе о премиях Хоминой.

…Пустынин покорно ждал в кабинете. Иван Петрович знал, что он преподаватель физкультуры и заочник Омского физкультурного института. Но его поразила какая-то рыхлость во всем облике Пустынина. Может быть, это впечатление шло от того, что Пустынин был несколько полнее, чем обычные спортсмены.

– Юрий Михайлович, – приступил сразу же к делу Упоров, – у меня есть ряд вопросов, касающихся вашей супруги. В свое время, по ее словам, она имела сто лотерейных билетов, на которые выпало много выигрышей. Не могли бы вы подробно рассказать о них мне?

– Что рассказать?

– Все, что знаете.

Пустынин замолчал. Иван Петрович доставал из стола бумагу, бланки протоколов допросов, готовил ручку. Он не торопил Пустынина, а тот, задумавшись, как будто забыл о вопросе, обращенном к нему.

– Ну что же вы? – спросил, наконец, Упоров.

– Я припоминаю… – нетвердо начал Пустынин. – Однажды, вернувшись домой, Светлана сказала, что на работе ей подбросили сто лотерейных билетов, и советовалась, как с ними поступить…

– Так… – подбодрил Упоров.

– Я не знал, что ей посоветовать… – Он опять замолчал, надеясь, видимо, на следующий вопрос, который поможет ответить определеннее. Но Упоров ждал. – Я, конечно, понимал, что лучше всего их вернуть, но дело в том, что Светлана руководила комиссией по ликвидации непроданных билетов. Поэтому возвращать подброшенные было уже поздно, так как это могло вызвать нехорошие подозрения…