Чтение онлайн

– А по поводу нашего гостя - она кивнула в мою сторону.
– Он единственный неинфицированный в нашем обществе, скорее всего, поэтому он что-то там и слышит.

Не знаю почему, скорее всего после разговоров об исследовании и материале, но мне стало, вдруг, обидно. Звучало это высказывание, мол, убогий, что с него взять. Я насупился и стал сосредоточено дожевывать бутерброд и допивать чай, скорее пряча за этим делом свой дискомфорт. Но от всевидящего ока начальника моё сопение не скрылось.

– Ты, не дуйся. Марья Семёновна, у нас женщина прямая - что видит, то и поёт, как акын. Мы из твоего вновь приобретённого умения пользу извлечём. Ты вот лучше, чем на бутерброд натягиваться данные перенеси, зря, что ли ребята старались?
– С этими словами он кинул мне пакет через весь стол.

После этой фразы мне стало совсем грустно. Мало того, что я «Белая ворона», так и еще меня собираются использовать по назначению. Ничего хорошего это не сулило. Использование моей персоны этой мощной докторицей пугало однозначно. Что я сразу и высказал.

– Это что - на запчасти меня разберете, как лягушку лабораторную?

– Нет, для лягушки, ты нам слишком дорог, поэтому, как говорят китайцы; «Ни ссы», что в вольном переводе означает - будь безмятежен, как цветок лотоса возле горы познания.

Заржали все, даже докторша кокетливо хихикнула в кулачок, что с её комплекцией никак не вязалось. Я покраснел и своим видом больше напоминал пионерский галстук с иллюстрации исторического учебника, и чтобы хоть как-то скрыть смущение уткнулся в карту из пакета. Точки и направление конуса сектора приёма передачи тщательно перенес на свою карту, после чего заштриховал зону пересечения всех трех секторов карандашом. Получился небольшой участок километрах в сорока с небольшим северней от города. Прапорщик внимательно следил за моей работой после чего, подтянул карту к себе. А если по прямой, то от нас километрах в шестидесяти или около того.

– Я там никогда не бывал.
– Он поводил своим пальцем, прочерчивая вероятный маршрут подъезда.
– И без разведки туда соваться нельзя.
– После чего решительно хлопнул ладонью по столу, припечатав к нему карту.
– Разведка нужна, как минимум, маршрут обозначить.

Там, где царствует Галюня

Следующе два дня изнывал от скуки. Внешняя команда каждое утро уезжала в неизвестном направлении, как сказал, Борисыч, разведывать маршрут, а меня, естественно никто развлекать не собирался. Со скуки я слонялся по жилому сектору, перезнакомился с кучей народа, пытался помочь в сортировке товара на складе, но по моей природной неуклюжести, после того, как я очередной раз что-то уронил, вежливо послали перебирать коробку с деталями всякого компьютерного применения. Короче, как уже сказал - я откровенно скучал. В оперативном зале к компьютеру меня уже не пускали. Дежурный смущенно произнес, что если я чего-нибудь в нем еще настрою или поправлю, а не дай бог и улучшу, то его выгонят отсюда за ненадобностью, как самого тормознутого из присутствующих, включая компьютер. Вот за занятием тупого перекладывания картриджей из общей коробки в отдельную меня и нашла Катя. После очередного моего вздоха больного бегемотика она сочувственно улыбнулась.

– Что, совсем плохо?

Я даже не видел, что она за мной наблюдает, поэтому вздрогнул от неожиданности. И молча кивнул.

– Пойдём, раз ты с нами на внешку ходишь, папа распорядился заняться твоим боевым обучением. Ты стрелять умеешь?

Я радостно бросил упаковку с видеокартой обратно в коробку. Хоть какие-то перемены. В моей ситуации уже любые перемены - это к лучшему.

– В тире стрелял из «воздушки»… в детстве.

– Значит с «воздушки» и начнём.

– Так мне Михалыч уже автомат выдал, если ты помнишь?

Она улыбнулась и ничего мне не ответила. Было и так понятно: где я, а где автомат.

– Пойдём, снайпер, посмотрим, что ты умеешь.

И снова эти бесконечные коридоры и переходы. Как они тут находят дорогу в этом лабиринте Минотавра? Как я понял мы обошли весь объект по кругу и возле запасного выхода зашли в небольшую комнату. В этой кондейке сидела милая миниатюрная девушка в камуфляжной куртке, накинутой на плечи на джинсовый комбинезон, подчеркивающий довольно шикарную для ее роста грудь, и занималась, по моему мнению, совершенно несоответствующим ее виду занятием - ковырялась отверткой в огромном, чуть ли не с неё размером пулемете.

– Галюнь, пусти нас в тир пострелять. Отец приказал обучить… - она кивнула на меня.

Девушка подняла измазанное оружейным маслом лицо от ремонтируемого оружия и скептически осмотрела меня с ног до головы, будто бы решая, из чего данная особь будет учиться стрелять.

– Что выдать?

– Давай пока «воздушку».

Она хмыкнула, решив, что это тоже, пожалуй, для меня многовато, и больше рогатки я не заслуживаю, но повернулась к шкафам за своей спиной. Вынула замысловатую винтовку и жестяную коробку с пульками. Винтовка была на удивление тяжелой, с деревянным прикладом и какой-то сложной рычажной системой взвода, которую я ни разу не видел.

– Справа на малой дистанции мишени висят.
– Сказала она, указывая на неприметную дверь за своей спиной.

– Спасибо, Галюнь.

Катя подтолкнула меня оторопевшего вперед, прихватив со стойки коробочку с пульками.

– Давай, иди, чего застыл? Думал, тебе моя подруга сейчас «Печенег» выдаст?

Что такое «Печенег» я не знал, но предполагал, что это тот монстр на сошках, в котором ковырялась девушка-оружейник.

За дверью оказался зал-близнец с такими же огромными гермоворотами в дальней стене. Точно такой же, где я увлеченно занимался перебором коробок. Только в отличие от коробок в том, этот был заставлен ящиками и деревянными фальш-стенами, среди которых были развешаны множество мишеней.

Я посмотрел на всё это великолепие для тренировки спецназа и представил, как я сейчас буду бегать среди этих препятствий и метко стрелять по всему, что увижу. Но меня очень быстро приземлили с небес на землю, отведя в скромный уголок, где на стене висела одинокая мишень размером не более десяти сантиметров.

Катя указала на рубеж в виде толстого мата на полу.

– Ну, показывай, чего умеешь.

Правда, показывать пришлось сначала ей. Я долго вертел винтовку в руках, но так и не понял, как выдвинуть рычаг для взвода.

Тяжело вздохнув, Катя отобрала у меня оружие и как неразумному малолетнему детсадовцу объяснила, что откуда надо достать, дернуть и вставить, и провернуть, чтобы винтовка после этого могла стрельнуть.

«Ну не знаю я эту «мудификацию»! Что я теперь виноват во всем? А она, например, не знает, как настроить БИОС, а я знаю… и ещё много чего, такого всякого. Я ж теперь не хожу орлом! Последний мой опыт стрельбы был в тире… в парке, по смешным фигуркам ковбоев. Это там, где винтовка переламывается пополам. Естественно я и эту попытался… чуть ли не об колено. Чего теперь так орать на меня?»