Чтение онлайн

Я кивнул головой.

– Тогда лучше начинать после утреннего доклада. В пятницу он заканчивается в половине десятого.

Вскоре я уже сидел в машине, но за мной увязались обе женщины, прихватив сына, который вел себя достойно, засунув указательный пальчик в рот и разглядывая Шпротку. И мне показалось, что она, эта очень умная машина будущего, заигрывает с ним непонятным для взрослых образом. Левка что-то слушал и был этим доволен.

Оксана принципиально не отпускала меня в путешествия одного, а Ольга Сергеевна сказала, что она поможет мне сориентироваться на месте. 'Я работала 18 лет секретарем у заместителя Андропова, - подчеркнула она, - кое-что помню'.

И вот мы в святая святых грозной службы страны. Само здание было построено в начале века и это чувствовалось по внутреннему оформлению помещений - лепные потолки, квадратные колонны, высокие дверные проемы.

Мы двигались под потолком и под нами проходили люди. Несколько постов и мы оказались в приемной заместителя начальника КГБ Портнинова.

За столом секретаря сидел молодой капитан. Он просматривал какие-то папки и отвечал на телефонные звонки неизменной фразой: 'У Владимира Алексеевича совещание'. Капитан был натренирован до невозможного - он несколько раз подозрительно смотрел в верхний правый угол - место, которое заняла Шпротка. Разве что не разрядил обойму своего пистолета в подозрительный угол.

– Надо посмотреть, папа на совещании?
– сказала Оксана.

Я сказал, что неудобно подслушивать.

– Мы и не будем их слушать.

– Нет, нельзя подслушивать, - согласилась со мной Ольга Сергеевна.
– Подождем.

В это время двери открылись и из кабинета стали выходить офицеры - полтора десятка, среди которых были две женщины. Но Данилина не было.

– Он там и надо узнать, какой происходит разговор, - теща в упор посмотрела на меня.

Я подчинился и через мгновение мы зависли под потолком так хорошо охраняемого кабинета. Да, тесть был здесь. Хозяин кабинета был в форме генерала.

Он вышел из-за своего стола, задернул занавеску карты мира.

Данилин молча стоял.

– Садись, Александр Семенович, - предложил Портнинов, - поговорить надо.

Они сели через длинный стол для совещаний друг против друга. В руках Портнинова была какая-то именная ручка. Он, в такт своим словам постукивал ею:

– На твоей совести несколько проектов. Но о них, Семеныч говорить не будем. А по поводу докладной из туркменской конторы. Полгода назад ты организовал в Ашхабаде слежку за своей дочкой...

Он посмотрел на Данилина. Тот спокойно смотрел в упор на собеседника.

– Прав у тебя хватает и на такие операции, но я знаю хорошо, что где Данилин, там и нечто неординарное. Рассказывай.

Данилин огляделся. Он посмотрел в угол, где зависла невидимая Шпротка, как будто почувствовал нас.

– Да, но это, видимо потом...- сказал он.

– Ты о чем?

– Да так, - кое-что подумалось.
– Но если мы сейчас на 'ты', могу ли я спросить, что ты имеешь в виду? Что ты от меня хочешь, Володя?

– Все было нормально. Ты же знаешь, мы контролируем любые операции. Но вот тупик - ни поездом, ни самолетом ни твоя дочь, ни ее тогда жених не приезжали в Москву. Ну, хорошо, прозевали наши пинкертоны ребят, но как они оказались в тот день, когда убыли из Ашхабада, в Кремле? По описаниям охраны - это были они. Итак, что там было на самом деле? На чем путешествовали твои родственники?

– Вы меня вводите в тупик, - Александр Семенович перешел на официальный тон.
– Где-то дома были билеты с ашхабадского рейса, но, боюсь, Ольга выбросила их. А насчет Кремля - это полный бред. Ребята еще были в самолете.

– В каком? Да, может быть так оно и должно быть.

Портнинов прошел к столу и сел. Он стал рассматривать какие-то бумаги перед собой. Затем поднял голову, вздохнул:

– Я старый волк в этих делах. Чувствую, что здесь есть нечто, что позволяет тебе, ну да, вам, товарищ будущий генерал-майор, чувствовать себя в уверенности. Да вот нечто странное. Какое противное сочетание слов! Вот, уважаемый начальник отдела оперативных решений. Нам выслали по факсу копию газеты аж за 1876 год. Снимок с заседания сената США, на котором некий русский держит речь, причем в пижаме. Когда сенатская публика приходила в себя от изумления, этот оратор, на рисунке, очень похож на вас, товарищ полковник, исчез.

Тесть пожал плечами и снова посмотрел в угол, где мы зависли. Наверное, работа на Шпротке не проходит даром и она каким-то образом дает о себе знать.

Портнинов хлопнул какой-то папкой, хмыкнул и уже спокойно сказал:

– Я должен доложить Юрию Владимировичу.

Данилин усмехнулся:

– Решать вам. Все?

– Нет, не все.

Крючков снова встал и подошел вплотную к полковнику:

– Где твои часы?

– Да вот, на мне...

– Ты знаешь, о каких часах идет речь.

– Наверное, дома. У меня десяток таких.

– Наш доверенный прислал интересную историю о часах завода 'Слава', оказавшихся в штатах. Интересна она тем, что часы пролежали полторы сотни лет у кубинского табачного миллионера.

– Мне это неинтересно.

Данилин сделал шаг в сторону, намекая на то, что у него полно другой работы, и он жалеет о потерянном времени.

– И мне это очень интересно, всему СССР это крайне важно!
– воскликнул Портнинов.
– Отвечай, что это за хреновина с перемещением вещей и людей во времени. Где этот прибор?

– Прибор?
– полковник отбросил все приличия и субординацию.
– Ты что, Саныч, белены объелся? Или внучка сказки тебе читает?

– Товарищ начальник отдела, - с лица Портнинова исчезло добродушие, - вы подписывали кое-что! И вы знаете, что, не проверив факты, я не излагаю их. Что за игру вы затеяли?

Данилин побелел:

– Игру?

После покраснел.

– У него поднялось давление, - вскричала Ольга Сергеевна, - Вова снижайся. У меня есть таблетки. Ему нужен папазол!