Чтение онлайн

такой же гложущий: Где нахожусь?

Разум закоротило. Я застыл не в силах вдохнуть и пошевелится. Искал ответы и не

находил. Мысли блуждали по кругу, словно змеи, кусающие собственные хвосты. Я

огляделся вокруг, пошарил глазами. Быть может, ответ кроется где-то рядом?.. И

точно! Взгляд наткнулся на что-то блестящее в траве. Я вскрикнул от восторга,

упал на колени и схватил вещицу. Ладонь ожгло холодом, кожа сразу же занемела.

Ощущения смутно знакомые, удивительно близкие, словно испытывал их когда-то

давно, в прошлой жизни.

Затаив дыхание, я крепче сжал вещицу в кулаке — твердая и холодная, крепкая, –

раскрыл ладонь. Впился глазами в фигурку из прозрачного материала. Лед, стекло,

хрусталь… — всплыли полузабытые понятия. Промелькнули и стерлись под напором

других мыслей.

Фигурка изображала странного зверя: верхняя половина — туловище козла, голова

украшенная загнутыми рогами, вскинутые в боевом запале копыта; нижняя — плавные

извивы гибкого змеиного тела. Я попытался вспомнить. Нечто зыбкое бултыхалось на

грани сознания, виляло хвостиком, манило… Губы сами собой сложились в нужное

положение, дернулся непослушный язык, а горло исторгло звук. Медленно, по слогам

прозвучало слово:

— Ко-зе-рог!..

Мозг раздулся под потоком образов, звуков и запахов, слов, понятий. Вихрь эмоций

всколыхнул душу. С удивлением и страхом я посмотрел на фигурку. Взвился горячий

пар, зашипело. Вещица таяла прямо на глазах, растворялась и превращалась в воду.

Через секунду в ладони осталась лишь прозрачная лужица. Поверхность сверкала в

свете солнца, пускала блики. Но и вода постепенно нагрелась, быстро впиталась в

кожу. Ни одна капля не пролилась на землю.

— Козерог! — повторил я увереннее.

По бесконечной зеленой равнине прошлась волна, вздыбила травы, пригнула

одуванчики к земле. Ветер сделался порывистым и холодным. На лоб упала капля

воды. Я очнулся, стер рукавом и посмотрел на небо. Облака расплывались, мчались

быстрей и быстрей. Белые, розовые и голубые хлопья залило грозной чернотой.

Раздался гром, сверкнула первая ветвистая молния. Крылатые люди в панике

метались, кричали и голосили. Кто-то рыдал, иные пытались спасти домашнюю

утварь. Молнии били чаще, гром гремел непрерывно. Огненные стрелы сверкали,

сжигали людей целыми десятками.

Ветер на мгновение утих, а потом ударил с небывалой яростью и мощью. Нос уловил

запах гари, паленых перьев. Рубашку рвало с плеч, волосы трепало. Глаза

запорошило лепестками одуванчиков, пухом, мелкими травинками и сором. Я

поднялся, отступил под напором разбушевавшейся стихии. «Ты нарушил! — различил я

в вое ветра. — Ты будешь покаран!»

— За что? — закричал я.

— Ты убил их! — зарычал ветер. — Смотри!..

Белые пушистые подушки облаков превратились в черные обгоревшие туши. Меж ними

проскакивали злые красные молнии, гремел гром. Прозрачное жаркое пламя охватило

каждое облако, жадно лизало и глодало. Багровые языки пожирали туманные клочья,

поднимались к бездонному небу и превращались в толстые столбы черного дыма.

Раздавался треск, шипение. В раскаленном Аду метались фигурки крылатых людей.

Поднебесные жители кричали от боли, вспыхивали как сухая трава и падали

искореженными дымными головешками. На лету распадались золой, разваливались на

куски.

Ты виноват! — прогремело в мозгу. — Ты убил их! Если бы не твоя глупость и

дурацкое желание, то крылатые люди жили, пели песни и радовались существованию.

Убийца! Еретик! Предатель!..

— Нет! — всхлипнул я. — Нет…

Небо почернело от дыма и пепла. Глубокую лазурь закрыло жирными столбами,

пламенем. Медленно падал дождь из пылающих перьев и пуха. То тут, то там стучали

небольшие обугленные комочки — останки крылатых. Прекрасный солнечный мир,

беззаботный и счастливый, превратился в обгорелый труп, пустую оболочку.

В спину ударил раскаленный кулак, уши заложило от рева и близкого грохота. Я

оглянулся, в испуге вытаращил глаза. Степь горела. От края до края полыхало море

огня. К облакам поднимались дымные столбы, рвались длинные языки пламени. Ветер

окреп, уверенно гнал стену огня прямо на меня. Не отрывая взгляда от

надвигающейся опасности, я поднялся на ноги. Отступил на шаг, второй… А потом

развернулся и побежал. Ветер и пламя словно того и ждали. Взвыли и загудели,

бросились вдогонку.

Меня обгоняли обгоревшие перья и пепел, под ногами мягко шуршала трава.

Невыносимый жар опалял спину. Я чувствовал, что рубашка тлеет, начинает гореть.

Пламя в небе, пламя позади. И нет выхода. Лишь бежать, бежать… пока хватит сил,

пока бьется сердце. Стопы чаще попадали не в сочную траву, а в тлеющие угли.

Острые сухие стебли царапали пятки. Я хрипел от боли, захлебывался собственным

криком. Стена огня нагоняла, ветер бросал в спину полыхающую траву, раскаленный

пепел. В ушах нарастал грозный гул — стихия близко. Пот заливал глаза,

невыносимо щипал открытые раны, ожоги. Я уже почти ничего не видел. Мчался на

подгибающихся ногах, ориентировался по звукам и запахам.

— Ты виноват! — гремело и хохотало Пламя. — Я покараю тебя!