Чтение онлайн

Как-то раз, когда в 80-е годы я работал в ФРГ, с главным конструктором фирмы мы пошли на сельскохозяйственную ярмарку. Там были живые карпы, и я, конечно, сразу заинтересовался.

– У вас такие есть? – спросил меня тогда главный конструктор.

– Да, конечно, есть. Я ловил.

– Так что, и готовить можешь?

– Да. Могу и готовить.

Где-то через неделю он пригласил меня в гости. Я часто у него бывал дома, потому что в командировке находился один. Он проводил меня на кухню, там была его жена.

– Вот вам рыба (в ведре несколько живых сазанов), – приготовьте по русскому и по немецкому рецепту, – сказал он мне и своей жене.

Я, конечно, не ожидал такого, но раз сам проболтался, то деваться некуда. Стали готовить. Я с двух сазанчиков чешую снял, почистил, поперчил хорошо с двух сторон. Сазанчики были небольшие, граммов по шестьсот. Посолил и острым ножом сделал сверху глубокие надрезы, чтобы перерезать кости. Когда рыбу тушишь, то эти кости размягчаются. Обжарил на кукурузном масле, потом залил сметаной, накрыл крышкой и потушил. Вот такое было блюдо. Параллельно фрау тоже делала. Она готовила и объясняла каждое своё действие. Я ей тоже объяснял, что делал. Она взяла что-то вроде противня с высокими краями, порезала морковку тоненькими кружочками, разложила на противне, картошку почистила, порезала кружочками и положила слой. Репчатый лук мелко порезала и засыпала сверху, а потом двух карпов, таких же, как у меня, граммов по шестьсот, посолила, поперчила, но не вынимала хребет, не надрезала, а просто положила на противень – они как раз туда валетом поместились. Сверху полила кукурузным маслом, потом подумала и добавила немного воды. Я воды не добавлял, так как у меня в сковороде была сметана. Мы всегда тушили в сметане, а здесь она решила добавить водички, причём, я обратил внимание, что, прежде чем добавлять, она немного поколебалась. Потом взяла фольгу, закрыла противень и поставила в духовку. Я-то на огне делал, а она в духовке. Установила температуру 180 градусов, а время – 40 минут. Это я всё запомнил.

Прошло 40 минут, может, чуть меньше. Она собирает на стол обедать. Получилось у нас два рыбных блюда на обед. Конечно, мы хвалили чужие блюда: я говорил, что вернусь домой и буду так же готовить, а она говорила, что теперь будет русским блюдом угощать гостей. Кстати, потом у Гюнтера был день рождения, так она по моему рецепту сделала рыбу, и всем гостям очень понравилось. Вот такие рецепты с карпами. Так что зеркальный карп пригоден для тушения, а для жарки лучше подходят карась, карп и сазан.

Когда Петрусь с братом вытащили карпа, мы все долго его рассматривали. А после уже и рыбачить как-то не хотелось. Мы с Майей пошли глянуть, сколько наловил брат. Там было столько всего наловлено! Мы с Майей вместе и половины не поймали того, сколько было у брата. А в это время позвонила Оля и сказала, что приготовила моё любимое блюдо из нутрии, сварила борщ и ждёт нас всех к обеду. Мы смотали удочки, собрались, стали подводить итоги соревнования. Они оказались таковы: самую большую поймал Петрусь, больше всех наловил брат, а нам с Майей, так сказать, спасибо за участие.

Поехали домой. Дорога была дальняя, часа полтора заняла. Петрусь отказался ехать к нам в гости, попросил завезти его домой. Ему, к тому же, жена звонила, просила приехать. Мы завезли его и зеркального карпа, попытались всучить побольше рыбы, но он отказался. А Майю захватили с собой, к Оле.

После обеда за братом приехал его сын на машине.

– Меня по пути забросьте, – попросила Майя.

Когда стали собираться, Майя подошла ко мне.

– Лёнь, ты ко мне придёшь?

Это было сказано тем же голосом, как тогда, в молодости, когда она приглашала меня к себе на день рождения.

– Да. Когда?

– Приходи сегодня в шесть часов. Погуляем, сходим на пруд. Знаешь, как красиво сейчас на пруду? Помнишь, как ты танцы устраивал? А сегодня там эстрадный оркестр играет в кафе. Там очень интересно. Ты не был?

– Да знаешь, как-то не дошёл ещё.

– Так давай сходим, заходи за мной вечером.

Я к шести часам собрался, сказал Оле, что пойду к Майе. Прихожу, а она уже одета, причёсана. Выглядит, как всегда, замечательно.

– Хочешь что-нибудь выпить?

– Нет, спасибо.

– У меня очень интересный морс есть из арбузного сока. Только я ещё лимонного добавила. Ты такого, наверное, никогда не пробовал. Хочешь, угощу?

– Давай.

Мы прошли на кухню, где у Майи царили чистота и порядок. И вдруг я заметил, что над мойкой висят алюминиевая вилка и ложка. Я посмотрел на них, на Майю, она это сразу заметила.

– Да, те самые, что служили нам с бабушкой посудой после войны. Я их сохранила. И всегда держу на виду.

Я обвел взглядом её кухню: какой посуды здесь только не было! Вспомнил, как она рассказывала о посуде в доме Эллы, как восхищалась увиденным. А здесь! Здесь были и кофейники, и фритюрнички, и самовар стоял, и чайники. Чего только не было, не говоря уже о холодильнике, микроволновках. Микроволновок было две, причём каждая с грилем. Не совсем понятно, зачем две. Также были газовая плита с духовкой, аэрогриль, тостеры. Я обвел всё это взглядом и заметил, что в стеклянных зеркальных шкафах у Майи хрусталь переливался всеми цветами радуги. Она смотрела на меня и улыбалась. Очевидно, тоже вспоминала тот свой рассказ о том, как увидела хрусталь впервые в жизни.

Налила мне сок в высокий красивый стакан, положила кусочек льда. Арбузный сок с добавленным лимонным пришёлся мне по вкусу.

– Хочешь, пойдём погуляем или останешься?

– Пойдём погуляем.

Мы вышли и пошли на пруд, к островку. Она взяла меня под руку. Я взял её ладонь, нежную, мягкую. Я взял ладонь второй рукой. Майя прижалась ко мне, мы остановились. Она положила голову мне на плечо, её пышные волосы коснулись моей щеки. И мне не хотелось идти, хотелось так стоять. Мы постояли так немного, потом посмотрели друг на друга и, не сговариваясь, медленно пошли дальше.

Пришли на большой пруд, который помним ещё с детства. Он был вырыт бароном, арендовавшим землю у казаков ещё до революции. Этот барон фактически и построил почти весь наш посёлок, почти все наши заводы. На территории посёлка раньше были огромное имение, которое разбомбили во время войны, и дивный парк, который сохранился до наших дней. Теперь этот парк имеет вид очень бледный, но зато островок на пруду очень красивый: на нём расположены несколько кафе, танцплощадка, вокруг танцплощадки поставлены столики, их обслуживают официанты. Мы выбрали средний столик для двоих, хотя за ним могут сидеть и больше людей. Столик в таком случае раздвигается, а официант приносит дополнительные стулья. Для совсем уж больших компаний предусмотрены столики подальше от танцплощадки, чтобы не мешать танцующим.

Как только мы сели, к нам сразу подбежал официант – молодой парень, который, не замечая меня, сразу обратился к моей спутнице.

– Майя Александровна, что желаете?

– Ванечка, ты разве не замечаешь, что я с кавалером?

– Ах, извините! Что желаете? – обратился он теперь уже ко мне.

– Что будем? – спросил я у Майи.

– Мне бы апельсиновый сок и мороженое шоколадное.

Официант стоял ко мне вполоборота, Майя вдруг взяла меня за руку:

– Лёнечка, а что ты будешь? Вино или коньячок?