Чтение онлайн

— Да ты что, перепил сегодня? Клейновы парни из города всех выгнали, там даже собаки, наверное, живой не осталось.

— Да уж, не знаешь ты мою стерву, — хохотнул Сард. — Очень удивлюсь, ежели ее дома не застану… ей, знаешь ли, никто не указ.

Легионеру, поставленному в ночь на стражу у ворот, было скучно. Препирательство с проштрафившимся офицером вносили некоторое приятное разнообразие в долгое дежурство — к тому же, по мнению солдата, Бартак был известной сволочью, и потрепать ему немного нервы будет благим делом.

— Дык, — протянул он, — ежели никто не указ, так и ты там, получается, не нужон…

— Ну, указ там или не указ, а как протяну разок-другой вожжами, сразу поймет, кто в доме хозяин. Да ты, приятель, не беспокойся — я недолго. Ну там, помогу веши сложить, да выгоню… а то ведь, сам понимаешь, неровен час урги придут… все ж таки жалко бабу. Какая-никакая, а своя.

Солдат раздумывал… с одной стороны, приказа никого не выпускать из крепости не было. Да и то, какие там приказы — почитай что четверть гарнизона носило неизвестно где. Одни все еще помогали грузить телеги, доставляя в крепость остатки всего того, что горожане не смогли или не захотели взять с собой во время бегства. Другие вместе с молодым Ториксом еще утром уехали куда-то да так пока и не вернулись.

С другой стороны, очень уж хотелось сделать этой сволочи какую-нибудь гадость. Вот, к примеру, ежели сейчас предложит монету… тогда его можно будет и десятнику сдать — мол, взятку сует. А за такое и плетями бывшего отца-командира поучат… а то и больше перепадет.

— А скакун-то тебе зачем?

— Да вот думал, провожу… подальше от города. Не пешком же назад топать, верно? И потом, хоть уверен буду, что не вернется.

Стражник еще раз вздохнул… посмотрел на Бартака… и махнул рукой.

— Иди уж…

Бывший центурион благодарно осклабился.

— Спасибо, приятель. Ты не того… не волнуйся. Я ненадолго.

И исчез в темноте. Но путь он держал отнюдь не к дому, который давно уже считал своим. Дом был пуст — в этом он был уверен абсолютно. Он одним движением взлетел в седло и спустя несколько мгновений уже мчался в сторону переправы. Теперь главным было не попасться на глаза отряда Торикса, с этим выскочкой душевные разговоры не помогут. Да и не станет он скорее всего разговаривать.

Лес встретил Бартака настороженной, гнетущей тишиной. Всадник почти сразу же свернул с проторенной дороги, углубившись в чащу. Теперь он ехал медленно, осторожно — во тьме любая ветка грозила опасностью, а ночным зрением, которым так гордились гордецы эльфы и уроды урги, он не обладал. Поэтому приходилось тщательно выбирать дорогу, остаток пути он вообще прошел пешком, стараясь производить поменьше шума. Если Торикс не дурак — а он скорее всего службу знает, — то отряд одним кулаком не держит, наверняка разослал патрули на поллиги от переправы.

И вот перед путником заплескалась темная, кажущаяся бездонной, вода. Он привязал скакуна к дереву, быстро разделся, свернув одежду плотным узлом и затолкав ее в просмоленный кожаный мешок, осторожно ступая босыми ногами, вошел в воду, Река приняла его беззвучно, без всплеска… земля удалялась медленно, течение здесь было не слишком быстрым, его почти не снесло. И на противоположный берег он выбрался довольно скоро. Конечно, если урги попробуют переправляться под стрелами Торикса, особой радости им это не доставит, хотя и остановить Орду жалкие две сотни стрелков не смогут. Так, немного задержать — не более.

С этой стороны берег был вязким, илистым… утопая чуть не по колено в склизкой грязи, Бартак выбрался на сухое место. Кожа моментально покрылась пупырышками — ночной воздух был довольно прохладен. Долго отряхивался, размазывая тину по ногам, затем кое-как натянул на себя одежду. Оружие он с собой не брал, весь его план основывался на том, чтобы ни в коей мере не изображать из себя угрозу. Для ургов, разумеется, — он не сомневался, что здесь, на их территории, лес буквально кишит разведчиками. В том, что патруль захватил пятерых «охотников», сыграла свою роль изрядная доля слепой удачи. Говорят, увидеть в лесу эльфа можно только тогда, когда тот сам этого желает. С эльфами Бартаку сталкиваться не приходилось, но урги, жители лесов, тоже умели перемещаться среди деревьев почти бесшумно.

Поэтому он совсем не удивился, когда кусты за его спиной зашуршали и в спину, почти проткнув кожу, уперлось что-то острое. Он медленно поднял руки, демонстрируя отсутствие в них оружия, и на ломаном ургском заявил:

— Кто тут у вас главный? Ведите к нему, говорить буду…

День прошел относительно спокойно — все были столь загружены работой, что, когда уже в сумерках прозвучал пронзительный сигнал тревоги, многие даже обрадовались этому. Заканчивалась тяжелая, нудная работа — и начиналось привычное дело. Битва. Воины поспешили на стены, вспыхнули костры под чанами со смолой и водой, мозолистые руки сорвали шнуры, оплетающие связки стрел.

Но это были еще не урги. В ворота влетел идущий галопом отряд стрелков под предводительством Торикса. Центурион, соскочив с седла, тут же, через ступеньку, побежал по лестнице, ведущей в кабинет легата. Но Д'Лемер уже вышел навстречу,

— Легат! — Торикс отдал честь. — Орда пошла.

— Мосты? — коротко спросил Д'Лемер, больше для проформы, поскольку в ответе почти не сомневался.

— Сожжены. Мои парни положили не менее сотни тварей, но их была тьма. Когда они стали выбираться на наш берег, я приказал отходить.

— И правильно сделал, мой мальчик, правильно сделал. — Седой легат положил руку на плечо центуриона. — Мы готовы их встретить, пусть приходят. Сейчас на стенах достаточно стрелков, поэтому твои парни могут отдохнуть. И я сомневаюсь, чтобы урги атаковали прямо так, с ходу… для штурма им нужно собрать все силы в кулак. У тебя есть потери?

— Пятеро легко ранены, один убит. У этих тварей мощные арбалеты.

— Ясно. Ну что ж, ты можешь идти. Тебе тоже нужен отдых.

— Я не…

— Иди, иди… И позови Трента. Мне, знаешь ли, трудновато стало надевать доспехи в последнее время. — Он кивнул на культю левой руки.