Чтение онлайн

Когда мы остались одни, Шура спросил меня, почему, по моему мнению, не было ни одного отрицательного отзыва. Я ответила, что скорее всего из-за того, что у всех членов семьи сложились так называемые "позитивные ожидания". Подсознательно они ни в коем случае не хотели разочароваться в своем "Папе Римском". Шура сказал, что я, возможно, права.

На сегодня мы решили, что на этом наша сегодняшняя миссия закончена, и пора снова заняться работой. Мы считали, что наша постоянная работа очень полезна не только для нас, но и для наших хозяев — как только мы уставали от общения, мы могли удалиться, ссылаясь на работу, и мы не надоедали им своей компанией.

В пять часов нас позвали в гостиную, и доктор Хектор произнес небольшую речь о том, как Шура (и я) беззаветно и бескорыстно работает на благо человечества. Он призвал всех присутствующих последовать нашему примеру, и заняться работой во благо общества.

Ура! Ура! Мы искренне вам верим, мы — не циники. Особенно важно для нас, чтобы вы открыли клинику. Ее будущее совершенно непонятно, хотя Гиоргио и Хектор полны энтузиазма. Будем с нетерпением ждать новостей.

Потом выступал Гиоргио и сказал очень много добрых слов о нас, и Шура растрогался и в ответ поблагодарил наших хозяев. Я в это время думала о том, что будет со всеми этими идеалистическими планами после нашего отъезда.

Воскресенье.

Утром мы выпили кофе и отправились с хозяевами на прогулку по поселку, фотографируя красивые особняки, цветущие сады и друг друга.

В 12–30 мы загрузили весь наш багаж в машину Гиоргио и поехали в большой отель на побережье, где сеньор Лео устраивал прощальный обед в нашу честь. На обеде играла испано-язычная группа, и Шура с удивлением заметил, что слышит разницу между испанским и португальским — еще неделю назад он ее не слышал. Музыканты были одеты в яркие рубашки, которые я ожидала увидеть в Рио на каждом шагу, но видела первый раз. Группа была из Парагвая.

На берегу разыгрался шторм.

К нам подошел сеньор Паро — плотный черноволосый юрист с веселым лицом, который не говорил по-английски, поэтому Гиоргио переводил для него. Он пригласил Шуру в следующем году посетить город Манаос на Амазонке: "Я владею большим количеством информации по поводу использования аяхуаски в религиозных обрядах индейцев, и хотел бы, чтобы вы смогли посетить одну из индейских церемоний".

Шура встал со стула, чтобы пожать юристу руку. "Я сердечно благодарю Вас за приглашение, для меня это было бы очень интересным опытом. Я буду ждать письма от Вас".

Они раскланялись, и сеньор Паро вернулся за свой столик.

Гиоргио сказал, что после обеда Лео отвезет нас в аэропорт.

Вот что я писала в своем дневнике:

— Ночью мне снилось, что в нашей комнате спит громадный тигр, почему- то без полосок на спине. Его шкура была пыльной, его лапы сжимали маленькую подушечку — счастливый, спящий тигр. Надо бы отряхнуть его, но как это сделать? Даже если он ручной. Я вдруг вспомнила, что не кормила бедное животное уже несколько дней. Чем же бедняжка питается? Ага, поняла: остатками корма для кошек. (Когда мы уезжали, мы всегда оставляли кошкам много сухого кошачьего корма).

— Наверное, тигр символизирует Бразилию. Сначала мы боялись ее, не имея ни малейшего представления о ее законах по поводу наркотиков, о возможности создания подобной клиники. А теперь тигр спит и не опасен. Нужно его почистить, но этим можно заняться позднее.

Мы последний раз со всеми попрощались и отправились в аэропорт. Там нас уже ждал толстый работник таможни, который помог нам избежать всех формальностей. Он всегда помогал с этим Лео, видимо, за определенную плату. Человек поставил нас в очередь для пассажиров первого класса, хотя мы летели бизнес классом. Он забрал наши документы и пошел оформлять билеты. Вот бы у нас в аэропортах существовала такая практика. Сначала нам дали места, находящиеся друг от друга на расстоянии полсамолета, причем билетов было продано на сорок больше, чем планировалось — самолет был переполнен. Но проведя переговоры в зале для особо важных гостей, нашим друзьям удалось достать для нас места почти рядом друг с другом — а в самолете мы без проблем поменялись с соседом, и сели вместе.

Мы то и дело говорили друг другу вещи типа: "Невероятное путешествие!", "Ты представляешь, как удивится Патрик, когда узнает, что я приглашен на индейскую церемонию с приемом аяхуаски?" (Патрик — наш друг, этноботаник, занимающийся изучением использования галлюциногенных растений шаманами разных племен).

— Только не говори ему, что туда тебя пригласил человек, не знающий ни слова по-английски.

Мы обсудили возможность этой поездки в следующем году, и Шура сказал, что очень хочет увидеть реку Ориноко, на что я заметила, что в ней водятся пираньи.

(Приходится добавить, что эта поездка так и не состоялась — Шура так и не дождался вестей от сеньора Паро).

— Интересно, откроется ли клиника.

— Сомневаюсь, но с другой стороны мне хочется, чтобы я ошибалась. В конце концов Гиоргио и Хектор полны энтузиазма. Но просто…

— Просто в странах третьего мира ничего не доводится до конца.

— Что-то типа этого.

Я пожала плечами, как это любят делать бразильцы.

В Майами мы два часа поспали в зарезервированном для нас номере гостиницы, телевизор не включали — 12 дней я не смотрела американское телевидение, но мы были уже почти дома и ностальгии не чувствовалось.

Я писала в своем дневнике:

— Из Бразилии США кажутся огромным монстром, Большим Братом, который диктует свою политику всем вокруг. Но с другой стороны, любая супердержава покажется агрессивным диктатором из маленькой страны. Не бывает милых и добрых супердержав. Страна тем мягче, чем ближе к обочине она находится, чем больше ей приходится подстраиваться под политику больших стран.

— Когда мы приехали в Рио, нас предупредили о небывалом разгуле преступности, особенно краж. Но к моему собственному удивлению, прибывши в аэропорт Сан-Франциско, я первым делом крепко привязала верхние чемоданы к тележке, чтобы их не украли.

— Бразильцы отлично знают, что их правительство сильно коррумпировано, что чиновники обогащаются за счет простых людей. Любой кандидат в президенты или на другой ответственный пост первым делом заявляет в своей предвыборной программе, что будет бороться с коррупцией. Но у нас в милой доброй Америке коррупция также распространена, и любой умный человек догадывается об этом.

— Теперь мы с Шурой гораздо лучше понимаем, что такое страны третьего мира. Например, слово «инфляция» никогда не будет для нас отвлеченным понятием. Но прежде всего я смогла убедиться, что все страны мира в наше время тесно связаны друг с другом, и стране невозможно существовать в изоляции. То, что делает одна страна, может повлиять на судьбу других стран, на каждого отдельного человека. Закончим на этом философские размышления.