Чтение онлайн

Мальчишка, видимо, тоже это понимал, поскольку вновь пытался объяснить:

— Близких у меня нет, а в интернате меня пытались stabilizirovat и мозги вправить, но получалось плохо. У меня социальный уровень rekordno низкий, a markery agressivnosti наоборот… Э-э…. тут довольно трудно объяснить. В общем, комиссия решила, что виноват неверно выбранный gendernyy tip и мне нужно помочь kompleksnoy korrektirovkoy и перезагрузкой orientatsii. Но мне девочки нравятся.

— Это тоже табу? — осторожно уточнил Джо.

— Не то чтобы табу, но в данном случае, если я принадлежу к четвертому полу индекса ноль шесть нормы, и если меня stabilizirovat, в смысле, исправлять…

— Остановись. От твоего курлыканья уже лоб ломит. Лучше скажи — ее тоже хотят стабилизировать? — Хха указал в сторону площадки ночевок.

— Ее? — удивился сопляк-Пришлый. — Нет, наоборот. Она мой kurator, воспитатель, как это назвать… наставница.

— Тебе повезло. Когда избавишься от такой наставницы, остальную жизнь проживешь счастливо и умрешь с радостной песней на губах, — Хха ухмыльнулся. — Не хочешь снять с безумной шакалихи скальп прямо сейчас? Вождь согласится одолжить свой железный нож.

— Скальп? Нет, пожалуй, не нужно. Я это не умею, — уклонился мальчишка. — У нас не очень принято. И вообще, она же не виновата, что такая. И она вообще не верит, что с нее могут содрать скальп.

— Это отчего? В то, что я мечтаю с ней лечь, она верит, а в то, что сдеру скальп — не верит? — обиделся Джо.

— Да, как-то так. Я понимаю — это звучит странно, — вздохнул сопляк-Пришлый. — У нас сдирать скальпы запрещает закон. Вообще-то, seks без подтвержденного Сетью согласия закон тоже категорически запрещает.

— Ты нас не путай, — начиная злиться, потребовал Хха. — Пусть ваш закон все подряд запрещает, нам-то что. У нас вообще не принято на скво набрасываться. Какой в этом смысл? День Жаркого Облака — прошел обряд посвящения, он храбрый и красивый воин. Отчего свободной скво или девушке отказываться от ночных игр с ним?

— Да, обычно не отказываются, — подтвердил скромный будущий вождь. — Но с какой стати мне желать старую толстоногую скво, которая еще и не считает себя скво?

— Ну, она-то так подумала. Вообще-то я в этом не разбираюсь, — признался мальчишка. — Но могу я попросить не снимать с нее скальп? Ее разум большей частью еще витает в старом мире.

— В щели у нее разум, — огласил очевидное Хха. — Только за щель и боится. Дура! И разговор глупый. Я сейчас съезжу за водой, и если твоя наставница за это время не приберет за собой дерьмо, я размозжу ей череп, сдеру с задницы кожу и протру этим дряблым комком оскверненные камни ночевальной площадки. А скальп останется на ее пустой голове. Мне ку и скальп с нее и даром не нужны, так и передай.

Прихватив обе пустые тыквы-фляги и остатки туши гиены, Хха поехал к реке. Небольшое стадо бизонов убралось с пути одинокого охотника — последние животные уходили к югу, к Верхним Порогам, чуя близкие дожди. Скоро придет Вода, настанет время скучных трудов и скудной пищи. Если духи от хайова не отвернутся, проклятая скво-не-скво этих месяцев не переживет. Таких шумных умалишенных баб Хха встречать еще не приходилось, тут никаким шаманом быть не нужно, чтобы понять — никчемное существо. Впрочем, это Речной Ноге решать. Для начала Пришлым в любом случае дадут имена, а правильное имя — большое дело. Вдруг даже такой шакалихе поможет?

Хха набрал воды, позвал и накормил аванков. С мелкими собратьями приплыл и Белый Коготь, хорошо знакомый юному индейцу. Хха закинул в пасть старику голову гиены и побеседовал с мудрым ящером. Белый Коготь полагал, что дожди начнутся через два дня. Старшие члены племени хайова-ката тоже так считали. Следовало поторопиться, на Лагерном Холме предстоит завершить приготовления, понадобятся силы молодых воинов.

Когда Хха вернулся к стоянке, оказалось, все готовы выступить в путь. За ночь скво-не-скво успела порядком испортить свое красивое платье, на морду оказалась еще мрачнее и надутее.

Воины принялись навьючивать коня Хха. Будущий вождь шепнул:

— Сопляк за ней убрал.

Хха пожал плечами. Мальчишка ускорил дело, но проявил непростительное мягкосердечие. Вряд ли ему доведется стать настоящим хайова.

Наконец, тронулись в путь. Воины вели лошадей впереди, Пришлые тащились следом. Стоны глупой скво-не-скво начали развлекать спутников уже через сотню шагов.

— Мне кажется, она думала, что мы посадим ее на лошадь, — сказал будущий вождь.

— Вместо мяса? — Хха хмыкнул. — Я видел ее ноги. Немного мозолей и все. Мы не над рекой идем, тут колючек почти нет, даже младенцы бегают босыми. Пусть привыкает. Если хочет немного пожить.

— Может, ее паук укусит или какая змея забыла уползти? — с надеждой предположил Джо. — Духи свидетели — это самая поганая Пришлая из всех, о которых мне приходилось слышать. Если узнают, как она меня лягнула ночью, нас просто засмеют.

— Откуда узнают? И потом, мы их не выслеживали, это Пришлые сами к нам вышли. Возможно, духи их послали для смеха. Все любят посмеяться, — Хха зевнул.

Воины привыкли не спать по нескольку дней, но на этот раз причина беспокойной ночи оказалась воистину смехотворной. Будущий вождь прав — в племени вдоволь повеселятся. Это не так плохо. Другое дело, что хайова нужны сильные руки и умные головы, а духи посылают непойми кого.

До Лагерного Холма успели дойти до темноты. Первой углядела возвращающихся охотников и чужаков резвая Три Камешка. Пронзительнее крики девчонки огласили лагерь, на высоких уступах берега появились фигуры любопытствующих хайова. Джо приосанился: пусть истинных ку свершить не получилось, в истории племени это возвращение с Пришлыми без сомнения останется.

[1] Здесь и далее в случае непереводимой игры Пришлых смыслов, слово дается в написании местными буквами.

[2] Здесь и далее местные индейские названия, хотя и созвучны названиям Старого мира, но не всегда идентичны. Лингвистические унаследования, параллели и перпендикуляры — непременная составляющая смыслов и квази-смыслов местных языков. (Здесь и далее примечания проф. экспериментально-экстремальной филологии Л. Б. Островитянской)