Чтение онлайн

— Вот и свела нас судьба вместе. Переплела наши дороги, и только одной ей теперь известно, насколько крепко. Думаю, что нам расслабляться нельзя. То, что милиция взяла Косареву, еще ни о чем не говорит… — сказала Доминика.

Анна Вадимовна вмешалась:

— Доминика права, я немного знаю эту женщину. Она сильная и умная. И от нее мы можем ожидать немало неприятных сюрпризов.

— Дорогие девочки, я так рад видеть вас рядом! Любимые, не пугайте нас и не пугайтесь сами. Сегодня у всех нас был, можно сказать, драматичный день.

Думаю, что сегодня уезжать из Радужного нам не имеет смысла… Утро вечера мудренее. Предлагаю всем остаться у нас с Аннушкой, да, милая? — восторженно предложил Шевчук.

— Конечно. Мы будем очень рады.

— Мы с Борюсиком точно останемся. Я не могу уехать, не повидав Палну. Мне многое нужно ей рассказать, — призналась Ритка.

— И потом, друзья мои, я уверен, что в этой истории не поставлена не только точка, но даже многоточие. Мы практически ничего не знаем. По крайней мере, мы с Юрием Владимировичем в полном неведении, — почему-то расстроился Борюсик.

— Спасибо за приглашение. Анна Вадимовна, Юрий Владимирович, разрешите откланяться. Вы не забыли? Радужное — мой родной городок, и нам с Доминикой есть где остановиться, а утром мы встретимся и расставим все знаки препинания в этом сложносочиненном предложении на свои места, — откланялся Артем.

Доминика поцеловала Юрия Владимировича:

— Спокойной ночи, папа.

Юрий Владимирович и Артем пожали друг другу руки.

Борюсик оглянулся на Ритку и Анну Вадимовну:

— Нежность моя, и вы, Анна Вадимовна, вы идете?

— Да, одну минуту, я возьму свои вещи. — Анна Вадимовна глубоко вздохнула, глядя на Ритку:

— Ах, Наташка, смотрю я на тебя, ты вроде изменилась. Смотрю еще внимательнее — ты такая же, как и была. Как же мы по тебе соскучились! Что же ты, Наташка, наделала? Пална тебя искала, убивалась. Не верила, что ты сможешь ее бросить. Думала даже, что убили тебя…

Ритка виновато улыбнулась:

— Мам Ань, я тогда сменила имя и фамилию. Меня теперь Риткой зовут. Маргаритой Калашниковой.

— А зачем?

— Вы всего не знаете. Я сперва Палне все расскажу, покаюсь. Попрошу прощения. Как ты думаешь, мама Аня, когда к ней можно будет зайти? — с виноватой улыбкой спросила Ритка.

— Думаю, уже завтра. Ее, к счастью, в больнице не задержат.

«Тьфу-тьфу, — думала Анна Вадимовна, — на этот раз обошлось. А дальше-то что будет?»

Самвел держал Викторию Павловну за руку:

— Ты на меня сердишься?

— Что ты… Я даже довольна. Наконец мне некого бояться, — чуть слышно шепнула она.

— Когда я понял, что могу тебя потерять, все во мне перевернулось. Я за тебя так испугался. Вика, я понял, что я люблю тебя.

Виктория Павловна улыбнулась:

— Я тебя тоже, Самвел. Только… Только у нас ничего не выйдет. Я никогда не брошу детдом, а ты не захочешь оставить свой рынок.

Самвел рассмеялся:

— И только. А я уж испугался. Мы обратимся за советом к древней мудрости, и если рынок не идет к Самвелу, то Самвел пойдет к рынку. Я куплю ваш рынок, в Радужном. Вот и все.

— Хорошо, что вы пришли, — обрадовался Юрий Владимирович, увидев Доминику. — Девочка моя! Как я по тебе скучал. Я не хотел тебя отпускать. Все из-за этого юноши. Он так уверенно сказал, что вы уходите, что я и заикнуться не посмел, чтобы вас задержать. Похоже, наконец рядом с моей сильной дочерью появился еще более сильный мужчина.

Доминика поцеловала отца, принялась помогать Анне Вадимовне накрывать на стол. Улучив момент, она шепнула:

— Анна Вадимовна, я хочу извиниться. Вы, наверное, знаете… что поначалу мы с Дианой не поняли и не приняли друг друга. Я только недавно осознала, как была не права. Извините меня.

— Я понимаю тебя и не обижаюсь. Я очень переживала за вас обеих. У тебя был очень серьезный период, ты выздоравливала после катастрофы. А тут еще новые семейные проблемы на тебя свалились. Ты тоже извини меня… Прости, я на «ты». Само собой получилось.

— Сегодня, когда мы чуть не потеряли Палну, я поняла, какая это ерунда — все условности и мелочные недоразумения. По сравнению с жизнью. Нам нужно быть вместе… И я… я очень рада, что рядом с папой будете вы, — серьезно сказала Ника.

— Девчонки, о чем это вы там шепчетесь? — вмешался Юрий Владимирович.

— Это я выясняю, как мне называть мачеху, — поддела его Доминика.

Громко зазвонил телефон, Анна Вадимовна сняла трубку:

— Слушаю.

— Добрый вечер. Попросите, пожалуйста, Юрия Владимировича к телефону. Я знаю, что он у вас. Это Амалия Гжегоржевская. — Холодный голос Амалии нагонял страх.

Анна Вадимовна растерянно протянула Юрию Владимировичу трубку:

— Меня спрашивают? У тебя? Кто? Шевчук на проводе.

— Слушай, Шевчук на проводе, я тебя таки вычислила. У вас там шумно…

Юрий Владимирович ошалел:

— Маля, это ты? Как ты меня нашла? У нас сегодня праздник. Мы собрались, чтобы в семейном кругу отпраздновать нашу с Аннушкой помолвку. Поздравь меня, я женюсь.

— Шевчук, не пытайся шутить, юмор — не твой конек, — отрезала Амалия.

— А я не шучу. Я серьезен, как никогда в жизни.

Амалия швырнула трубку.

Доминика сжала руку Анны Вадимовны подбадривая. Та в ответ благодарно ей улыбнулась.

За ужином Анна Вадимовна наконец решилась раскрыть Ритке тайну: