Чтение онлайн

– Не знаю! Возможно, вы не так уж виноваты. Видит бог, в нашей жизни много лжи и суеты. И Винс вас любит – это мое личное соображение. Если бы имелась какая-нибудь возможность скрыть все это, не подставив под удар Бетти…

– А разве такой возможности нет?

– Может быть. Я должен все хорошенько обдумать. Это будет нелегко. И если кто-нибудь посторонний слышал нашу беседу и понял, о чем речь…

Гарт осекся и обернулся.

Что бы ни слышала Марион раньше, сейчас сомнений не было: их подслушивали. Крадущиеся шаги были едва слышны, но обувь задевала за плинтус. Потом все стихло.

Тепло воскресного полдня, блеск яркого солнца на воде и протянувшиеся вдоль моря сады придавали Фэрфилду такое очарование, которое могло бы ввести в заблуждение новичка.

Правда, хотя прилив и пошел на убыль, пляж был пуст: купание в воскресенье не допускалось. Все горожане, направлявшиеся в церковь, были одеты в выходные костюмы, и вдоль всей набережной, от памятника Флоренс Найтингейл до «Ройял Альберт аквариум», солнце то и дело вспыхивало на приподнимавшихся цилиндрах и величаво склонявшихся зонтиках.

На Виктория-авеню, параллельной набережной, располагались два роскошных отеля, «Палас» и «Империал», с башнями, вывесками, написанными золочеными буквами в два фута высотой. По самой Виктория-авеню тряслись машины с такой приличной скоростью, что лошади пугались. На садовых клумбах алые герани, синие лобелии, белые алисоны образовывали круги и треугольники в стиле рококо.

Июнь, 16-е, воскресенье.

Дэвид Гарт посмотрел вдоль набережной, будто надеялся кого-то увидеть, но в то же время кого-то избегал.

Он поднялся по ступеням к «Ройял Альберт аквариум», постоял немного, повернувшись спиной к чугунным украшениям фасада, и оглядел сады. Он уже дважды посмотрел на часы, когда увидел Каллингфорда со свежим цветком в петлице и в сверкающем цилиндре.

– Но, мальчик мой, – спросил Эббот, осторожно поднимаясь по ступеням, почему здесь? Почему вы выбрали это место? – Он вздел свой монокль и начал изучать фасад. – Знаете, это настолько ужасающе безвкусно, что мне даже нравится. – Он перевел взгляд на Гарта: – Кстати говоря, об ужасах…

– У меня была ужасная ночь, я не мог заснуть.

– Вы выглядите так, будто не спали месяц. Так все плохо?

– Да. Это одна из причин, почему я вам позвонил.

Даже в чванливом Фэрфилде все же звенели голоса, звякали велосипеды. Афиша на двери большими красными буквами извещала об автомобильных гонках на треке в Уэйбридже.

Здесь, на залитой солнцем набережной, среди празднично одетых людей, тревоги Гарта немного отступили.

– Скажите, – продолжал он, – насколько велик ваш авторитет в департаменте уголовного розыска?

– Хм… Полагаю, я получу все, что мне нужно, если захочу.

– Я так понимаю, что дело Глинис Стакли поручено Твиггу?

– Я тоже так понимаю. – Черты лица Эббота заострились. – И что?

– Зайдемте внутрь, – сказал Гарт.

Из парка с эстрады донеслись звуки настраиваемых инструментов. Там начала собираться толпа. Внутри здания аквариума было темно и влажно, хотя вода, заключенная за стеклом, казалось бы, не должна была пропитывать все вокруг.

– Одна из причин, почему я выбрал это место, – продолжал Гарт, – в том, что Твиггу неудобно было бы следить за мной здесь. Я собираюсь защищаться.

– Защищаться?

– Да. Вы знаете, что является лучшей защитой? Как вы смотрите на то, чтобы заключить соглашение?

– В зависимости от того, что вы предлагаете.

– Конкретно, я хочу договориться с вами о Твигге. Я хочу, чтобы вы не дали ему допрашивать Бетти или Марион – их обеих – в течение ближайших суток и чтобы вы сами этого не делали.

Собеседники шли по гулкому, безлюдному залу, не столько рассматривая рыб за стеклом, сколько наблюдая друг за другом. Потом они остановились, и Эббот заявил:

– Мой милый мальчик! Не слишком ли много вы просите?

– Согласитесь, я прошу только краткое перемирие. И при этом…

– О, не волнуйтесь. – Усы Эббота приподнялись в сардонической ухмылке. Я – не самый ярый защитник правил. Хотя вы приглашаете меня перейти на сторону противника.

– Нет-нет! Я говорю о соглашении.

– А что вы предложите в обмен?

– Думаю, что смогу предложить вам разгадку убийства. Подождите!добавил он. – В других обстоятельствах, знаю, такое высказывание было бы абсолютной нелепостью. Любитель, который соперничает с полицией, – это только в книгах бывает.

– Совершенно верно. Твигг думает, что вы именно этим и занимаетесь.

– Я мог бы придумать такой рассказ.

– Да, вроде того.

Они двинулись дальше мимо скучных рыб. В стекле отражалось обеспокоенное лицо Гарта и цинично-веселое – Эббота.

– Черт возьми, у вас крепкие нервы! – бросил Эббот. – Только не знаю, насколько это выполнимо, вот в чем вопрос. Твигг считает, что вы вредный тип – сердитый малый, как он выражается. А кроме того, он и на меня имеет зуб. – Эббот колебался. – Послушайте, что произошло с прошлого вечера?