Чтение онлайн

– Сколько вам нужно времени на сборы?

– Не меньше получаса, но вам до нас столько же ехать. Высылайте машину, а мы начнём собираться.

Я объяснил задачу жене, а сам пошёл предупредить куратора.

– Можете ехать, – сказал он, – а я на всякий случай вызову сопровождение.

Собрались мы за десять минут и столько же ждали машину возле подъезда. Когда приехали в телецентр, нас отвели для интервью в одну из студий.

– Я Элеонора Беляева, – представилась нам ведущая. – Садитесь на эти стулья. Ваш концерт покажут в записи, а перед ним пройдёт это интервью. Пользуясь случаем, хочу предложить вам приходить с новыми песнями в наш «Музыкальный киоск». А сейчас будьте внимательны, начинаем запись. Здравствуйте, дорогие телезрители. Сегодня в нашей студии...

Рассказав о нас, она перешла к вопросам.

– Мне сказали, что вы закончили школу экстерном. Это правда?

– Да, – ответил я. – Я сдал чуть раньше, а Люся – дней десять назад. Всё на отлично. Так что теперь у нас будет больше времени для творчества.

– Если быть талантливым, то во всём?

– А чего мелочиться? – пожал я плечами. – Это многим по плечу, только не все хотят напрягаться. И не так легко расставаться с детством.

– Из ваших слов можно сделать вывод, что вы с ним расстались?

– А вы считаете нас детьми? Я думаю, что в четырнадцать лет ещё дети, в пятнадцать – уже подростки, а в шестнадцать – юноши и девушки. В этом возрасте люди быстро взрослеют, хотя многое зависит от того, кем считает себя сам человек. Можно и в восемнадцать остаться ребёнком.

– Вы сочиняете и поёте песни не по возрасту. Спеть можно всё, но как сочинять хорошие вещи о том, о чём не имеешь представления?

– Никак, – ответил я. – Только кто вам сказал, что мы не имеем представления? Своим опытом можно жить в любом возрасте, а для того чтобы творить, человек должен прожить большую и интересную жизнь или обратиться к опыту тех, кто её прожил. Я не смог бы написать «Прощание с Братском» без множества прочитанных книг, газет и журналов, без просмотра фильмов. Можно читать книгу только для развлечения, не сильно нагружая мозги, а можно брать из неё всё то ценное, что даёт чужой опыт. Я ведь и книги пишу, используя заимствованные знания.

– Понятно, – сказала Элеонора. – Теперь зададим вопросы Людмиле, а то она незаслуженно забыта. Скажите...

Глава 33

– Всё! – Я отдал Елене несколько исписанных листов бумаги, которые завершали мои комментарии. – По спискам мне больше нечего добавить, и не вижу необходимости в консультациях, разве что прояснить какой-нибудь упущенный эпизод или выслушать моё мнение. С научно-техническими знаниями будет сложнее, учёные ещё могут вытянуть что-то полезное.

– Наука – это не моя забота, – ответила Белова, укладывая мои листы в небольшой кейс. – Главное, что мне теперь меньше ездить. Ты сегодня мало написал.

– А для чего расписывать? Всё равно ничего из написанного о последних годах моей жизни не повторится, кроме природных катастроф. Да и их может стать меньше, если не так раскачаем климат. А люди... Разве что почитать, чтобы понять, до чего могут дойти человеческая глупость и национальный эгоизм.

– Не знаю, – сказала она. – Я не имею права заглядывать в эти записи. Твои пожелания по лету передала, обещали ответить в ближайшее время.

– Разделался? – спросила жена, когда я проводил Белову и вернулся в нашу комнату. – Сейф заберут? А то он занимает много места.

– Отдал и свои заметки, и распечатки. А сейф пусть стоит, полезная штука. Пистолет есть где хранить, и драгоценности можешь положить, когда появятся.

– А когда они появятся?

– А что бы ты хотела? Уши не проколоты, а в нос пока ничего не вставляют. Диадемы даже в моё время надевали только «Мисс Вселенные». И что остаётся? Кольца, кулоны и бусы. Предлагаю кольцо поскромнее. Помнишь в «Хоттабыче» колечко «Носи, Петя, на здоровье»?

– Ну тебя, – засмеялась Люся. – Не даешь девушке помечтать.

– Купим что-нибудь, – пообещал я, – только не сейчас. Сейчас драгоценности будут смотреться слишком вызывающе, нужно малость подрасти. Так, к бездельнице добавляется бездельник.

– Мы не бездельники, – запротестовала она, – а отдыхающие после изнурительного труда. По лету не ответили?

– Елена сказала, что не будут тянуть. Люсь, сейчас в кинотеатрах премьера «Кавказской пленницы». Давай сходим, тебе будет интересно. Помнишь в «Сказках» показывали кадры из фильма? Хорошая кинокомедия, я смотрел её не меньше десяти раз.

– Иди к куратору, – сказала жена, – а я буду собираться. Пойдём на часовой сеанс?

– Должны успеть, если не будешь копаться.

Дверь открыл сам Фёдор Юрьевич.

– Есть идея, – поздоровавшись, сказал я. – В нашем кинотеатре классная кинокомедия. Хотим сходить на час. Составите компанию или дадите кого-то из парней?

– Заходи, – предложил он войти. – Нет больше парней. Елена забрала у тебя бумаги, они с ней и уехали, так что с вами пойду я, тем более что предлагаете развлечься.

Был понедельник и до окончания занятий в школе осталось два дня, поэтому билеты купили без проблем и не пришлось стоять в очереди.

– Ещё пятнадцать минут, – сказал куратор. – Давайте посидим на лавочке, успеем зайти.

– Вы слушали новости, Фёдор Юрьевич? – спросил я. – А то я их пропустил. По Израилю ничего нового?

– А что там может быть новое? – сказал он. – Приняли решение о расселении евреев, и теперь те страны, у которых есть лишние деньги, вносят их в специальный фонд. От арабов добились, что вывоз еврейского населения растянется на год. Людей нужно не просто вывезти, а обеспечить всем необходимым. Их там как-никак около трёх миллионов. Наше правительство, кстати, тоже предложило принять часть беженцев. Не думаю, что будет много желающих. Наверняка большинство уедет в Америку.

– А во Вьетнаме?

– Дерутся по всему Южному Вьетнаму, – ответил куратор. – Были столкновения на окраине Сайгона. Американцы усиливают свой флот, а в самих Штатах на демонстрациях начали жечь флаги.

– Пойдём в зал, политики, а то опоздаем, – сказала Люся. – Осталось пять минут.

Есть фильмы, которые после одного-двух просмотров совершенно не тянет смотреть ещё раз, будь они хоть трижды прекрасные. Нет новизны – нет и интереса. «Кавказская пленница» была из тех, которые по прошествии времени с удовольствием смотрели снова и снова. Может, у других было иначе, а у меня так. Я и сейчас смеялся вместе со всеми, хоть и не сгибался пополам от смеха как те, кто смотрел этот фильм впервые.