Том 4. Классические розы, Северянин Игорь Васильевич

Том 4. Классические розы

1995 г.

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

Классические розы

Ее Величеству Королеве Югославии Марии

с искренним восхищением почтительно

подношу в дар свою книгу

Автор

Стихи 1922–1930 гг.

Королеве Марии

Однажды в нашей северной газете Я Вас увидел с удочкой в руках, — И вспыхнуло сочувствие в поэте К Жене Монарха в солнечных краях. И вот с тех пор, исполнена напева, Меня чарует все одна мечта. Стоит в дворцовом парке Королева, Забрасывая удочку с моста. Я этот снимок вырезал тогда же, И он с тех пор со мной уже всегда. Я не могу себе представить даже, Как без него в былые жил года. Мне никогда уж не разубедиться В мечте, над финской созданной волной, Что южная прекрасная царица Владеет поэтической душой!

Белград

18-XII-1930

Классические розы

Как хороши, как свежи были розы

В моем саду! Как взор прельщали мой!

Как я молил весенние морозы

Не трогать их холодною рукой!

Мятлев. 1843

В те времена, когда роились грезы В сердцах людей, прозрачны и ясны, Как хороши, как свежи были розы Моей любви, и славы, и весны! Прошли лета, и всюду льются слезы… Нет ни страны, ни тех, кто жил в стране… Как хороши, как свежи ныне розы Воспоминаний о минувшем дне! Но дни идут — уже стихают грозы. Вернуться в дом Россия ищет троп… Как хороши, как свежи будут розы, Моей страной мне брошенные в гроб!

1925

Чаемый праздник

(запевка)

О России петь — что стремиться в храм По лесным горам, полевым коврам… О России петь — что весну встречать, Что невесту ждать, что утешить мать… О России петь — что тоску забыть, Что Любовь любить, что бессмертным быть!

1925

Кто же ты?

Гой ты, царство балагана! Ты, сплошная карусель! Злою волей хулигана Кровь хлебаешь, как кисель… Целый мир тебе дивится, Все не может разгадать: Ты — гулящая девица Или Божья благодать?

1925

Предвоскресенье

На восток, туда, к горам Урала, Разбросалась странная страна, Что не раз, казалось, умирала, Как любовь, как солнце, как весна. И когда народ смолкал сурово И, осиротелый, слеп от слез, Божьей волей воскресала снова, — Как весна, как солнце, как Христос!

1925

Что нужно знать

Ты потерял свою Россию. Противоставил ли стихию Добра стихии мрачной зла? Нет? Так умолкни: увела Тебя судьба не без причины В края неласковой чужбины. Что толку охать и тужить — Россию нужно заслужить!

1925

И будет вскоре…

И будет вскоре весенний день, И мы поедем домой, в Россию… Ты шляпу шелковую надень: Ты в ней особенно красива… И будет праздник… большой, большой, Каких и не было, пожалуй, С тех пор, как создан весь шар земной, Такой смешной и обветшалый… И ты прошепчешь: «Мы не во сне?…» Тебя со смехом ущипну я И зарыдаю, молясь весне И землю русскую целуя!

1925

Или это чудится?

Или это чудится? Или это так? Тихо шепчет: «Сбудется: К свету этот мрак. Только не растаскивай Скопленных лучей». Чей ты, голос ласковый? Чьих ты блеск очей? Возникает гридница. Смотришь, — ничего. Слышится, — не видится. Что за колдовство! Проплывает утица На призывный кряк. Или это чудится? Или это так?

1929

В тот май

Был май. На подстриженной Стрелке Уже продавали фиалки. Детишки играли в горелки, И нежились горизонталки. И шины колясок хрустели, Прижатый тревожили гравий. Был май, и на майской пастэли Все было в Островской оправе. Белесо ночела столица За Невками и за Невою. И были обвеяны лица Сиренью в тот май неживою… Болотной, чахоточной, белой Обвеяны были сиренью. Дышали уста Изабеллой — Чуть терпкой, чуть тленною ленью… Была обреченность и гибель В глазах, в Островах, в белой жути. И в каждой-то каменной глыбе Был сказ о последней минуте. Угаслыми были горелки И зяблыми горизонталки В тот май полумертвый на Стрелке, Где мертвыми стали фиалки…

1929

Предгневье

Москва вчера не понимала, Но завтра, верь, поймет Москва: Родиться русским — слишком мало, Чтоб русские иметь права… И вспомнив душу предков, встанет, От слова к делу перейдя, И гнев в народных душах грянет, Как гром живящего дождя. И сломит гнет, как гнет ломала Уже не раз повстанцев рать… Родиться Русским — слишком мало: Им надо быть, им надо стать!

1925

Русские вилы

Когда Бонапарт приближался к Москве И щедро бесплодные сеял могилы, Победный в кровавом своем торжестве, — В овинах дремали забытые вилы. Когда ж он бежал из сожженной Москвы И армия мерзла без хлеба, без силы, — В руках русской бабы вдруг ожили вы, Орудием смерти забытые вилы! …Век минул. Дракон налетел на Москву, Сжигая святыни, и, душами хилы, Пред ним москвичи преклонили главу… В овинах дремали забытые вилы. Но кровью людскою упившись, дракон Готовится лопнуть: надулись все жилы. Что ж, русский народ! Враг почти побежден: — Хватайся за вилы!

1925

Отечества лишенный

Была у тебя страна, И был у тебя свой дом, Где ты со своей семьей Лелеял побеги роз… Но родины не ценя, Свой дом не сумев сберечь, И мало любя семью, Ты все потерял — был день, Зачем же теперь видна Во взоре тоска твоем, И в чуждом краю зимой Ты бродишь и наг, и бос? И ждешь — не дождешься дня Услышать родную речь И, сев на свою скамью, Смотреть на сгоревший пень?… И снова сажать ростки, И снова стругать бревно, И, свадьбу опять сыграв, У Неба молить детей, — Чтоб снова в несчастный час, Упорной страшась борьбы, Презренным отдать врагам И розы, и честь, и дом… Глупец! от твоей тоски Заморским краям смешно, И сетовать ты не прав, Посмешище для людей… Живи же, у них учась Царем быть своей судьбы!.. — Стихи посвящаю вам, Всем вам, воплощенным в «нем»!

1 2 3 4 5 6 7-51