Чтение онлайн

Боже правый, да что же это? Кем нужно быть, чтобы получать удовольствие, испытывая раздражение и раздражая других?

Она долго над этим думала и решила, что нужно быть именно таким, как Вит.

В конце концов, не только она виновата в их затянувшейся вражде, и уж точно не ей одной вражда была в радость. Он устраивал ссоры так же часто, как и она, и Мирабелла вполне отчетливо могла припомнить далеко не один случай, когда их обмен остротами и колкостями от души веселил его.

Она вздохнула и потерла рукой бедро.

Они оба сумасшедшие. Вот так-то. Она полагала, что стать нормальными им будет сложно, но этого хотела леди Тарстон. Мирабелле казалось, что нужно быть не только душевнобольным, но и слабоумным, чтобы перечить графине. Многовато для одного дня.

Мирабелла услышала, как по дорожке из гравия, ведущей к ее лавочке, кто-то приближается. Она невольно напряглась, и ей с трудом удалось снова расслабиться. «Не странно ли, что я узнаю его по походке?» — думала она. Наверное, нет: она различала быструю и легкую поступь Софи, уверенные, но неровные шаги Иви. Кейт ступала медленно и вяло. Леди Тарстон — энергично и…

Как же это нелепо — думать о походках подруг, дабы успокоить свои расшатанные нервы! Она не сопливая девчонка, чтобы вздрагивать при одной мысли о предстоящем разговоре с мужчиной — с мужчиной, на чью голову она как-то вывалила целое блюдо яиц. Вспомнив этот забавный случай, Мирабелла расслабилась, улыбнулась и стала ждать.

Она все еще улыбалась, когда перед ней появился Вит.

— Доброе утро, мисс Браунинг, — сказал он. «Выглядит почти восхитительно», — подумала она: руки заложены за спину, голубые глаза старательно излучают искренность.

— Доброе утро, — ответила она.

— Как себя чувствуешь?

— Э… очень хорошо. А ты?

— Неплохо, неплохо.

Случайность это или нет, но за вымученным разговором последовало долгое и неловкое молчание.

Она водила носком сапожка по гравию. Он покачивался на каблуках.

— Чудесная погода, — попытался он снова.

— Да. Да, чудесная.

Вит выждал немного. Затем поднял бровь, наклонил голову вперед и чуть в сторону. Не сумев расшифровать, что бы это значило, Мирабелла просто смотрела на него в упор, пока он не сдался, издав отчаянный вздох.

— Скажи то, на что я смогу ответить, чертовка. «Да, чудесная» явно не достаточно для поддержания беседы.

— Ах да! Э-э… — Она прикусила губу, изо всех сил стараясь придумать что-нибудь уместное и милое. — О! Есть планы на сегодня?

Он кивнул, то ли в ответ, то ли в знак одобрения.

— Вообще-то есть. Сегодня утром наши гостьи, юные леди, захотели осмотреть окрестности, и я согласился сопровождать их.

— Как мило, Вит! Мне интересно, какая из… Почему ты так смотришь на меня?

— Думаю, ты не должна называть меня Витом, — сказал он.

— Значит — Виттакер? — спросила она со сладкой улыбочкой. — Или, может быть, Виттакер-Винсент?

— Ты нарываешься на оскорбление. Называй меня «милорд». Мирабелла хмыкнула дважды при одной только мысли об этом.

— Не буду.

— Так положено. Я назвал тебя мисс Браунинг, поэтому…

— Тогда не называй, — предложила она. — В любом случае, странно слышать это от тебя. Почему не называть друг друга по именам? Твоя мать попросила нас вести себя как друзья, а не как знакомые. И я даже не смогу…

— Ты перечишь мне, чертовка.

— Нет, не перечу, я… — Она услышала, как в голосе нарастает гнев, и умолкла. Глубоко вдохнула, задержала дыхание и выдохнула. Затем заговорила рассудительным, сдержанным тоном: — Ты совершенно прав. Но ради пользы дела я должна сказать тебе — спокойно и непредвзято, разумеется…

— Разумеется.

— …что мне неловко называть тебя милордом, поэтому я вряд ли буду. Так как мы знаем друг друга с ранних лет, мне кажется, это будет выглядеть странно и наигранно.

— Очень хорошо, я хотел бы…

— К тому же я точно об этом забуду.

— Ты все слишком усложняешь…

— Да, и постарайся не называть меня чертовкой.

— Клянусь, что… — начал было он, но замолчал: до него дошел смысл ее слов. — Я назвал тебя чертовкой? Сегодня, я имею в виду.

— И не раз.

— Я… правда? — Вит прищурился, как будто пытаясь вспомнить. — Я и не заметил.

Мирабелла пожала плечами.

— Мне все равно, но твоя мать может обидеться.

— Тебе все равно?

— Абсолютно. А тебя задевает, когда я называю тебя глупцом? Он покосился на нее.

— Да.

— Ладно. Я не стану звать тебя милордом и постараюсь не обзывать глупцом.

— И другими обидными словами.

— И другими обидными словами, — согласилась она. — Буду обращаться к тебе «Вит» или «Виттакер». Можешь звать меня Мирой, Мирабеллой и даже чертовкой, если твоя мать не будет против.

— Думаю, ее это не слишком волнует.

— Тогда договорились? — спросила она, задумавшись, мог ли между двумя умными людьми состояться более нелепый разговор.

— Договорились, но прими к сведению: никогда не называй меня Виттакером-Винсентом.

— Можешь на меня положиться.

На другой стороне лужайки, в прохладной тени ивы леди Тарстон наблюдала за молодыми людьми с возрастающим беспокойством. Скованность в их поведении говорила о неловкости. Это было заметно даже на расстоянии. Вит вежливо склонил голову. Мирабелла словно кол проглотила. Леди Тарстон представила возмутительно официальный тон их беседы.

— Чудесная погода. Так необычно для этого времени года.