Тертон
Шрифт:
— Мы ВСЁ знаем! — выкрикнула Дара.
Голос ее стал тонким, вибрирующим, не совсем человеческим. Конец фразы превратился в тонкий звон на грани с ультразвуком, от которого заболела голова. Лицо заблестело, а кожа вдруг протаяла, стала прозрачной как стекло, под которым были видны мышцы, капилляры и кости скул, лба и челюстей. Оскалились зубы. Секундой позже протаяли и внутренние ткани, и одежда, и Дара стала стеклянной подвижной скульптурой с едва заметными внутренними органами. Вращались полупрозрачные глаза.
Это зрелище так захватило и потрясло Стаса, что он не сразу заметил, что Эрик тоже изменился. Глаза у бывшего куратора засветились хищным желтым светом, зрачки пропали начисто, под кожей вздулись грязно-желтоватые вены.
— Вы не Эрик и Дара! — заорал Стас, отступая к кромке воды. — Вы иштамы!
— Наконец-то догадался, — звенящим нечеловеческим голосом проговорила Дара.
Глава 59
Сор-хан-11
Они бросились на него одновременно: «Дара» подпрыгнула и повисла в пространстве на целую секунду, выхватила пистолет — он тоже преобразился, стал длиннее и прозрачнее; «Эрик» широко разинул рот, и оттуда с электрическим треском вылетело пламя.
Я не справлюсь с этими демонами, мелькнула паническая мысль. Следом за ней возникла следующая:
«Страх побеждают отвагой, огонь — водой, а твердость мягкостью! Используй противоположности!»
Так сказал Сор-хан, но он тоже был, очевидно, демоном… Почему тертон их не разглядел вовремя? Не потому ли, что обучение не завершено, и многому еще предстоит научиться?
Стас попытался увернуться от пули псевдо-Дары и огненного языка псевдо-Эрика, споткнулся и повалился в ледяное озеро.
От холода чуть дух не вышибло. Стас забарахтался, нашел ногами дно, выпрямился, с хрипом втягивая бедный кислородом воздух. Отяжелевшее пальто тянуло вниз. Повинуясь мгновенному инсайту, Стас снял мокрое пальто и, не целясь, швырнул прямо в «Эрика». Вода ведь побеждает огонь?
Пальто накрыло «Эрика»; тот сразу перестал блевать огнем и зашипел, повалился на землю, задергался, пытаясь сбросить с себя мокрую одежду.
«Дара» оскалила полупрозрачные зубы и взлетела над озерцом, целясь в Стаса.
Легкость побеждают твердостью?
Стас поднял из воды руку с молотком — даже во время падения не выронил оружие — и швырнул его в летающую над ним тварь. Демоница попыталась увернуться, но безуспешно: молоток ударился о нее, и по всему стеклянистому телу пробежали вспыхнувшие синим огнем трещины. Тварь снизилась, и Стас ухватил ее за ногу. Трус, да? А вот сейчас мы покажем, кто тут трус… Свободной рукой ударил так, чтобы холодной ноги коснулось кольцо Эрика. «Дара» завизжала-зазвенела так, что у Стаса едва не лопнули барабанные перепонки, и упала в озеро. Стас успел заметить, как ее голова разлетелась на сверкающие осколки.
Стас выскочил из озера, уже не воспринимая холода, подхватил упавший молоток и кинулся на лежащего «Эрика»; тот барахтался под исходящим паром пальто. Воняло мокрым и горелым. Тело демона, притворяющегося Эриком, значительно уменьшилось в размерах и затерялось среди одежды. Стас с удовольствием нанес серию ударов по этой груде тряпок.
…Загремели шаги. Стас поднял голову: по берегу к нему шел, тяжело переставляя ноги, Сор-хан. Открытые части тела отливали металлом.
И как Стас не заметил, что у него были сухие ботинки, когда тот догнал тертона в пещере? Да и вышел он из другого прохода, а не вошел снаружи! Стас был невнимателен! Хотя настоящий Валентин дал дельные советы.
Твердость побеждают мягкостью? Чего бы взять мягкого? Задницей на него сесть, что ли?
В этот момент из воды полезло то, что осталось от летающего иштама: растрескавшееся полупрозрачное тело без головы и одной руки. Существо на ощупь выбиралось на берег.
Недолго думая, Стас схватил его — оно было легкое и мягкое, несмотря на стеклянный вид, — и швырнул со всей дури в металлического иштама.
Обоих неведомая сила подняла к сводчатому потолку, словно прямо под ними отключили гравитацию. Впрочем, сцепившись, демоны тут же рухнули вниз, но опять поднялись. Легкость и тяжесть боролись друг с другом в самом прямом смысле.
Стас захлестнуло сильное и знакомое чувство. Где-то рядом был спрятан артефакт! Похожее чувство накатывало на него, когда он нашел амулет и ганлин.
«Эрик» выбрался из-под пальто. Он был мал и путался в штанинах, но уродливая головка с желтыми глазами и венами злобно клацала зубами. Тварь потеряла малейшее сходство с человеком, исказилась до неузнаваемости. Изо рта вырывалось пламя.
Не думая больше ни о чем, Стас нырнул в озеро головой вперед, начал сильно грести, направляясь ко дну. Его вело чутье. Нащупав твердое дно, просунул руку прямо сквозь камень, послушно рассыпающийся в мельчайший песок по ходу движения руки. Пальцы нащупали что-то горячее, гладкое, тяжелое; Стас дернул к себе предмет, спрятанный в сплошной породе на дне подземного озера, и поспешил вынырнуть.
Дыхания хватило едва-едва. Он вынырнул и поднял руку с найденным артефактом. Это было что-то изогнутое, серповидное и массивное, с рукоятью, торчащей из середины вогнутой стороны серпа. Артефакт был горячим, почти обжигающим, он наполнял Стаса энергией. Стас выскочил на берег с ошеломившей его самого силой и сходу принялся раздавать удары новым оружием направо и налево.
Едва артефакт коснулся иштамов, как духи мгновенно рассыпались сверкающей крошкой, которая не преминула растаять без остатка.
Стас стоял на берегу и озирался в поисках новой опасности. Но опасности не было; в подземелье восстановилась извечная тишина, нарушаемая разве что слабым журчанием ручья.
Стас осмотрел найденный артефакт Тумара Багша (в том, что это артефакт именно древнего святого, не было никаких сомнений) в Сером мире. Его покрывали письмена, но Стас не распознал ни одного выученного тауханского слога-иероглифа. Возможно, это из-за того, что смотрел он на письмена не в обычном мире при нормальном освещении. Артефакт был тяжелый, сделанный из цельного куска металла — того самого таинственного металла, похожего на бронзу. Рукоять ажурная, сплетенная из изогнутых полос, но в ладони лежит отлично. Лезвие широченное, смахивающее больше на лодочку, чем на серп. Стас не совсем разобрался, как орудовать этой штуковиной: в чем ее магическая сила?