Чтение онлайн

Адмиральская каюта не поражала воображения. Ну, штаб да и штаб. Только что плавучий. И адмирал тоже этаким грозным морским волком не казался. Крепко сбитый невысокий мужик с красным лицом и седыми, по возрасту волосами. Погоны и фуражка - да, впечатляли. А сам - не очень.

–  Ну, ребятишки, давайте знакомится - протянул он первым руку и довольно крепко, как-то многозначительно пожал руку Максиму, затем осторожно - Алёне.

–  Меня можете величать Сергей Анатольевич, или «товарищ адмирал», это уж как вам удобнее. А к вам как обращаться?

–  Максим и Алёна, - за обоих ответил юноша.

–  Ну так вот, ребята, отправим прямо в столицу. Поэтому надо вам отдохнуть и подкрепиться. Погода здесь, сами почувствовали, штормовая, пока дальше не полетите. Останетесь здесь, в смысле - на этом корабле. Сейчас вас отведут в кают-компанию, обед уже ждёт, затем определим вас на постой.

Каюта была спартанская, но светленькая и чистенькая, с белоснежным бельём на койке, небольшим аккуратным шкафчиком и тумбочкой. Ничего лишнего. Да и не надо. Максим снял подаренную штатовскую форму и блаженно растянулся на кровати. Шторм всё же раскачал и эту махину. И сейчас подросток, словно на качелях поднимался - опускался, раскачиваясь одновременно и в стороны. Ему то ничего, а как Алёна? После очень вкусного обеда их развели по каютам, предложив отдохнуть до вечера. А там, мол, посмотрим, чем вас занять. Вроде девушка в вертолёте чувствовала себя ничего. Хотя болтало ощутимо. Но кто его знает? Макс было приподнялся, но посмотрев на одежду, поморщился. Опять одеваться? Да и в конце концов, чем он ей поможет? Он опять лёг, но заснуть не мог. Слишком долго он искал эту девушку, чтобы оставить одну. Да и суматошная она какая-то. Опять во что влезет. Вздохнув, Максим всё-же оделся и вышел в пустынный коридор. Конечно, в такое время все заняты. Тихонько открыл каюту девушки. Та, оказывается, морской болезнью не страдала и уже крепко спала. Юноша долго смотрел на это спокойное сейчас личико и вспоминал всё, что узнал об этой девушке. Наивняк! Такому ещё ребятёнку - и такие испытания. Впрочем, уже не ребятёнку. Да и таланты какие! «Гм, таланты», - вспомнил кое- что из личного опыта общения с ней Максим. Ведь сколько из-за неё перемучился! Надо было бы хоть высказать ей, что по этому поводу думаю. Ай, не буду. Пусть сама прочувствует. А я… я ведь зла на неё не держу, правда? И потом… потом она - единственная из его мира. Того мира. Это как… как… нет, не сравнить. Ни с чем не сравнить! Нет, конечно, ещё отец, ещё Настя, может, ещё кто. Но пока, рядом - она единственная. А ещё - было просто очень жаль эту измученную девчушку. И эта жалость, соединившись с великодушием, пройдя через юное сердце, превратилась… нет, пока что в пронзительную нежность. Захотелось вдруг укутать её в своё поле, взять на руки и просто нести. И даже не по волнам, а просто по зелёному лугу. И чтобы вверху цвенькал жаворонок, и тонко пахли полевые цветы. А она чтобы улыбалась, и в её глазах отражалось бы небо. А он поднимет пух с одуванчиков и будет этим пухом нежно гладить её по этой милой мордашке. Максим рванулся в свою каюту, содрал с койки постель и перетащил её на пол в каюту Алёны. Заснул он улыбаясь, представляя, какие чудеса он придумает для девушки, когда всё это кончится.

Вымотавшиеся ребята проспали и вечер, и ночь. К утру шторм не утих, но лётчики гидросамолёта пообещали взлететь. На противоположной стороне маршрута погода вообще была приемлемая. Поэтому гостей пришлось-таки будить. Максим, пока Алена не проснулась, кинулся с постелью в свою каюту - могла ведь и неправильно понять! Но это оказалось зря. Уже за столом в пустующей кают - компании, Алёна, наслаждаясь ароматным кофе, поинтересовалась, что означает его присутствие в каюте «беззащитной девушки».

–  Просто не хочу тебя больше терять, - не принял шутливого тона Макс. Он уже закончил завтрак и вытирал салфеткой губы. Проследив за этим движением, Алёна потрясла головой, отгоняя несвоевременные мысли. Уго… Фернандо… Нет, у этого не такие большие, но они… они тоже пухлые и… пропорциональнее, что ли. Даже у Дика… Она вновь помотала головой, отгоняя неуместные воспоминания.

В коридоре, по пути к командной рубке Максим вдруг шёпотом произнёс:

–  Если нас опять… разбросает, давай встречаться в Питере на почтамте. У седьмого окна.

–  Почему…???

–  Потом.

Командующий встретил нашу парочку очень сдержанно.

«Что - то всё же разнюхал, старый хитрец», - понял Максим.

Он не угадал. Ничего никто не разнюхал. Просто майор - особист, направил свою шифровку "кому следует". Оттуда несколько раз уточняли возраст неожиданных визитёров, после чего продублировали приказ срочно доставить гостей "в центр". А командующему - писать рапорт о причинах "вопиющего разгильдяйства". Адмирал, прочитав указание, смачно, по-матросски, выругался.

–  Я ему ничего писать не буду! Не подчинён! Их пацанва, пусть они и докладывают! Что узнали?

–  В каютах они ни о чём не говорили. За столиком парень сказал, что не хочет её больше терять, - доложил офицер, принесший донесение.

–  Не из болтливых. Или микрофоны…?

–  Нет. Действительно спали.

–  Свободны!

Объяснения происшедшему адмирал так и не придумал, поэтому и встретил холодно. Более внимательно присмотрелся. Ну, юноша и девушка. Приятные лица. Пропорциональные фигуры в этих штатовских комбезах. Переодеть надо бы. А вот в глазах… Адмирал, уже давно существуя возле вершины Олимпа, отвык от таких прямых, светлых, свободных взглядов.

–  Надеюсь, качка не помешала вам хорошо отдохнуть? Подкрепились? Тогда в путь. Что, нравится?
– перехватил он удивлённый взгляд Макса, осматривающего просторную, если не сказать большего, командную рубку атомохода.

–  Не-а. Неуютно. Как на площади. У американцев тоже. Другое дело в кабине самолёта…

–  Ладно - ладно. У каждого свои слабости.

–  Нет, ну на самом деле. Ужать в два раза, и то…

–  Мы обязательно учтём ваши пожелания при проектировании следующего корабля. А тут, увы… Поздно.

–  Извините, - признал, что зарвался, Максим.

–  Вам выдадут нашу форму. Как-то не совсем в американской-то?

Теперь с ними летел и сопровождающий - хмурый молчаливый капитан третьего ранга.

–  Как ты думаешь, почему вокруг нас так много именно майоров? Этих, капитанов третьего ранга?

–  Ну, не знаю, как тут у них, а отец говорил, что вообще-то - это предельное звание для исполнителей. Дальше - отцы-командиры. Поэтому майоры - наиболее ответственные исполнители, наверное.

Ответственный исполнитель сел на самом краю противоположной, вдоль всего борта, скамьи, у задраенного уже люка.

–  Во даёт! Сторожит! Мы что, без парашютов сиганём?
– шепнул на ухо девушке Максим. Вскоре взревели моторы, и самолёт запрыгал на довольно солидной волне. Разбег был крайне неприятен - от ударов волн ёкали все внутренности.

–  Ничего - ничего. Это недолго, вот на редан станет… - успокаивал Алёну Макс.

–  Ты так много знаешь, что лучше бы помолчал иногда… А то совсем дурочка… Думаешь, я поняла?
– морщилась от толчков девушка.

–  Ну, это как у глиссеров…

–  А, ну тогда конечно. Так бы сразу и сказал! А то я думала, на что он там станет? А если как у глиссера… А глиссер - что-то среднее между клейстером и кляссером? И миксером?

–  Ну, извини, не обижайся… Вот и всё. Оторвались.

Некоторое время в иллюминаторе были видны волны, затем всё растворилось в дымке.

–  Полёт как я понял, будет долгий - вон, ребята сухпаем решили поделиться.

–  Спасибо, - приняла девушка немудрёное угощение.
– А долго лететь, товарищ эээ капитан?