Чтение онлайн

Косарева стояла на своем:

— А никак, гражданин начальник. Я сейчас просто в глухую несознанку упаду и полюбуюсь — насколько твоей замечательной фантазии хватит, когда ты материалы в суд готовить будешь.

— Кстати, на ноже отпечатков пальцев Строговой нет. А ты говорила, что она пыталась повернуть нож против тебя, — напомнил Петров.

— Так ведь и моих пальчиков, Олег Иваныч, там нет. Если ты заключение экспертизы внимательно читал, — сузила глаза Косарева.

Петрова это не обескуражило:

— А вот тут-то и заключается самое интересное, Надежда Федоровна. Выходит, вы были в перчатке. Хорош аффект получается — внезапное помутнение рассудка, которое не помешало надеть перчаточки, чтобы кровью не замараться.

Косарева смотрела на него с ненавистью.

Петров поднял трубку телефона:.

— Дежурный? Конвоира ко мне в кабинет. Одна ложь тянет за собой другую — это древняя мудрость, гражданка Косарева. А все вместе они тянут вас на нары. Всерьез и надолго.

Лёля, перешагивая через игрушки, вдруг сама подошла к Ритке. Та присела перед малышкой. Следом за девочкой подошла воспитательница, обрадовалась, узнав Ритку:

— Наташка, ты? Приехала все-таки.

— Приехала.

— За сестрами? — обрадовалась воспитательница еще больше. — То-то тебя Лёлька сразу признала, а ведь никогда в жизни и не видела. Ну поговорите-поговорите.

Воспитательница вернулась в игровую и закрыла за собой двери. Оттуда сразу послышался рев.

— Это моя Катюша, — заволновалась Лёля.

Воспитательница вывела и Катюшу:

— А вот и вторая. Они друг без друга жить не могут.

— Ты кто? — спросила Лёля у Ритки.

— Я твоя сестра, — объяснила та.

— Вот моя сестра. Ее зовут Катюша, — показала Лёля. Ритка кивнула:

— Все правильно. А я еще одна ваша сестра. И меня зовут Ритка.

— Такая большая? Как тетя. — Лёля повернулась к Борюсику. — А тебя как зовут?

Борюсик смешался:

— Меня? Борюсик. То есть — дядя Боря.

Лёля внимательно посмотрела на него и протянула руку:

— Очень приятно. А меня зовут Лёля. Когда я вырасту, то буду Ольгой. А ее зовут Катюша. Когда она вырастет, то так и останется Катюшей.

Борюсик осторожно пожал маленькую ручку:

— Мне тоже очень приятно.

— У меня есть мишка. Он похож на тебя. Если хочешь, я его назову Борюсик.

— Хочу, — кивнул Борюсик, что-то у него подозрительно защипало в носу.

— Ну вот и познакомились. Я вас по всему свету искала. И даже не знала, что вы здесь живете, у Палны. Но теперь я вас нашла и никуда не отпущу. Пойдете ко мне жить?

— Если ты хорошая — пойдем, — согласилась Лёля.

— Она очень хорошая, — заверил ее Борюсик.

Ритка распрямилась, взяла детей за руки и посмотрела Борюсику в глаза:

— Вот, Борис. Не хочу, чтоб это выглядело как в кино, но настало время выбирать.

— Мне выбирать? Но ведь это — твои сестры, ты и решай, — удивился он.

— А у меня без вариантов. Я сама с пеленок в детдоме, никому такой судьбы не пожелаю. И в чужую семью своих девочек ни за что не отдам. Они — моя семья. А ты решай… Принимаешь ли ты нас всех?

Борюсик ошеломленно молчал. Повисла пауза, которую Ритка истолковала по-своему. Она повернулась и направилась с детьми в кабинет Анны Вадимовны. Лёлька обернулась к Борюсику:

— Борюсик, а ты?

Борюсик сорвался с места, бросился за ними. Подхватив Лёлю и Катюшу под мышки, потащил их в кабинет, изображая самолет и отчаянно рыча:

— У-у-у. Частный лайнер «Борюсик» с двумя принцессами на борту запрашивает разрешения на посадку.

Девочки счастливо заверещали.

Борюсик локтем открыл дверь кабинета:

— Аэропорт сказочной страны посадку разрешает. Добро пожаловать.

Ритка, задержавшись в коридоре, всхлипнула, вытерла набежавшие на глаза слезы.

— Высота сто… пятьдесят… ноль. У-у-у-у, оп-па, посадка произведена успешно. — Борюсик сбросил девочек на диван.

— Осторожнее. А то твоя посадка больше на десантирование без парашюта смахивает, — испугалась Ритка.

— Рит, ну как все прошло? Мы тебе раньше сказать хотели, но Анна Вадимовна нас остановила.

Ждали, пока вы не встретитесь с детьми, — кинулась к сестре Доминика.

— Ника, я так счастлива! Я хочу их забрать прямо сейчас, навсегда и бесповоротно. Но ведь не отдадут сразу? — сообразила Ритка.

— Конечно, не отдадут. Сначала тебе придется пройти все бумажные формальности. Я как адвокат… — начал Артем.

Доминика обняла и поцеловала его:

— Ну все, завелся канцелярская душа. Остынь, мы все знаем, какой ты умный.

— Если это комплимент, разрешите отблагодарить вас невинным юридическим поцелуем.

Доминика повернулась к Ритке:

— Ритка, я хочу тебе сообщить… Даже не знаю, как сказать… Ритка, тебе больше нечего бояться! Мы были у Петрова, и он сказал…

— А я уже знаю! Уже все знаю! Мне Пална рассказала. Сестры по крови с визгом бросились друг к другу и, обнявшись, начали кружиться по комнате, потом, обессилев, рухнули на диван.

— Что за дикие крики? Вы весь детдом переполошили, — спросила недовольная Анна Вадимовна.

Доминика перевела дыхание:

— Уважаемая Анна Вадимовна, мы с сестрой приносим вам по этому поводу свои глубочайшие извинения.

— У нас с сестрой есть оправдание. Мы так давно не слышали хороших новостей, что от первой же впали в истерику. То есть в эту, как ее — эйфорию, — поддержала се Ритка.

— Дайте я угадаю. Вы, Доминика, были в милиции у Петрова? А ты, Наташка, была в больнице у Палны?