Чтение онлайн

— Так и есть, — проскрипел Тиан. — Миро обнаружил, что кто-то играет одним из персонажей, пользователь которого скончался. Учитывая психику людей, этим кем-то не может быть человек. И зург не может быть. Он поинтересовался, не паук ли стоит за всем этим. И такое вполне возможно. Однако…

— Однако?

— Это может быть и кто-то из роя, ведь так? Имаго, как и родосец, является представителем коллективного сознания, и он вполне способен…

— Вы хотите сказать… — Рина от волнения перешла практически на шепот. — Хотите сказать, что в Цитадели идет не просто подключение игрока к Сателлиту, но и… боже… такое возможно?

— Да, — уверенно ответил паук. — Такое возможно. Внедрение. Слияние при этом идет или подавление — вопрос другой. Высший не просто пользуется силой, запечатанной в споре, но и взаимодействует с мега-личностью. Или же да — полностью становится ее частью. Если исходить именно из этого, то очень многие вещи находят свое объяснение. Например, способность имаго управлять несколькими аватарами за раз. Или то, как Стальной Пес помешан на Предтече. Ведь Миро не прошел церемонию инициации до конца. Он получил от роя силу, но остался при собственном сознании.

— Ты именно это тогда почувствовал? — тихо спросила Рина, чуть повернув голову в сторону Миро. — Что в твое сознание пытаются внедриться?

— Очень трудно сказать точно, что же я тогда почувствовал, — ответил тот. — Но происходящее привело меня в такой ужас, которого я никогда прежде не испытывал.

— Как же тебе удалось выбраться?

Миро долго смотрел на девушку, затем пожал плечами и нехотя ответил:

— Пес мне слишком доверял. И не ждал с моей стороны никакого подвоха.

— В смысле — Пес? — удивилась Рина. — Он же появился позже, чем…

— Он всегда был теневым лидером, — сказал Миро, рассматривая каменную поверхность, на которой сидел. — И раскрыл свое инкогнито лишь тогда, когда все здесь пошло наперекосяк. Неужели тебя никогда не удивляло, что он имеет такую власть?

Рина молча обвела взглядом присутствующих, остановилась на Асвальде:

— А вы, значит, знали?

Но тот не ответил.

В пещере повисла тишина. Несколько секунд было слышно лишь человеческое дыхание да тихое сонное бормотание Шуна. Потом Тиан медленно поднялся, вытянул лапы и тихонько пошуршал чешуйками.

— Возможно, Пес и не в курсе, что за Шуном стоишь ты, — обратился он к Миро. — Возможно, он просто хотел подчинить его себе, но не смог. Шун и для него оказался инородным элементом. Поэтому Лиам поставил на него защиту и решил посмотреть, что же будет дальше.

Миро нахмурился.

— И при этом он такой слабенький. — Тиан осторожно приподнял руку Шуна. Рассмотрел ее, словно хрупкое крылышко бабочки. — Возьмите Пса или любого имаго… они же с самого начала имели сильные игровые тела, исключительные тела. Думаю, именно по этому критерию Цитадель их и выбирает. Но он… Будь вы важным элементом, имей вы власть над Игрой… такую, что даже система пасует перед вами… разве стали бы вы использовать такое слабое тело? — Тиан отпустил руку Шуна и уставился на собравшихся фасетчатыми глазами. — Какой в этом смысл?

* * *

Магические шары плавали под сводом пещеры, и в их мягком свечении Шун рассмотрел сразу несколько исполинских картин. Они были вырезаны по стенам очень искусно, словно творец вложил в них всю свою душу и неограниченное свободное время. Угловатые дворцы устремлялись в небо тонкими пиками, словно антеннами, роскошные сады были огорожены узкими пирамидками деревьев, похожих на земной кипарис. К двойной звезде летели шарообразные космические корабли. А на самой большой картине был вырезан взрослый паук, облепленный доброй сотней пушистых паучков.

— Мы живем намного дольше, чем люди, — тихо сказали рядом. Шун сел, поклонился Тиану и огляделся. В пещере кроме них никого не было. — В переводе на земное летоисчисление… выйдет лет пятьсот, шестьсот.

— Ого…

— И плодимся мы яйцами. Иногда в кладке бывает до тысячи яиц. Но имеем право лишь на одно спаривание за всю жизнь. Да и то не все, только лучшие из лучших. — Тиан подполз ближе, устроил голову на сложенных полукольцом лапах. — Это мое потомство. Ну… как я его помню. Мы не привязываемся к детям как вы, люди.

— У вас была семья?

— Мы не создаем семей.

— Но вы по кому-то скучаете?

Паук встопорщил чешуйки и трескуче засмеялся.

— Любое живое существо скучает по себе подобным, это естественно.

— Мне жаль…

— Мне тоже. У меня было два лучших друга, два соратника. И хотя прошло уже так много лет, я все еще лелею надежду, что они не потеряли свой рассудок.

— Я не понимаю, простите…

— Смотри. — Тиан развел лапы в стороны, между ними засветился еле видимый сгусток. Паук кинул его вверх, и сгусток вырос в размерах, стало понятно, что он состоит из огромного количества подвижных точек. — Со временем утопленники врастают в систему Игры, становятся ее частью. Или заложниками. Не самый плохой способ существования, к тому же — со своими привилегиями. Я научился видеть систему почти сто лет назад. Каждая точка — отдельный пользователь, зашедший в Игру. А вот эти две — канцлеры. Саан и Феол.

— Асвальд рассказывал, что… — начал осторожно Шун.

— Да. Асвальд сказал тебе правду. Это лишь их тела, захваченные искусственным интеллектом. У тебя когда-нибудь бывал сонный паралич?

— И не раз.

— Тогда ты должен знать, каково это. Сознание все видит, слышит, чувствует, но не может выдать никакой обратной реакции. Абсолютное бессилие. И так изо дня в день, из года в год. — Тиан скомкал эфемерную картинку обратно в сгусток и раздавил его между лап. — В таком положении крайне трудно сохранить рассудок. Так что… надежды у меня все меньше и меньше.

— Мне жаль, — повторил Шун, не зная, что еще тут можно добавить.

— Если ты не поможешь Миро, подобная участь ждет каждого человека, — неожиданно заявил Тиан, поднимаясь. — Включая тебя.

— Я… — растерялся Шун. — Я не…

— Ты проспал почти двенадцать часов. Твои друзья на улице. Встречают гостей. Иди.

Паук махнул лапой в сторону выхода и скрылся в противоположном направлении, оставив Шуна с миллионом так и не заданных вопросов.