Чтение онлайн

Киллигрэ отпил глоток эля. Он был на дружеской ноге с лордом Кинкейдом, славившимся остроумием. И знал к тому же, что король проявлял к этому вельможе должное уважение, хотя тот и не входил в число его фаворитов. Кинкейд, что тоже немаловажно, любил театр, был другом Джона Драйдена и отлично понимал, какими качествами должна обладать актриса.

«Отнюдь не всем хорошеньким молодым женщинам присущи сии достоинства», — с ироническим смешком подумал Киллигрэ, имея в виду те редкие свойства избранниц актрис, что открывают вход в спальни знатных людей, подводят их к алтарю и, наконец, даруют им, если повезет, и титул графини.

Киллигрэ решил, что лучше всего будет познакомиться с девушкой в привычной для нее обстановке, поскольку, оказавшись впервые в театре, она может попросту растеряться. Он послал письмо, в котором сообщал, что почтет за честь встретиться с лордом Кинкейдом и его протеже ровно в три по указанному адресу.

Получив ответ, Николас решил ничего не говорить Полли — незачем заранее волновать ее. Он хотел, чтобы она предстала перед Томасом Киллигрэ в самом лучшем и выгодном свете.

Накануне вечером было доставлено новое платье, и Николасу не пришлось долго уговаривать Полли примерить его.

— Жаль, что никто не оценит меня, — с грустью сказала она.

— А я, выходит, уже не в счет? — шутливо возмутился Николас.

— О, не говорите, пожалуйста, глупостей! — ответила Полли и, глядя в зеркало, попросила: — Посмотрите, хорошо ли лежит воротник? Не так-то просто самой расправить его!

— Придется нанять для тебя горничную, — заметил Николас, поправляя кружево. — А здесь надо заколоть… Вот так… Теперь все как надо.

Он довольно посмотрел на нее.

— По правде говоря, самая лучшая горничная — это вы, милорд, — произнесла весело Полли.

Она тщательно расправила кружевные оборки на рукавах и разгладила складки на платье.

— Но я не могу каждый раз помогать тебе одеваться, — проговорил Николас. — А у миссис Бенсон и без того много дел… Да, тебе и впрямь нужна горничная.

Полли посмотрела на него с тревогой во взоре.

— Нет-нет, — запротестовала она. — Я совсем не знаю, что и когда говорить ей и вообще как вести себя с ней…

— Ерунда, — прервал ее Николас. — Здесь нет ничего сложного. Считай это еще одной ролью, которую тебе предстоит сыграть.

— Но я намерена играть только те роли, которые мне нравятся, — решительно заявила Полли. — Изображать же госпожу и командовать слугами — это, пожалуй, не по мне. — Потом после короткой паузы она добавила: — Право же, я не хочу выглядеть в ваших глазах неблагодарной. Поймите, мне это просто не совсем подходит.

Николас вынул из кармана миниатюрную коробочку и, открыв ее, взял щепотку табака. По-видимому, сейчас один из тех случаев, когда Полли желает во что бы то ни стало настоять на своем.

— Отчего ты не примерила новые туфли? — как ни в чем не бывало спросил он.

Полли давно заметила, что иногда Николас внезапно менял тему разговора, если тот грозил привести к ссоре. Подобная тактика обезоруживала собеседника: как можно продолжать спор, если другой не высказывает никаких возражений? Не зная, что ответить на вопрос Ника, она молча надела непривычную для нее обувь.

— Ты быстро научишься в них ходить, — заметил Ник, глядя, как Полли осторожно ступает в новых туфлях. — Десяти минут, я думаю, будет достаточно.

Вскоре девушка убедилась, что Николас прав: она и в самом деле почувствовала себя вполне уверенно на высоких каблуках.

Сделав легкий поворот, при котором юбки, шурша, сбились в одну шелковую волну, Полли хотела было что-то сказать, но тут донесся снизу стук в парадную дверь, и вслед за тем послышался приветливый голос миссис Бенсон, приглашавшей посетителя войти в дом.

— У нас гости? — спросила девушка, подходя к окну. Яркий солнечный свет золотыми бликами упал на ее медовые локоны.

Кинкейд улыбнулся. Она была бесподобна в своем нарядном платье. Лицо ее алело нежным румянцем, глаза сияли, губы приоткрылись от волнения, и вся она источала внутреннюю энергию и юное обаяние.

Все это и предстало взору Киллигрэ, минуту спустя вошедшего в гостиную. Перед ним стояла не томная девица с жеманным взглядом, как ожидал он, а прелестная молодая женщина с глубокими выразительными глазами. Все в ней захватывало и завораживало, а необычная красота ее поражала своим совершенством.

Киллигрэ взглянул на лорда Кинкейда, с улыбкой наблюдавшего за реакцией гостя.

— Слишком смело надеяться, чтобы при такой красоте она обладала еще и талантом, — пробормотал Томас. — Господь Бог, как известно, ужасно скуп, а здесь и так проявил расточительность.

Управляющий королевской труппой развел в изумлении руками.

Девушка, выслушав с некоторым удивлением высказывание гостя, вопросительно посмотрела на Ника.

— Полли, — начал он, — позволь представить тебе господина Томаса Киллигрэ… Томас, это госпожа Уайт. — Он улыбнулся и отступил в сторону, решив, что они теперь обойдутся и без него.

Всего секунду Полли находилась в замешательстве, потом изящно поклонилась и сказала, что очень рада встрече с господином Киллигрэ. В ответ на это управляющий королевским театром произнес:

— Вот мы и познакомились. А теперь прошу вас поклониться еще раз — так, словно перед вами любовник, а вон там, — он махнул рукой, — стоит ловко обманутый вами муж.

Полли на минуту задумалась. Совсем не так представляла она себе первую встречу с господином Киллигрэ. Ей казалось, что это произойдет в театре, торжественно и чинно. Однако все случилось иначе, и ей ничего не оставалось, как принять предложенные им правила игры. Представив себе, что Николас ее любовник, подходит к ней в переполненном зале, где она стоит рядом со своим мужем, и почтительно приветствует ее, девушка, потупив взор, поклонилась степенно, а затем открыто и смело взглянула вдруг быстро на лорда Кинкейда и снова опустила глаза, чтобы окружающие не расценили как вызов обществу и откровенное бесстыдство этот озорной, приглашающий взгляд, обращенный к ее избраннику. Лорд Кинкейд и Томас Киллигрэ, наблюдая за игрой, невольно залюбовались обнаженными плечами прелестного создания, волнистыми локонами и грудью в глубоком декольте…