Чтение онлайн

Он хотел было возразить, но сдержался. «Лучше сейчас расстаться по-хорошему, – сказал он себе. – В конечном счете, так лучше для обоих».

Повисшую тишину первой нарушила Алиса. Она заговорила тихо, но настойчиво:

– Я упаковала наряды, что вы мне дарили, в те же коробки, в которых они прибыли. Нед сложит их во входном холле. Скажите Перкинзу, куда их отправить. Ключ от дома я положила в ларец, который находится в большой зеленой коробке. Нед сделает все необходимое, чтобы переправить серого мерина, куда вам будет угодно.

– Алиса, – прервал ее герцог, – все это вовсе не необходимо. Я покупал эти вещи для вас. Мне бы хотелось, чтобы они остались у вас, в особенности дом.

– Не надо, – глухо прошептала она, вспомнив о блаженном счастье в том доме, в тот день. «Неужели тот день был вчера?» – изумилась она, ведь ей теперь казалось, что уже прошла целая жизнь.

Морган очень обиделся, что она ничего не хочет от него. Но, возможно, она, не ведая, уже приняла от него самый дорогой дар, который любой мужчина может преподнести женщине. И он теперь гадал – как бы с Божьей помощью приступить к разговору с нею на эту деликатную тему.

– Алиса, дело в том, что… у наших встреч могут быть… м-м-м… последствия, – начал он осторожно.

Она взглянула на него в полном недоумении. И он заподозрил, что у нее нет ни малейшего представления о том, к чему он клонит. «Нет, с этой дипломатией мне не совладать, – решил он. – Усталому да еще с похмелья – трудно быть деликатным».

– О, черт побери! – выругался он. – Когда в последний раз у тебя были месячные?

Алиса ощутила, как от смущения запылало ее лицо. Она опустила глаза, не веря собственным ушам.

– Ради всего святого! – с трудом выдохнула она, не понимая, как он мог задать ей такой интимный вопрос и как отвечать на него. Такое она обсуждала всего один раз в жизни, когда ей исполнилось тринадцать и Мейвис объяснила, что за таинственные изменения происходят с ее телом.

– Алиса, наши с тобою занятия любовью могут привести к появлению ребенка, – продолжал Морган. – Прекращение месячных означает беременность.

– Не знаю, – и ее розовые щеки побелели. – Ребенок, – пробормотала она, закивав головой. – Как же я с ним управлюсь?

– Ты должна известить меня сразу, если почувствуешь, что беременна. Понимаешь?

– И что вы сделаете?

Морган шумно вздохнул и почесал затылок.

– Я позабочусь о тебе, Алиса. Положись на меня. И обещай, что напишешь мне сразу. Письмо отошлешь в Рэмзгейт-Касл или в мой лондонский дом. Адреса у тебя сохранились?

Она кивнула.

– Хотите, чтобы я написала о таком вот личном?

Он подумал.

– Писать что-то особенное о состоянии твоего здоровья необязательно. Просто напиши лично мне. И я пойму. Значит, обещаешь?

Алиса согласилась, потому что ей показалось, что это очень важно для него. На самом-то деле она совершенно не представляла, что с нею будет, если она окажется в таком позорном положении. Быть может, просто умрет со стыда.

Морган с облегчением вздохнул и уселся на парчовое канапе, благодаря судьбу, что эта трудность позади. Бездумно отхлебнул холодного кофе, не сводя глаз с бледного лица Алисы. Она выглядела потрясенной.

Алиса, почувствовав его пристальный взгляд, беспокойно заерзала.

– Мне хотелось бы, чтобы и вы мне кое-что обещали, ваша светлость.

И она увидела, как он сразу насторожился.

– Мне бы хотелось довести до конца мою работу в Вестгейт-Мэноре. Мистер Уолш говорит, что дом будет готов к концу лета, и Тристан с Каролиной смогут въехать сюда.

– Я же не буду требовать у Тристана, чтобы он уволил вас, – прервал ее Морган, оскорбленный тем, что она могла подумать о нем как об изверге.

– Я знаю, – сказала она спокойно. – Но мне будет тяжело даже видеть вас. Поэтому я прошу вас не приезжать в Вестгейт-Мэнор, пока я не уеду отсюда насовсем.

Выражением лица Моргана осталось бесстрастным, но ее простая просьба нанесла глубокую рану его душе.

– Хорошо, если это все, что вы хотите.

– По-моему, только так можно решить проблему, – заверила она его наперекор своему сердцу.

– Да будет так!

Все было решено. Говорить было больше не о чем.

Была середина мая, и Алиса уже почти два месяца не видела Моргана. Герцог держал слово и не появлялся в Вестгейт-Мэноре, но Тристан с Каролиной и Присциллой наезжали часто и совещались с мистером Уолшем о ходе работ по обновлению дома. При этом они всегда неукоснительно навещали Алису и, само собою, рассказывали о Моргане.

Каролина восторженно тараторила о дивных вечеринках, куда ее и Тристана приглашали в связи с приближающимся их бракосочетанием, и упоминала о «новой подруге» – Мадлен Дюпоне. Убежденная, что ищущий взгляд герцога окончательно остановился на мадемуазель Дюпоне, Каролина описывала, как красиво смотрится эта пара, и притупившаяся было боль вновь ожила в сердце Алисы. Ей стало невмоготу спокойно выслушивать рассказы о бесконечных раутах и балах, посещаемых герцогом вместе с его «прекрасной Мадлен», и она, дабы не расхвораться по-настоящему, начала избегать Каролину.

Присцилла активно интересовалась всеми нововведениями в поместье, и Алиса зачастую находила спасение в общении с нею. Она без возражений отвечала на бесчисленные вопросы Присциллы, но порою бывала занята и не могла сопровождать гостью, и та выведывала многое сама.

Однако на Алису давило кое-что посильнее, чем ревность к последней пассии Моргана. Пролетели дни, недели без должных признаков месячных, и Алиса запаниковала. Но допустить мысль, что она понесла от Моргана, было выше ее сил. «Все нервы! – решила она. – Сама довела себя своим беспокойством до полного смятения. Судьба не может быть такой жестокой, чтобы навязать невинное дитя женщине, не имеющей средств на его воспитание».