Виктимность
Шрифт:
– Если твой дед будет не против него, я дам согласие. Пусть приедет вовремя.
И вот в день своего юбилея, накануне семейного ужина, Лиза, взяв с собой тональное средство и пудру, приехала к нему в квартиру:
– С днем рождения, красотка! – с распростертыми объятиями Юджин встретил ее на пороге в рубашке с длинным рукавом.
– Спасибо! Ты слишком тепло оделся, на улице дикая жара. Я вся взмокла, пока ехала в такси. Я взяла все, что ты просил. Что будем делать?
Усевшись на старый табурет на кухне, он сказал:
– Закрашивай все, что не прикрывает рубашка, да так, чтобы и видно не было.
Тридцать минут спустя от чернил на лице не осталось и следа, и перед Лизой оказался гладкощекий незнакомый мальчишка. По дороге в дом летний зной опалял его лицо, и толстым слоем нанесенная маска каплями стекала вниз по шее за плотную ткань рубашки.
Познакомившись со всей семьей, крепко выпив и задув свечи, они отправились в место, где, по его словам, ее ждало нечто. Выйдя из машины к подъезду многоэтажки, они увидели приветливую девушку, которая аккуратно закрыла Лизе глаза маской, и в полной темноте, крепко держа Юджина за руку, она поднималась с ним наверх. Холодный июньский ветер колыхал органзу и розы ее темно-синего платья от Vera Wong, и после шепота: «Раз. Два. Три!» повязка долой слетела с ее глаз. Это был его подарок, который он долго хранил в тайне, что вселяло в Лизу жуткое любопытство. Они находились на крыше самого высокого здания в городе, а посреди нее стоял маленький столик, сервированный для них двоих. «Пожалуй, я пойду, – держа руки за спиной, вежливо сказала девушка, – приятного вам вечера. И с днем рождения!»
– Тебе нравится? – спросил Юджин.
– Божечки, мне очень нравится! Как здесь красиво! Как ты это придумал?! – верещала и прыгала от радости Лиза.
– Это твой день, детка. Я хотел, чтобы он был идеальный. Прямо как ты.
Юджин провел ее за руку к столику и, отодвинув стул, помог сесть. Он принялся открывать бутылку шампанского. Пузырьки заискрились в их бокалах, Женя выключил магнитолу, из которой играло радио, и включил на телефоне Фрэнка Синатру. Лиза наблюдала за каждым его движением и не могла поверить своему счастью. Его ладонь скользнула по ее мягкой руке:
– Я очень тебя люблю, Лиззи. Ты лучшее, что со мной случалось! – огоньки свечей отражались в его глазах.
– И я тебя люблю, Юджин! Я так сильно тебя люблю! Знаешь, мне никто раньше не дарил такие подарки. Я так счастлива с тобой!
– Так давай же выпьем за это! За тебя и за нас! Чтобы мы никогда-никогда с тобой не разлучались и, где бы мы ни были, всегда были вместе!
– Cheers! – выкрикнула Лиза, и они звонко чокнулись бокалами.
Весь оставшийся по брони час они гуляли по крыше в обнимку и наблюдали за городом:
– О, а вон там, – она показала пальцем в ночную даль, слегка подсвеченную уличными фонарями, – там твой дом.
– Не мой, Лиззи, а наш, – накидывая ей на холодные плечи плед, прошептал он, – там наш дом.
Лизу переполняли нежные чувства. Все в нем ей казалось родным и любимым, и, еле сдерживая слова, она хотела сделать ему предложение, в котором была полностью уверена и от которого он бы точно не отказался. Но время подходило к концу, их влажные, с ноткой алкоголя на губах поцелуи по-цыгански не хотели прекращаться, и, задув стоящие на столе свечи, уже без тени секрета, они покинули крышу, о которой еще очень долго вспоминали, и отправились в пропитанную ароматом сигарет и бесчинств котов квартиру, где долго и страстно предавались любви.
На следующий день дедушка сказал, что увидел, насколько сильно недомерок-мальчишка влюблен в Лизу. Отец больше не противостоял их союзу.
Волгоград
16 июня 2019 года
Колеса самолета громко, со свистом тронули шоссе, и от толчка она открыла глаза. «Дамы и господа», – вещал динамик над ее головой, – «добро пожаловать в город-герой Волгоград! Погода в городе отличная, на улице плюс двадцать семь градусов. Желаем вам отличного путешествия и будем рады видеть вас на борту нашего самолета вновь!»
Спустившись по трапу, поручни которого обжигали руки, Лиза доехала на автобусе до здания аэропорта и забрала багаж. Там ее ожидали родители и сестра, поглощенная игрой в смартфоне. «Моя девочка!» – не скрывая радости, встретила ее мама.
– Здесь так все изменилось с тех пор, как я в последний раз летала. Красиво отстроили, – сказала Лиза, передавая сумку отцу. Он тоже был рад. За последние годы отношения Лизы с отцом наладились, и она стала замечать в них много общего: широту души, неиссякаемый (местами) оптимизм, веру в людей и настойчивость, что очень роднило их.
Пока отец на заправке заливал бензин в бак до полного, она посмотрела в боковое зеркало на маму и спросила:
– Есть какие-то новости?
– Нет пока. Лена не звонила. В последний наш разговор она сказала, что его привезут на днях.
– А как это будет происходить, она тебе рассказала?
– По традициям, – сжав губы и скрывая свое разочарование, произнесла Лина.
– Какой кошмар… Ему бы это не понравилось. А у меня даже ничего подходящего нет.
– Если им так будет спокойнее, то пусть делают. А платье мы тебе найдем, не переживай. Заинька, – она повернулась к Лизе лицом и погладила ее повисшую голову, – надо идти дальше. Жизнь не заканчивается, она прекрасна! Просто надо пройти через это. И я буду рядом с тобой.
Аланья, Турция
Июль 2015 года
– Юджин, ты чего там копошишься? Пора идти, сейчас жара наступит, и хрен мы с тобой искупаемся! – костяшками Лиза тарабанила по двери ванной в гостиничном номере.
– Киса-а-а-а, погоди, – отозвался он из комнаты, – подожди минуточку.
– Ох, ладно! Я пока наберу воды. Но долго не сиди, а то я снова обгорю!
Сложив в холщовую сумку маленькие бутылочки воды из мини-бара, она взяла крем от загара и вышла на балкон. Толстым слоем Лиза покрывала обожженные солнечными лучами плечи и нос и любовалась лазурными бликами видневшегося вдали Средиземного моря. Там, покачиваясь, плыли лодки, на пляже звонко, бегая друг за дружкой с голыми попками, кричали дети, а справа, на закрытой сцене, вел тренировку для отдыхавших загорелый аниматор-карлик. Это было их первое романтическое путешествие в Турцию, и отель, скажем мягко, они выбрали неподходящий. То было место для тихого семейного отдыха, где вечерняя программа заканчивалась в десять часов вечера, а русские туристки на шведский стол одевались как на сельскую дискотеку, выбрав из гардероба самое лучшее: высокие каблуки, синтетические платья в пол или короткие, еле прикрывающие бедра мини-юбки. Отсутствие импортного алкоголя и нормальной, вкусной еды наводило на них жуткие тоску и голод, отчего они пили турецкий виски с колой и запасались в магазинчике при отеле чипсами. По вечерам влюбленные, затарившись несколькими коктейлями, по деревянным лестницам спускались на скалистый утес, где лежали на липких от соли лежаках и, не выпуская рук, делились своими мечтами и планами.
В один из таких вечеров Юджин сказал:
– А знаешь, чего я хочу? Я хочу написать книгу.
– Вот это желание! И про что же она будет?
– Я хочу написать книгу о себе. Правда, знаешь, я за всю жизнь прочел только одну книжку, и, наверное, мне будет сложно выразить свою мысль.
– Не переживай, милый. Если у тебя не получится, я сама напишу о тебе книгу. Писатель из меня, конечно, так себе, но я буду очень стараться, чтобы тебе понравилось. А понравится ли другим, для меня будет совсем неважно.