Чтение онлайн

Вскоре, я стояла в коридоре, рассматривая разноцветные двери. За синей находилась отвратительная зеркальная комната. Ее я не любила больше остальных, потому что он заставлял меня смотреть. Велел не закрывать глаза.

Я вошла внутрь. На стуле висел ядовито-зеленый костюм с желтыми перьями. Я стащила с себя любимое черное платье и облачилась в это безумие. Шелк полностью обтягивал фигуру. Короткие шортики с отверстиями на интимных местах плавно переходили в корсет, который поддерживал грудь, но никак ее не прикрывал. На шее бантик, на руках браслеты с перьями, головной убор из перьев, напоминающий наряд индейца, а за спиной желтые крылышки. Тьфу! В жизни не видела ничего уродливей! Я выругалась вслух, рассматривая себя в зеркалах, и уселась на стул.

Муж не заставил себя долго ждать. Ворвался в комнату с довольной ухмылкой на лице. Окинул меня взглядом и жестом приказал встать на ноги и покрутиться. Я подчинилась. Развела руки в сторону и закружилась на месте.

– Потрясающе, Айлин! Моя маленькая птичка. У меня для тебя подарок.

Он достал из-за спины пакет крови и бокалы.

– Надо скорее выпить.

Я тут же забыла обо всем. Подбежала к нему и с нетерпением выхватила бокал, подставляя его тягучим струям.

Какое наслаждение! Кровавая нега плавно втекала в горло, заполняла рот чудесным вкусом. Я и раньше пробовала кровь, но сегодня она была особенно сладкой. Будто в меня снова вливалась жизнь. Та прежняя жизнь, где я еще умела чувствовать. Умела искренне любить и ненавидеть.

В состоянии полной эйфории я посмотрела на Ардана и, впервые за долгое время, почувствовала… отвращение. Он вызвал у меня приступ крайнего отвращения, а желтые глаза хотелось выцарапать из глазниц, чтобы он больше никогда не смог посмотреть на меня с такой похотью. Отец берег меня не для таких, как он. Не для той своры отморозков, что изнасиловали меня в лесополосе. Хорошо, что сегодняшнюю сцену он никогда не увидит.

– Это была твоя кровь, Айлин! Представляешь, какой парадокс! – рассмеялся Ардан. – А теперь… Полетай, моя птичка!

Он уселся на стул, поправляя член рукой. Положил ногу на ногу и слащаво улыбнулся.

Я бегала по комнате в диком танце, отражаясь в стенах. Смеялась, как ненормальная от абсурдности ситуации. А он расстегнул ширинку и вывалил орган наружу. Сжал в руке и принялся томно себя ласкать.

– Остановись! Встань на четвереньки!

Я подчинилась сразу, без лишних слов и протестов. Я занималась этим не впервые и до мельчайших подробностей знала, как изогнуться, чтобы показаться Ардану в нужном ракурсе.

– Смотри на него. Смотри, какой он огромный. Твой язычок жаждет его коснуться!

Я ненавидела, когда он начинал эту игру. Унизительную игру! В эти моменты он был не лучше той своры отморозков!

– Ползи!

Я подползла к нему и стащила штаны с колен на зеркальный пол. Посмотрела прямо в желтые глаза вампира и застыла.

Он ждал этого. Жаждал, вожделел, хотел добиться мощной и бурной разрядки. Ну все! Сейчас начнется!

Ардан вскочил со стула и схватил меня за волосы. Запрокинул мою голову назад и навис сверху.

– Открой рот!

Я зажмурилась и подчинилась.

– Глаза!

Как только я их распахнула, раздался противный звонок его наручных часов. Ардан нажал на кнопку и прочитал послание. Так президент связывался со своими помощниками.

– Переодевайся. Срочный совет. Потом продолжим.

Глава 4

Когда все поняли, что солнце потухло и погрузило планету в вечный мрак и холод, отец стал молиться еще больше. Дело по изнасилованию его дочери так и осталось просто делом. А зачем тратить время на такие мелочи, когда на улицах начались беспорядки? Ночь пробуждала в людях низменные инстинкты. Первым делом были разграблены магазины. Власти пытались сдерживать всеобщую истерию, призывали не создавать панику. Смешно! Человечество сорвалось с цепи. А когда объявили, что кислорода в атмосфере надолго не хватит, просто слетели с катушек. Правительство исчезло, будто и не было его никогда. Человечество оставили доживать последние деньки в неописуемом холоде.

Нас с отцом приютила церковь. Поначалу мы жили при храме и не знали бед. А потом стало не хватать еды и воды. Мы замерзали, леденели, медленно умирали, ведь даже огонь не могли разжечь.

Церковь перестала быть обителью для верующих. Ее стены не могли уберечь от суровой не подвластной ни одной живой душе природы. Мы с отцом пошли по миру в поисках нового пристанища. Все мысли были заняты лишь выживанием. Катастрофа встряхнула меня так, что я почти забыла о случае в лесополосе и о том, кто спас мне жизнь. Нами двигал лишь вечный голод и знойный холод. Папа старался, как мог, чтобы его любимая дочь выжила, но надолго его не хватило. Когда мы искали себе новое пристанище, он уже сильно кашлял. Пожилая пара приютила нас в подвале своего дома. Там было относительно тепло, ведь он отапливался с помощью генератора. По предварительным прогнозам ученых кислорода должно было хватить примерно на год. Всему есть свой срок. Все заканчивается. В том числе и топливо.

Отец не дожил до судного дня, когда припасы и солярка исчерпали себя. Он умер от пневмонии гораздо раньше.

Я осталась наедине с добрыми людьми, которые резко перестали быть вообще людьми. Голод превращает нас в зверей, но животные вымерли, и я так и не увидела, чтобы они пожирали друг друга. Мы хуже!

В тот день я впервые убила человека. Моей силы хватило, чтобы сбросить обезумевшего старика с лестницы на глазах его жены. Я выбежала из дома, который служил мне обителью, и помчалась по продрогшим улицам, путаясь в подоле шубы, что раздобыл отец. Но разве она могла спасти от сорокаградусного мороза?! Да и кислорода в атмосфере оставалось так мало, что я постоянно теряла сознание.

Помню, что упала у лестницы в госпиталь и свернулась калачиком, ожидая смерти. Кто-то схватил меня за шиворот и встряхнул. А что с меня взять? Обмякшее тело. Сильные руки подхватили и пронесли через двери больницы. Внутри даже горел белесый свет. Я из последних сил подняла голову и посмотрела на своего спасителя.

Сердце застучало с бешеной скоростью. Я начала задыхаться, хотя в стенах госпиталя было чем дышать. Эти огромные, почти черные глаза и рассеченная бровь! Я в первую же секунду узнала Трента Маккая. Помню, что радость смешалась со страхом. Мир слишком жесток, чтобы этот парень хотел спасти меня просто так. Я перестала верить в хорошее. А когда он внес меня в небольшое помещение, где громко гоготали другие особи мужского пола – человек двадцать не меньше, я вообще зажмурилась и приготовилась к самому худшему. Запустила руку в карман, где лежал нож, и сжала его рукоять. Но не для того, чтобы кого-то убить. Я собиралась воткнуть его себе в горло, как только они начнут покушаться на мою честь. Насилие так прочно засело в подсознании, что я не могла доверять ни одному мужчине. Они все для меня стали похотливыми выродками, включая Трента.

Он аккуратно уложил меня на кушетку и протянул бутылку воды. Я с осторожностью сделал большой глоток, и кивнула в благодарность за живительную влагу. Даже стало легче дышать.

– Кого ты притащил?! – Орали они.

– Хорошенькая!

– Давайте отымем ее, а потом сожрем! – Загоготал кто-то из толпы.

Но не успела я вскочить и понестись прочь, как раздался грозный голос Трента:

– Она моя! Каждый, кто осмелится к ней прикоснуться, пойдет на корм!

С того дня вера в людей начала возвращаться и мир уже не казался таким суровым и мрачным. Отныне я была частью банды «Ягуары» под предводительством Трента Маккая и находилась под его мощной защитой.